The Hunter

— Он из бабки своей эту небылицу вытянул. Она была Фини. Все Фини страсть какие дурные насчет забивать себе головы всякими выдумками.
— И она решила, тут где-то золото есть?
— Скорей, ее дед сказал, что его дед сказал, что его дед сказал, что оно было.

Драч, вынюхивающий кроличьи тропы, вдруг взлаивает тоном сенбернара. Со своими габаритами Драч примириться так и не смог. В собственных глазах он тот, кто гоняется за беглыми каторжниками и глотает их целиком.

Если в поступках у тебя нет логики, никто не сможет тебя опередит

Она могла бы успокоить его — хотя бы временно, — забрав в постель, но с самого начала решила, что не позволит Келовым настроениям стать её ответственностью; не то чтоб у него их было много, однако Шон, её муж, был человеком настроения, и она по ошибке решила, что в её задачи входит его настроения исправлять. Кел никогда не ждёт от неё такого — вот это, среди многого прочего, она в нём и ценит. Портить такое у неё нет никакого намерения.

"Янки флагом машут по любому чиху. Мы тут другие, мы считаем, что большинство уже, скорее всего, заметило, что мы ирландцы".

Бывали у тебя такие сны, когда падаешь откуда-то свысока или в яму? Вот вроде всё шик, а потом раз — и нет тебя? Я всю свою жизнь чувствую, как в таком вот сне. Будто я всё время поскальзываюсь, впиваюсь ногтями вроде, а всё равно сползаю и ни на минуту не понимаю, как остановиться.

Жизнь — весы, Миляга Джим, — говорит Март Келу. — Мы всегда взвешиваем то, чего крепче всего боимся, и смотрим, что весит тяжелей прочего

— Уволился я в том числе для того, — говорит он, — чтобы перестать возиться с людьми, которые мне не нравятся.

Этой округе не одно поколение подряд необходимо было, чтобы появился тот, кто восстанет против нее, разнесет в пух и прах ее нескончаемые, нерушимые, негласные правила, и пусть все этим прахом подавятся…