Цитаты из книги Morphine

Чего я только не лечил?! В самом деле? А?.. Психических болезней не лечил… Ведь… верно, нет. Позвольте… А агроном допился тогда до чертей… И я его лечил, и довольно неудачно… Белая горячка… Чем не психическая болезнь? Почитать надо бы психиатрию… Да ну ее… Как-нибудь впоследствии в Москве…

читал во время воздержания учебник психиатрии, и он произвел на меня ужасающее впечатление. я погиб, надежды нет. шорохов пугаюсь, люди мне ненавистны во время воздержания. я их боюсь. во время эйфории я их всех люблю, но предпочитаю одиночество.

будьте осторожны с белыми, растворимыми в 25 частях воды кристаллами. я им слишком доверился, и они меня погубили.

Я стал спать по ночам, потому что не слышалось более под моими окнами зловещего ночного стука, который мог поднять меня и увлечь в тьму на опасность и неизбежность.

Что касается меня, то я, как выяснилось это теперь, был счастлив в 1917 году, зимой. Незабываемый, вьюжный, стремительный год!

Не желаю видеть и слышать людей.

Смерть от жажды райская, блаженная смерть по сравнению с жаждой морфия. Так заживо погребенный, вероятно, ловит последние ничтожные пузырьки воздуха в гробу и раздирает кожу на груди ногтями. Так еретик на костре стонет и шевелится, когда первые языки пламени лижут его ноги…

смерть медленная овладевает морфинистом, лишь только вы на час или два лишите его морфия. Воздух не сытный, его глотать нельзя… в теле нет клеточки, которая бы не жаждала… Чего? Этого нельзя ни определить, ни объяснить. Словом, человека нет. Он выключен. Движется, тоскует, страдает труп. Он ничего не хочет, ни о чем не мыслит, кроме морфия. Морфия!

Было бы очень хорошо, если б врач имел возможность на себе проверить многие лекарства. Совсем иное у него было бы понимание их действия.

В чем механизм сна?.. Читал в физиологии… но история темная… не понимаю, что значит сон… как засыпают мозговые клетки?! Не понимаю, говорю по секрету. Да почему-то уверен, что и сам составитель физиологии тоже не очень твердо уверен…

Но я не имею права сердиться на человека за нелепое письмо, еще не зная, в чем дело. Человек страдает по-своему, вот пишет другому. Ну, как умеет, как понимает… И недостойно из-за мигрени, из-за беспокойства порочить его хотя бы мысленно…

Но маленькая привычка ведь не есть морфинизм?..

Анна (печально). Что тебя может вернуть к жизни? Может быть, эта твоя Амнерис — жена?
Я. О нет. Успокойся. Спасибо морфию, он меня избавил от неё. Вместо неё — морфий.

гладко ли я выражаю свои мысли? по-моему - гладко. жизнь? смешно.

Я думал, что только в романах бывают такие, как эта Анна.

Анна К. боится. Успокоил ее, сказав, что я с детства отличался громаднейшей силой воли.

Помнится, в «Войне и мире» описано, как Петя Ростов в полусне переживал такое же состояние. Лев Толстой — замечательный писатель

Приписка крупными буквами: «В смерти моей прошу никого не винить. Лекарь Сергей Поляков 13 февраля 1918 года».

и мелкий, точно ртутный Лев Толстой – замечательный писатель

стала всматриваться в бескровные веки раненого (глаза его были закрыты). Тени серо-фиолетовые, как тени заката, все ярче стали зацветать в углублениях у крыльев носа,