Der rote Engel

Раны шепчут, синяки и крово­под­теки складываются в странные узоры, так что, приглядевшись­ повнимательнее, можно обнаружить мрачные глаза убийцы или блеск остро заточенного лезвия.

Здесь зло призывает зло, жестокость порождает зверство, вера и то, что делает человека прежде всего человеком, поруганы на­укой. Здесь, в жалящих лучах искусственного освещения, темно, как в гробу.

Мне необходимо было спасти ее, чтобы спастись самому.

С ума сойти, как рушится жизнь, стоит только в неудачное время оказаться а неподходящем месте.

– Говоря о Блуднице, он имел в виду Церковь. В течение многих лет группы экспертов из разных стран исследовали тридцать девять книг Ветхого Завета. Они обнаружили там скрытые коды, символы, образы. Христос символически изображен супругом Церкви. И в последней книге Нового Завета, Апокалипсисе, Иоанн Богослов скрупулезно разбирает тему адюльтера. Он рассматривает развращенную Церковь как Блудницу, потому что она обманывает своего супруга, Христа.

При желании всего можно добиться… И лучшего, и худшего…

Я спрашиваю себя, не бывает ли порой, что смерть становится предпочтительней жизни? Последнее путешествие улаживает многие проблемы. Как просто было бы закрыть глаза, в последнем усилии нажать указательным пальцем на гашетку и отправиться по длинному белому туннелю...

И моя семья страдала от этого, как страдают все семьи, в которых работа преобладает над чувствами...

Зло словно подпитывает себя за счет собственных поражений.

Не хотел бы я в наше время быть убийцей. С вашими технологиями бедняге даже не пукнуть спокойно на месте преступления — вы ведь сможете разобрать его пук на молекулы, определить по нему возраст и цвет кожи убийцы и сказать, что он ел, прежде чем совершить преступление!