Белый голубь, черный слон

Есть такая категория людей, у которых в жизни столько всего происходит, что ты просто не успеваешь за всем уследить. Спросишь, бывает, как твои дела. А в ответ простое самое- нормально, все по старому. А он за это время уже и в круиз съездил, и дом продал, и работу сменил, и квартиру купил, и женился, и развелся, и начал разводить кур, и медитировать по утрам. И дальше по списку.

И главная героиня книги тоже попадает под эту категорию. С одним только различием. Все что с ней происходит это последствия чужих решений. Она же свою жизнь будто и не контролирует.

Единственное, что контролировать она может, это судовой журнал. Подарок отца. В него тринадцатилетняя Лёля записывает все, что с ней происходит. А происходит с ней много всего. И, по большей части, больное. Такое больное, что изрядно потрепало нервы нашей героини, ее близких, да и мои тоже.

Иногда мы забываем какие-то мелочи из своего детства и такие истории как эта, вытаскивают их на солнечный свет. Я вспомнила, что у меня тоже был похожий журнал. Только подарил мне его дедушка. А он был начальником пожарной части. Поэтому это был “Журнал инструктажей по технике безопасности в вверенной ему п/ч №…” Вверенная мне п/ч была их квартира. А жертвой моих инструктажей- сестра. Поэтому он наполнен списком моих к ней претензий и ее закорючек, которые подтверждают, что она претензии мои выслушала и в целом с ними согласна.

Упорядоченность колонок вызывало во мне какой-то трепет. Словно мне доверили что-то очень важное и взрослое. Лёля из книги тоже чувствовала подобное. Ей нравилось, что колонки судового журнала помогают ей начать писать то о чем она хочет. Дают толчок, который иногда очень нам важен.

А еще у Лёли была подруга. Всегда так грустно от всех этих “была”. Была, да сплыла. Так я всегда отвечала родителям, когда они спрашивали меня о том, где одноклассница Катя, с которой мы были не разлей вода. Просто все происходит внезапно. Мгновение и ты уже не понимаешь, как мог доверять человеку все свои самые сокровенные секреты. И не понимаешь как он с такой легкостью может тебя обидеть. Так случилось со мной, так случилось с Лёлей, так случилось еще с сотнями девчонок по всему земному шару. Это как будто бы естественный этап взросления, через который каждый человек должен пройти. И может быть это как с ветрянкой. Лучше переболеть этим в детстве, чем когда тебе за тридцать. По собственному опыту скажу, что терять друзей в тридцать гораздо больнее, чем в тринадцать. И может быть это тоже необходимый этап, который нужно пережить.

И теперь я перейду, пожалуй, к той части книги, которая “раздавила” меня.

Для меня всегда показатель, когда книга может вызвать огромные эмоции. Такие, которые тебя не отпустят, не через час, не через день, не через неделю. И эта книга внезапно оказалась для меня такой.

Лёле тринадцать. К своим тринадцати она почти потеряла связь с матерью. После развода отец увез ее “ за дальние моря, глубокие океаны”, а мама занялась карьерой и на связь выходила редко и чаще всего отвечала короткими сообщениями. Она потеряла авторитетного отца. Тот, что остался с ней не был способен взять в руки свою собственную жизнь, а все брался руководить жизнью Лёли. Она потеряла лучшую подругу. Она потеряла доверие мальчика, который ей нравился. Слишком много потерь на один квадратный метр. Но все это исправляется. Переживается. Запускается с чистого листа. И лишь единственная потеря, которую мы уже никогда не сможем исправить или восполнить - смерть.

В конце книги Лёля теряет дедушку. Его уход не был внезапным. Но к такому сложно подготовиться. Отец Лёли оказался не готов, ее бабушка оказалась не готова. Да и Лёля тоже. Хоть ей и казалось, что дедушка для нее почти посторонний человек, но по сердцу ударило больно. Потому что в такие моменты всё болит. И не только по ушедшему человеку. Лёле было тяжело смотреть как не справляется ее отец, как резко состарилась ее бабушка. Ей жег карманы шахматный слон, которого она так и не отдала деду. Хотя столько раз порывалась это сделать. Потому что думала, что есть время. Еще чуть чуть точно есть. До понедельника, до следующих выходных, до конца осени, до нового года. Есть. Не может не быть. А потом все обрывается. Внезапно и ожидаемо одновременно. И от этой двойственности тоже очень больно. И хочется что-то сделать, куда-то бежать, что-то говорить, чтобы заставить время вращаться, чтобы оно ускорялось, чтобы стало союзником. И Лёля пытается. Пытается вытянуть на свет разбитого отца, пытается заставить говорить замолчавшую бабушку. Она хочет, чтобы бабушка рассказала ей про деда. Чтобы она вспомнила о нем хорошее. Моменты, когда они были счастливы. Когда в нем было очень много жизни.

И это наверное тоже один из этапов взросления. Лёля очень достойно через него прошла. Она очень сильная девочка, которая справится с любой волной. И южных морей, и северных. Хочется быть как Лёля. И хочется, чтобы в судовом журнале каждого из нас было больше солнечных дней. А пасмурные случались только для того, чтобы мы ценили дни, когда все хорошо.