Лют

Чудесный денёк, чтобы умереть

Мы сидим на лезвии ножа и миримся с полученным даром столько, сколько предназначено, однако сегодня я впервые ощутила каждой клеточкой, как краток этот миг

Суеверие пропитывает весь остров, делая атмосферу невыносимо гнетущей, превращая любое несчастье в фатальную неизбежность.

Всеобщий страх заразен, от страха я злюсь, а когда злюсь, то теряю над собой контроль, чего допускать никак нельзя.

От дурацкой мысли по моим дурацким рукам бегут дурацкие мурашки.

Прежде за сексом никогда не следовало охлаждение, и после него никто спешно не вспоминал о кое-каких делах. Теперь даже спонтанный секс за сараем превратился в рутину.

Я хочу погладить густую шевелюру Хью, но он обиженно сопит и отстраняется. Он смотрит вдаль, за сарай, вместо нежности во взгляде холодная печаль. С таким же выражением лица он меряет шагами кабинет, обдумывая, как решить проблему с тарифами.Видеть его таким – для меня эмоциональная травма.

Лично я в старости буду пить, когда мне заблагорассудится. Сейчас я не могу себе этого позволить. Не будешь же лежать в кровати, маясь похмельем, есть макароны с сыром и смотреть фильмы, если тебе тридцать семь и ты мать двоих детей, пускай даже носишь титул леди Тредуэй из Тредуэев острова Лют и все вокруг готовы драться друг с дружкой, лишь бы забрать из твоих мягких, бесполезных ручек любые обязанности. Пойдут разговоры. Уже пошли.

Они, насколько мне известно, не родственницы, однако Салли души не чает в Эйвери, заменяя той бабушку. Здесь так принято. Если есть пустота, мы ее заполняем.

...ссоры мы можем позволить себе только дома, а скандалить дома просто не из-за чего - муж бесит меня исключительно на людях.