Там, где большинство авторов судорожно лепят на героя всё больше ярлыков, Дашкевич делает шаг назад и сознательно оставляет пространство. Пространство, в котором рождается магия.
Главный и самый смелый художественный прием автора заключается в том, что граф Аверин — парадоксально «пустой» персонаж. В мире, перенасыщенном магией, интригами и альтернативной историей Российской империи, он кажется почти что блеклым пятном. Он не сирота с трагическим прошлым, не мститель, не шутник, не циник с разбитым сердцем. Он — просто человек. Частный сыщик, колдун, бывший военный. Точка. Дашкевич намеренно отказывается вешать на своего протагониста обязательные сюжетные «ярлыки», которые так любят молодые авторы, и этот отказ — не слабость, а осознанный акт творческой воли. Дашкевич не развешивает на Аверина «скелетов в шкафу» ради галочки, и это можно расценить как зрелый отказ от клише.
Эта «тишина» вокруг центрального персонажа работает на уникальный эффект. Яркий, харизматичный, эмоциональный и бесконечно трогательный див Кузя — полосатый кот с глазами разного цвета, одно из которых зеленое, а другое голубое, — не мог бы сиять так ослепительно, если бы его хозяин был столь же ярок. Их дуэт мог бы стать «перегруженным»: два сильных персонажа начали бы перетягивать внимание, как два солиста, не желающие уступать друг другу сцену. Но Дашкевич сознательно делает Аверина «белым холстом», фоном, на котором фигура магического существа проступает особенно рельефно: без Аверина-фона не было бы того самого эффекта «сочувствия Кузе».
Что касается детективной интриги, то можно отметить её слабость. Детективная составляющая здесь действительно не пытается конкурировать с «Шерлоком Холмсом», а фэнтези-допущение удивительно изящно. Альтернативная Российская империя, где победу в Гражданской войне одержал Колчак, столица перенесена в Омск, магия существует легально, а дворянские роды владеют боевыми дивами, не выглядит ни карикатурой, ни агиткой. Напротив, этот мир ощущается достоверным и атмосферным, он буквально затягивает в себя, с первых же страниц погружая читателя в завораживающую атмосферу альтернативного Санкт-Петербурга.
Настоящее чудо книги — это Кузя. Существо из Пустоши, мира жестокой магии, по природе своей — хищник, пожирающий своих хозяев. Но именно этот див, вопреки всему, сумел сохранить чистую, почти детскую доброту, преданность и способность к состраданию. Он — главный источник и света, и сюжетного напряжения в романе, и именно через сложные и трогательные отношения с ним «пустой» Аверин обретает объём и глубину, постепенно раскрываясь перед читателем. Через взаимодействие с Кузей — через моменты защиты, нежности и тревоги за своего подопечного — мы понимаем, что эмоциональная сдержанность графа — это не недостаток чувств, а осознанный выбор. Это позиция зрелого человека, который предпочитает действовать, а не рефлексировать, и главные события его внутренней жизни происходят в поступках, а не в монологах.
Виктор Дашкевич напоминает нам: иногда, чтобы историю озарил свет, нужен кто-то, кто согласится быть просто небом. На фоне этого чистого неба и происходит самое главное чудо — рождение доверия и привязанности между человеком и существом из бездны, которое вопреки своей природе выбрало свет.
4/5 За смелость, с которой автор отказался от клише, за Кузю, ставшего моим любимым литературным котом, и за мир, из которого не хочется уходить. Но один балл снимаю за детективную линию, которая могла бы быть и покрепче.