Cakes and Ale

До чего же разные романы у Моэма. До чего же непростые…. И до чего же интересно вместе с ним задумываться над самыми разными вопросами

Вот какое любопытное наблюдение: подросток завел знакомство с «неблагополучными» людьми. Благовоспитанные мама и папа не разрешают с ними водиться, но с ними весело и просто. И вот перед его отъездом на учебу они приходят его проводить и дарят целых пять шиллингов! По тем временам – богатство. И как забавно наблюдать , как в подростке борются «джентльменские» понятия и внушенная благовоспитанность и обычный человеческий соблазн

А какой любопытный поворот о моде в литературе. Не удержусь от большой цитаты:

Не могу не восхититься язвительной точностью автора. Ведь это про нас, нынешних. В литературе нет места искренности, в литературе как и везде рулит МОДА.

Роман конечно о литературе , перед нами история жизни известного писателя Дриффилда. В общем-то в рассказе нет сюжета. Но критики находят в герое сходство с Томасом Гарди. Оставим критикам критиково, мне не это важно. А вот на вопросе – может ли автор использовать трагедию, произошедшую с ним, как тему для своего романа – я споткнулась. С одной стороны все внутри сопротивляется и хочется обвинить его в эксплуатации своего горя. А с другой стороны, если ему так легче пережить потерю – может быть пусть так и будет? И кто может рассудить? Только тот, кто сам через это прошел? Но уж точно не досужие критики.

Опять Моэм ставит вопросы, на которые не просто ответить…

Для меня новая книга Сомерсета Моэма – это как встреча со старым другом, которого вы давно не видели, но хорошо знаете и есть возможность обсудить известные темы, обменяться впечатлениями, поделиться новыми мыслями, да и чего уж там посплетничать об общих знакомых. Данный роман хорош именно в этом ключе, поскольку темы творчества, писательства, неверности, снобизма были затронуты и в других более известных романах автора.

Так «Пирогах…» можно встретить прототипы дядюшки и тетушки Филипа Кэри из «Бремени страстей человеческих» и посмотреть как фантазия автора преобразит этих персонажей в новом романе. Если Филип Кэри себя только искал на ниве творчества, то здесь герой нашел в литературе. Мне еще не встречался такой писатель, который от всего сердца отговаривает от творчества, снимает нимб неприкосновенности с людей искусства, говорит о том, насколько это зависимая и неблагодарная профессия. В общем если ваше дитятя, хочет стать творцом, дайте почитать «Бремя…», возможно, реалистичный, ироничный и местами циничный взгляд Моэма поможет этой беде.

Произведения автора увлекают меня наблюдениями за играми ума героев, порой настолько противоречивыми, что читать об этом, находить параллели с жизнью одно удовольствие. Моэму часто пеняют, мол герои у него неприятные. Да, в его романах не встретишь красавицу с глазами цвета фиалки и добрым сердцем или благородного джентльмена, готового снять себя последнюю рубашку. Его герои сплошь сотканы из противоречий, но от этого они живые и настоящие. Некоторую язвительность автору можно простить за то, что большинство этих неприятных черт списано с него самого, а его умение посмотреть на себя со стороны достойно уважения.

Так в «Пирогах…» речь идет о писателе Дриффильде, которого еще при жизни возвели в иконостас английской литературы, а после смерти, чтобы образ закрепить в умах современников и будущих поколений взялись писать биографию. Дриффильд укрытый лаврами и почестями буквально забронзовел при жизни, его истинная сущность проглядывает лишь изредка из кусочков воспоминаний людей, знавших его во временя, когда бремя славы на него не свалилось.

Писатель здесь запечатлен как своеобразный проводник пережитых эмоций, которые он переносит в творчество, поэтому так важно окружение, жены, бывшие рядом, вдохновлявшие его. Первая супруга Рози, была женщиной простой, с золотым сердцем и беспорядочными связями. Вторая спутница жизни, по-моему иначе, чем миссис Дриффилде, ее в романе не называли, сделала все, чтобы образ выдающегося писателя сложился в обществе. Она стала хранителем мемориала, который буквально создала сама из приличествующих писателю вещей.

Среди рецензентов на ЛайвЛибе ходит мнение, что Моэм недолюбливал женщин, поэтому приятных у него не встретишь. Этот роман помог мне понять, что у автора, есть красивые женщины, но той красотой, которую ценит он сам. Они живут, согласно своей природе, естественные, с добрым сердцем, проницательным умом и без предрассудков. Образ Рози бросает вызов морали читателя, но Моэму удалось убедить меня, что эта женщина была сгустком самой жизни, вдохновлявшей на написание прекрасных произведений.

Роман о том, что из себя может представлять биография писателя? То, что он есть на самом деле или то, что хотят запечатлеть современники? Автор задается вопросом: готовы ли читатели видеть писателя со всеми его недостатками? Да и что такое правдивый образ писателя? Возможно, сам писатель создал тот образ, за которым позволил наблюдать публике?

Я 5 месяцев не писал рецензий... Признают ли меня классиком LiveLib??? Мне не хватает своего PR-менеджера Олроя Кира, который напишет обо мне хвалебные статьи, и пользователи толпой ринутся читать давнишние 15+плюсовые отзывы, возопя: "Как же мы не разглядели таланта, живущего с нами в одно время!".
Даааа, а ведь были и у меня моменты славы, со 100+ отзывами .... (смахивает слезу)

Примерно это и составляет роман. В эпоху, когда ещё не умершая литература правила умами людей, стать известным писателем означало взойти на пьедестал славы и величия. И лишь избранные судьбой шекспиры и байроны могли войти в сонм книжных богов за счёт огромного масштаба дарования, остальным доводилось отстаивать своё имя кровью и потом, и сотнями скомканных листов; другие, менее усердные, делали это в кулуарах лит.салонов, завоевывая полезные знакомства, выражая нужную точку зрения; иные же стали классиками уже посмертно, когда (возможно, за неимением достойных современников) читатель вдруг в силу наваждения или, как часто бывало, политической повестки, находил в почившем качества, в упор не замеченные при жизни творца.
Просто задумайтесь: сколько замечательных писателей не попали на полки библиотек и книжных магазинов, только потому что они не смогли раскрутиться, потому что их книги не попали в нужные руки, или оказались вовремя непонятыми...

Сомерсет Моэм повествует именно о субъективности оценки таланта, о размытости критериев, заодно являя нам: суть человека заключена в самом человеке, а вовсе не в том, как его видят окружающие. Персонажу книги Дрифилду готовят образ нового Диккенса, создают ореол мудрого благородного старика, и лишь мы, читатели "Пирогов и пива", знаем, что у него, якобы безукоризненного эстета и гения, полно скелетов в шкафу, недостойных его статуса. Нельзя великому писателю иметь гулящую жену, понимаете – он не велик, если мирился с таким - считало чопорное британское общество. И что он якшался с простым людом в кабаках и пабах - им тоже знать необязательно.
(ничего из себя не строящая, открыто признающая свою вакханскую сущность, жена Рози выглядит самым живым и излюбленным героем романа)

Так что случаи, когда биография делает творца, не редки. Особенно, к сожалению, в наши бесталанные дни, полные пишущих, поющих, снимающихся ничтожностей, добившихся успеха деньгами или связями.
Найти таланту путь к солнцу, как ростку пробиться сквозь асфальт, бывает сложно, но можно. И лучше всего за творцов это сделают не их реноме, регалии и летописцы, а сами книги, картины, песни, блоги, соструганные табуретки, приготовленные блюда, воспитанные дети (ибо Красота и Творчество - повсюду) – в них и содержится, сохраняется эссенция творца. И даже если их по достоинству оценит лишь горстка людей, хоть одного заставит заплакать или улыбнуться – значит они действительно хороши.

Одно из самых больших разочарований года...
Я влюблена была в "Луну и грош", эта книга настолько проникла в мою душу, оставила там такой след, что я уж было подумала, что у меня вечная любовь к Моэму. Выбирала следующую книгу по названию. Ждала чего-то веселого, пьяного, а еще и про писателя. А вот и не судьба. Мне было более чем скучно, разве что в носу не ковырялась, пока слушала. Прошла 100500 лвл в энгри бердс, построила пару домиков в симсах, нарисовала несколько ужасных рисунков.
Очень много в книге размышлений, к тому же однотипных. В основном они были о писателях и литературе. Еще и вида "а вот в те годы...". Нет, были интересные эпизоды. С велосипедом там в начале где-то. Но их было так мало, что почти и забылись. Персонажи тоже какие-то...эммм никакие. Разве что Рози выделяется, но не могу сказать, что она приятна и вызывает положительные эмоции.
Конечно, язык у Моэма хорош, этого не отрицаю. Но вот тема книги оказалась абсолютно не моей. Что ж, почитаем что-нибудь еще.

Продолжаю знакомиться с произведениями моего любимого Сомерсета Моэма, читать которого сплошное удовольствие, о чем бы он ни писал.

Роман "Пироги и пиво..." Моэм считал своим любимым. Это острая сатира, посвященная английской литературе, жизни и труду писателей. История о том, из какого сора вырастают настоящие произведения искусства.

В центре повествования - судьба знаменитого английского писателя Эдуарда Дриффилда. Вот только самого Дриффилда в романе очень не хватало. О нем мы узнаем из воспоминаний его жены, диалогов между персонажами, от рассказчика Уилли Эшендена, очередную литературную маску Моэма, а также писателя Элроя Кира, собирающего информацию для биографии Дриффилда.

Эта книга насквозь пропитана безжалостной иронией и потрясающим, тонким юмором Моэма. Я столько не смеялась ни над одним его произведением. В тоже время, я бы не рекомендовала начинать знакомство с автором с "Пирогов…", по достоинству роман оценят уже давние поклонники писателя.

Как всегда, Моэм превосходно рисует характеры героев, описывая их чувства и эмоции, прекрасно передает мышление в литературных кругах своего времени. Драмы и психологизма в романе тоже хватает, но при этом произведение кажется легким, что не лишает его шарма, свойственного всем романам писателя.

Интересно описана и внутренняя "кухня" писательского ремесла, а обилие потрясающих цитат отлично раскрывают различные подходы к творчеству в целом и писательству в частности.

На мой взгляд, "Пироги и пиво…" этакий коктейль из романов "Бремя страстей человеческих" и "Луна и грош". Лайт-версия)

Каждый год остаются незамеченными сотни книг, многие из которых обладают большими достоинствами. Автор каждой такой книги писал ее много месяцев, а думал о ней, может быть, много лет; он вложил в нее какую-то часть самого себя, которой он после этого уже навсегда лишился. Сердце разрывается, когда думаешь, как велика вероятность, что эта книга потеряется в потоке произведений, загромождающих столы критиков и обременяющих полки книжных лавок.

Люблю книги Моэма, что всегда увлекают интересным сюжетом, легкостью фраз и манят за собой, вперед, вперед к развязке, туда, где твердой рукой можно вывести «the end». Эта книга для меня стоит несколько в стороне среди остальных романов Моэма. Здесь нет четкого повествования и стройного ритма текста, что образует связанный и ясный сюжет. Воспоминания и реальные события переплетаются между собой, открывая перед читателями запутанную, но весьма интересную историю жизни известного писателя. И, конечно, рассуждения о мире искусства и писателей, что так интересен, своеобразен и иногда алогичен.

У каждого человека есть свой скелет в шкафу, что хочется спрятать за всей прожитой ветошью и никогда не вытаскивать на свет, к солнцу. Но бывают скелеты оживают и тревожат покой своих бывших хозяев, друзей, сожителей, давних знакомых. Эти маленькие (а может и большие тайны) смущают, заставляют краснеть и снова запирать их в чулан полузабытых воспоминаний. Скелет в этой книге довольно очарователен и обаятелен, точнее она... Нимфоманка? Нет, просто свободная, необычная и при всей парадоксальности происходящего на страницах романа добрая женщина. Здесь я соглашусь с рассказчиком. Пироги и пиво всегда съедаются, но скелеты остаются, как секрет чьей-то жизни, над которым прошлое возможно совсем не властно. Кто знает..

Но более всего мне понравилась и зецепила линия размышлений об искусстве, о писательском творчестве и о той свободе, что дает возможность творить, создавать очередные зарисовки своих мыслей и переживаний на бумаге. Этот писательский мир, что описывает автор с долей иронии, сарказма вызвал во мне неподдельный интерес. Есть в этих рассуждений своя изюминка, что пришлась мне по вкусу. Творческая братия всегда мне будет небезразлична, тем более описанная таким легким языком.

В целом я рада, что прочла. И самое главное, что после книги осталось послевкусие. Для меня однозначно приятное: да, мы нашли и с пирогами, и с пивом, и со Скелетом в шкафу общий язык. Очаровательное ощущение после прочтения. Обязательно как-нибудь вернусь к этой книге, потому что, я чувствую, открылось для меня в ней не всё. Но рекомендовать этот своебразный роман к прочтению никому не буду, если нужно он найдет своего читателя сам. Что и случилось в моем случае.

Не ожидала, что этот небольшой роман любимого мной Сомерсета Моэма будет читаться так мучительно долго и муторно. И вот, вроде бы, сейчас понимаю, что и обзор бурной деятельности миссис Бартон Траффорд, и рассказ о том, как вторая жена Эдуарда Дриффилда обустраивала его быт по своему разумению, были тут вполне уместны, но почему-то мне было скучно читать об этих достойнейших леди. Как не позабавили меня размышления автора на тему закрепления за членами теперь уже распущенной палаты лордов литературных занятий. А уж экскурс в тонкости личности Элроя Кира на меня и вовсе нагонял тоску - место этого персонажа в романе я вообще не очень поняла. Разве только что он был тут как стартовая ступенька к рассказу о некоторых подробностях жизни Теда Дриффилда.
А вот что касается "периода Рози" в жизни писателя - это было интересно. Мне хотелось разобраться, почему Дриффилд спускает с рук жене ее похождения - я не верила, что он ничего не видел, ни о чем не догадывался. Мне хотелось понять, почему она ведет себя как... так, как ведет. Я не могла увязать многочисленных любовников и снисходительное отношение к этому факту того далеко не глупого человека, каким предстает перед читателями Эдуард Дриффилд. Не могла поверить в то, что Рози - просто обычная шлюха и ничего больше за ее похождениями нет.
И в этом отношении финал романа хорош - неожиданный, увязавший очень значимые события в жизни писателя и давший ответы на все вопросы, которые только могли возникнуть у читателя. И вот этот заключительный аккорд смог примирить меня со всеми героями и эпизодами, которые жутко напрягали во время чтения.

Для меня эта книга еще одно разочарование со списком "1001 книга которую нужно прочитать". Как ни жаль, но Моэм совсем не мой писатель.
Классика должна быть интересной, а тут я ела ежика и едва домучили эту вещь.
Возможно нужно быть писателем, пост-викторианским британцем, или еще кем, чтобы таки понять красоту и юмор истории. Мне это не удалось.

Для мене ця книга іще одне розчарування із списком "1001 книга яку потрібно прочитати". Як не шкода, але Моєм геть не мій письменник.
Класика має бути цікавою, а тут я їла їжачка і ледь домучила цю річ.
Можливо потрібно бути письменником, пост-вікторіанським британцем, чи ще кимось, щоб таки зрозуміти красу і гумор історії. Мені це не вдалось.

Именно так, как в заголовке рецензии, я сформулировала одну из тем в игре "Трижды три темы". Всегда с удовольствием читаю подобные книги. А тут еще и сам Моэм. разве могла я отказаться? Естественно, что совет был принят. И я не пожалела об этом ни на секунду.

Как и все книги этого автора, которые я уже прочитала, эта написана безупречным языком и увлекает с первых страниц.
Хотя тут бы я поспорила, главный герой книги - это сам писатель или все-таки его жена? По идее, конечно, писатель (имярек Эдуард Дриффилд), а по факту образ Рози - первой жены сего гения - гораздо ярче.

Нпверное это не та книга, с которой стоит начинать знакомство с Сомерсетом Моэмом, но прочитать ее определенно стоит.

Одна из тех книг, которая не захватывает, но и не отталкивает. Красивый язык, красивые обороты, описания. Но вместе с тем чего-то в книге не хватает.
Возможно раздражал английский аристократический снобизм, хотя у нас зазнаек тоже хватает. Возможно потому что не было чисто положительных героев.
Изначально книга привлекла своим названием.
Но "пироги и пиво" - это воспоминания, о том чего уже никогда не вернуть, это воспоминания о молодости, о тех деньках когда можно было зайти в паб и с кружкой пива и пирогом поболтать за столиком с другими людьми. О тех временах когда в маленьких городках все друг друга знали, и свято чтили все традиции, в особенности кто с кем общается, кто к кому ходит в гости, и кто с кем первый здоровается. Воспоминания о том, что раньше пляжей не было, и по песчаному берегу можно было идти далеко-далеко, о том что одни гостиницы были очень прибыльными, а теперь они еле сводят концы с концами. Воспоминания о том, как все начиналось и для тех о ком говорим, и для у нас самих.
"Скелет в шкафу". А нужно ли чтобы о нем знали все. Сейчас известным людям стало еще сложнее прятать свою жизнь, они постоянно на виду. И странно не то, что журналисты пытаются найти о них скрытую информацию, а то что людям это интересно. Не само творчество, книги которые написаны, и через которые авторы привыкли себе выражать, а то что сподвигло авторов написать эти книги, вытрясти их старые шкафы, выкинуть все на улицу и хорошенько в этом порыться.
Рози - шлюха, нимфоманка. Не думаю. Это человек который был музой Дриффилда. Такое ее поведение - это маска от горя и боли, своеобразная защита чтобы не слететь с катушек. Раз она не может себя подарить ребенку, то она будет раздаривать себя всем, ей не жалко. Она открыта в принципе ничего не скрывает.
Вторая жена - она не настоящая, она искусственная, как и Изабелла. Изабелла - сначала создала свой образ, потом подогнала под него Дриффилда, и старалась тандем "автор + покровительница" пронести до конца в строго отведенных ролями рамках. Так же и Эми она не была собой, она играла сначала роль жены известного писателя, а потом роль вдовы. Роли, которые по их предпосылкам должны были со стороны выглядеть натурально.
Кстати Рой тоже постоянно играл, того кого хотели в нем видеть собеседники.
Наверное слишком много фальши в этой книги, и Рози, не смотря ни на что единственный настоящий человек в этой книге.