Everybody's Fool

Насколько было бы лучше, если бы жизнь была другой и чизбургеры раздавали бесплатно.

В одну руку сложи желания, а в другую насри. Сообщи, какая наполнится первой.

Тогда в чем дело?
На ум ей мгновенно пришли два ответа: “ни в чем” и “во всем”. Оба верные, ни один не точный.

Тебе необязательно быть жестоким только потому, что мир жесток.

Как бы погано ни было, жизнь идёт своим чередом.

И все же, стоя возле табурета, невольно задумался с горечью (а такое случалось с ним каждый день) о том, что, получив ровно то, чего хотел – во всяком случае, так тебе прежде казалось, – чувствуешь жгучее разочарование: оказывается, ты хотел вовсе не этого, тебя обманом лишили того, чему ты и названия не подберешь.

Если бы во Вторую мировую сражались иголками для шприцев, я дезертировал бы еще из лагеря для новобранцев.

– Дуг, – произнес Джером, – люди за тебя проголосовали. Окей, может, и посмеялись над тобой чуток, но они проголосовали за тебя.
– Наверное, подумали, что это даст им возможность безнаказанно совершать преступления, – уныло возразил Реймер. – А я никогда ничего не раскрою. Даже если бы я и нашел хоть одну улику против них, и ту потерял бы.

Когда Реймер закончил повествование об этой печальной саге, Джером сидел с таким напряженным лицом, будто бы, несмотря на запор, отчаянно пытался выдавить из себя то, что скопилось в кишечнике.
– Ладно уж, чего там, – сказал Реймер. – Давай.
Получив добро, Джером зашелся от хохота и чуть не свалился с табурета.

– Во что он вам обошелся, – спросил он, – этот красивый красный автомобиль?
– Вам лучше не знать, – ответил Джером и отпустил тормоз.
– А вот в этом вы ошибаетесь, – заметил старик. – Мне лучше знать, чем не знать. Я потому и спрашиваю.