White Oleander

Я взяла ее за руку, села на пол рядом с кушеткой, на которой она беспомощно лежала навзничь в этой темной комнате, пахнущей уксусом. Я не знала, какие слова найти. Все равно что увидеть, как любимый человек подорвался на мине и его разнесло на куски. Ты стоишь и не знаешь, что с ними делать.

Просто старайся внушить себе: это происходит не зря.

“You ask me about regret? Let me tell you a few things about regret, my darling. There is no end to it. You cannot find the beginning of the chain that brought us from there to here. Should you regret the whole chain, and the air in between, or each link separately, as if you could uncouple them? Do you regret the beginning which ended so badly, or just the ending itself? I’ve given more thought to this question than you can begin to imagine.”

- Недавно я провела три недели в Тоскане. Смотрела Палио в Сиене. - Она перебирала слова, как гитарные струны. - Это скачки по старинным булыжным улицам, проводятся с пятнадцатого века. Как можно променять такую жизнь на мужа, детей и прочее "долго и счастливо"? Не говоря уже о весьма вероятном разводе, жалких алиментах и сверхурочной работе.

Я плакала, слезы лились и лились. Мы с матерью умирали, разрушались изнутри. Если бы только у нас был Бог, Иисус, нечто большее, чем мы сами, во что можно было бы верить, мы исцелились бы. И у нас началась бы новая жизнь.

Она никогда не бывает там, где находится. Она живёт внутри себя.

“Always learn poems by heart. They have to become the marrow in your bones. Like Fluoride in the water, they'll make your soul impervious to the worlds soft decay.”

Нет, я уже знала. Спасение пришло, но я повернулась спиной, и оно пропало. Я столкнула с яхты своего спасителя. Я позволила панике овладеть собой и теперь пожинала отчаяние.

«Нужно угадывать, чего хотят мужчины и каким это дать. Или не дать. — Она соблазнительно улыбнулась. — И когда сделать то или другое.»

Stay away from all broken people.