Поцелуй под омелой

Юля Игошина неожиданно ударила Вадика Филимонова пустым подносом. Со страшным звоном, прямо по лицу!..
– Ах ты… – грязно выругался Вадик, схватившись за лицо...
– Могу еще раз дать! – дрожащим голосом проговорила она.
– Да я тебе сам сейчас так дам! – замахнувшись на девочку, ответил Филимонов. Оля и Цветолина даже отсюда могли разглядеть, как пылает одна сторона его лица и еще почему-то уши.
– Ну-ну, перестань! – схватил друга за руку Егор. – Она тебя сегодня сделала, смирись!

Вот так жил спокойно, а потом меня придавило любовью, словно гранитной плитой. Только о тебе думаю. Все время.

В одной из витрин Оля рассмотрела забавного Санту, который, зацепившись мешком с подарками, повис на огромной мигающей елке. Скоро можно будет украшать квартиру, хотя новогоднего настроения до сих пор не было, несмотря на нарядный белый город, магазины и, конечно, приближающиеся зимние каникулы.

– Ну и погода! – проворчала Синицына. – Промозгло! Противно! На моей новой куртке такой классный меховой воротник. А из-за дождя на плечах будто драная мокрая кошка лежит.

Улыбнись, любовь моя! Ты даже не представляешь насколько я рядом.

Как думаешь, что такое популярность? Помню, в детском саду на новогоднем утреннике у меня была самая красивая диадема. Тогда все девочки мечтали а такой же, а все мальчики хотели со мной танцевать и даже дружить. Диадема потерялась в тот же день. И волшебство рассеялось. Я сразу перестала быть самой популярной.....
Как думаешь, чего мне хочется сейчас больше всего? Популярности? Скорее уж,потеряться, как та самая диадема....

Ну и просидишь, как сыч, все старшие классы! - сердито проговорила Оля. -Молодость так быстротечна, а ты всех и все в штыки воспринимаешь. Ходишь с чёрной дырой в душе. Дай своей молодости ещё один шанс! 

Что плохого в любви? – спросила она, не сводя взгляда с отца. – Когда она нечаянно нагрянет.

иногда это так мучительно… Ждать ответ от того самого человека.

Нужно быть идиотом, чтобы отпустить тебя, Оля. А я - не идиот. Не отпущу. 

Для меня любовь к нему – как мартовский луч, который может растопить лед. Единственное спасение.