Writers & Lovers

Не отдаешь себе отчета, сколько усилий вложил в то, чтобы что-то скрыть, пока не попытаешься выкопать скрытое.

Сурово это - зарабатывать на жизнь искусством.

"— Не говори нам, что девушка грустит. Скажи нам, что она не чувствует своих пальцев. Эмоции —
они физичны."

Это же так легко — спутать человека с тем, что он пишет.

Хорошая история — одновременно и аллегория, и часть жизни. Большинство писателей хороши
в одном, но не в другом.

Выбор я сделала. Хватит с меня зигзагов, горячего и холодного, парней, которые не знают или не могут сказать, чего им надо. Хватит с меня поцелуев, от которых плавятся кости, а затем десять дней тишины, после чего тебя похлопывают, бля, по руке в метро.

Все это ощущается немного сумбурным и невесомым, а если привлечь к этому внимание, можно выпустить слишком много воздуха.

У меня теперь нет ничего, кроме времени.

Это ж так легко - спутать человека с тем, что он пишет.

Брак - полная противоположность сказке.

Когда у людей заводятся дети, они больше не перезванивают.

Сижу на корточках и думаю о том, что женщину с ранних лет натаскивают улавливать, как ее воспринимает окружение, в ущерб тому, как женщина воспринимает людей сама. Иногда первое и второе ужасно перепутываются, и расплести очень трудно.

Пишу не потому, что, по моему мнению, мне есть что сказать. Пишу, потому что, если не писать, все кажется еще хуже.

"Когда я читаю что-то дельное, у меня начинает покалывать щиколотки. Это происходит с моих девяти лет, я по ошибке прочла Элизабет Боуэн"

Женщину с ранних лет натаскивают улавливать, как ее воспринимают извне, в громадный ущерб тому, как женщина воспринимает людей сама. Иногда первое и второе ужасно перепутываются, и расплести очень трудно.

Да, мы восхищаемся диапазоном, но

Мы признательны вам за возможность взглянуть

Ваш проект не задел струн

Это не вполне то, что

К сожалению, мы сейчас не

Благодарим вас за обращение, но

Мы благодарны вам за то, что вы подумали о нас

Нас недостаточно увлекло

Вообрази, что у тебя соседка по квартире – горячая и классная, – говорит он мне. – Кто из твоих ребят не стал бы с ней спать?

– Вообрази, что у тебя ребенок, а у ребенка температура сто пять, – говорит Фабиана. – Кто из них не сядет на измену?

– Или представь, что ты восходишь на Эверест, а твоего ребенка погребает под лавиной на стене Кангшунг, – говорит Джеймс. – Кто из них сорвет с себя одежду, чтобы заделать тебе нового ребенка?

С ним нет этого ощущения, какое возникает с некоторыми мужиками, – что они рвутся вперед к одному-единственному месту и им интересно, насколько быстро смогут там оказаться без хлопот и долгих разговоров.