Station Eleven

Грустно наблюдать за закатом цивилизации...
Но именно это ждет читателей на страницах книги. И еще ностальгия, которой предаются герои, успевшие узнать, как хорошо живется, когда в мире есть электричество, интернет, анестезия и авиасообщение.
⠀
Мне понравилось, насколько красиво можно рассказать о гибели мира через судьбы совершенно разных, но удивительным образом связанных между собой людей. Все начинается на театральной сцене, во время постановки пьесы великого Шекспира. Ведущий актер, голливудская знаменитость, перевоплотившийся в Короля Лира, умирает на глазах коллег. Через пару недель страшный вирус грузинского гриппа опустошит и разрушит современную цивилизацию...
⠀
Спустя два десятка лет Кирстен Рэймонд, хранившая в памяти события роковой постановки, бороздит просторы постапокалиптических пейзажей США вместе с театральной труппой «Дорожная симфония». В поселениях выживших они ставят пьесы Шекспира, надеясь, что руины цивилизации не затянут под себя остатки культуры. Но не в каждом посещенном местечке им будут рады и однажды жизнь актеров окажется под угрозой.
⠀
В книге замечательным образом сплетается напряженный характер жанра постапокалипсис с постоянной тревогой за героев и непредсказуемостью сюжетных поворотов с сентиментальность флешбеков в прошлое персонажей с трогательной грустью по ушедшей комфортной цивилизации.
Я до сих пор не определилась с тем, что больше пришлось по душе - обе составляющих романа уравновешивают друг друга и гармонично ощущаются под одной обложкой.

Вместе с несостоявшимся парамедиком мы наблюдаем финал привычного уклада жизни - исчезают из трансляции телеканалы, люди в панике бегут за город, где, как кажется, есть спасение от жуткого вируса. И остаются в своих автомобилях, убитые паникой, попутчиками или смертельной болезнью. Надежда на вмешательство национальной гвардии и правоохранительных органов тает с каждой минутой и герой остается один на один с недружелюбной тенью былого общества.
⠀
Чтобы не сойти с ума и не пасть жертвой тех, кому не удалось первое, приходится осваивать диковатые навыки. Но к ним прикладывается и третий пункт - дело, которое захватывает и придает смысла в обезумевшем мире. И пусть в основе этой деятельности лежит томление по прошлому, без которого сложно сохранить себя в пугающем настоящем. Примерами тому выступают Кирстен и ее бродячая театральная труппа, или основатель музея, посвященного таким артефактам ушедшего, как паспорта, кредитные карты или туфли на шпильках.
⠀
Я с упоением наслаждалась воспоминаниями героев, ощущая их ранние годы в бурлящих энергией мегаполисах Северной Америки, поглядывала из-за кулис за перипетиями жизненных путей, которые однажды сойдутся в одной точке в декорациях упадка цивилизации.
Действительно, очень лиричная история не только о выживании, но и о том, как оставаться человеком порой в бесчеловечных условиях.

Авторский роман (2014), в смешанном жанре: апокалипсис и постапокалипсис, который добрался до России в 2017. Периодически можно было заметить в сетевых рекомендациях, но прошел не заметно. Мое внимание данная история привлекла не только жанровой принадлежностью, но и случайным столкновением с неформатным томиком в твердой атмосферной обложке по бросовой цене. Однако после прочтения, книга вызвала множество вопросов, как к содержанию, так и самому изданию, но обо всем по порядку.

Сюжет состоит в том, что мир поражает вирус «Грузинского гриппа», который попадает в Град на Холме (Америку), вместе с авиапассажирами нескольких самолетов из Москвы. В чем логическая связь в вопросе географии – загадка. Быть может игра слов в переводе (Грузия и штат Джорджия), или очень плохое ориентирование в пространстве, совместно с отсутствующими навыками чтения карт (шли в Ирак, пришли в Египет), но Российский Мордор был и остается проверенным, а потому надежным трамплином для книгопечатной индустрии запада. Авторы, которые ставят перед собой цель, зарабатывать своими текстами, безусловно, знают подобную особенность, а потому мажут целую страну и ее народ, о которых не имеют и малейшего представления, черной краской мировой чумы.

Вирус распространяется очень быстро, буквально уничтожая цивилизацию в считанные дни, и вот с этого момента появляются странности.
В магазины за провиантом и средствами первой необходимости, как и на АЗС никто не ломится, автомобили парализовали транспортные сети – по причине отсутствия топлива в них, спустя время, лишь в некоторых машинах остались трупы людей, остальные видимо вышли на 15 минут…
Самолетам запрещают взлет, высаживая пассажиров и оставляя их на произвол судьбы в общем зале аэропорта. Лайнеры, которые были в воздухе, экстренно сажают, блокируя в них людей, кои остались там навсегда.
Повсеместно отключают электроснабжение, которое ставит человека перед лицом неминуемой гибели, так как перестают работать холодильники, водяные насосы, отопление, средства связи, лифты, аппараты медицинского назначения и многое другое.

Все подразделения безопасности, включая полицию, армию, медицинский персонал и прочие – попросту исчезают. На поиски выживших никого не отправляют, хотя более чем логично предположить, что моряки, не подошедшие к берегу, подводники, удаленные и изолированные военные части, прочие объекты стратегического назначения, например гидроэлектростанции, объекты железнодорожного транспорта – всего этого на страницах книги словно бы и нет.
Из оружия только пять пистолетов, которые спустя двадцать лет стреляют, словно через глушитель, бесконечными патронами, ну и самодельные луки, которыми все научились пользоваться, будто это как два пальца… Ножи великая редкость, а потому есть только у одного персонажа, но зато сразу два, а еще три в виде татуировки.

Так и не смог поверить в то, что людей обреченных на смерть от биологической угрозы, преднамеренно уничтожают, и самих себя, в том числе, путем отключения энергосетей, связи и прочего. Как и в то, что люди весьма длительное время не предпринимают попыток возобновить подачу электричества, а спустя более двух десятилетий, когда электричество локально восстановили, первое на что его решают пустить – это освещение улиц провинциального городка…

Кроме прочего, много вопросов у меня появилось к воплощению образа детей. Восьмилетние, двенадцатилетние чада, которые жили в известном нам мире, пользовались его благами, спустя время забывают, что они делали, например, в рекламе каких продуктов снимались, действительно ли при нажатии на выключатель включается свет, правда ли можно было разговаривать по телефону с человеком, который находился на другом конце света.

Существенным является и тот момент, что в мире, созданном Э. Мандел, сгинули все книги, а рожденных в новой эпохе детей обучают, путем рассказов о том, что помнили старшие, по принципу: «Были времена, когда оленину не нужно было выслеживать и пытаться убить из деревянного лука, а приходи в магазин и покупай», а на резонный вопрос детей, почему сейчас не так, «учителя» разводят руками. Видимо отсутствие электричества в мире, привело и к его угасанию в нейронных связях мозга.

В сюжете описываются разрушения капитальных зданий, которые очевидно не естественные, как и следы пребывания в них других людей, переоборудование помещений и многое другое. В частности, когда персонажи посещают учебное заведение, то крыша его частично обрушилась, и это притом, что частей плит на полу замечено не было, как и следов волочения, либо луж от дождевой воды, снега, росы на крайний случай, зато костерок горел хорошо, а стены пестрели граффити.
В помещении множество коек, и персонажи предполагают, что это либо укрытие, или же полевой госпиталь – совершенно разные объекты, которые сложно спутать, если понимать, на что смотреть и о чем говорить.

Но, на фоне зияющих дыр глобальных проблем остаточного общества, автор не уделяет внимание частным вопросам. Откуда берется обувь и одежда, почему она не изнашивается, есть ли одежда для других сезонов, и при отсутствии флэшбэков в разное время года, которых прошло более чем достаточно, не ясно как люди адаптируются, обогреваются, согреваются за пределами жилищ.

Практически все сюжетные флэшбэки связаны с одним из персонажей, который умирает в самом начале истории от сердечного приступа. Данная идея весьма не плохо воплощена, с реалистичным эффектом, однако предопределяющего значения для сюжета в части постапокалипсиса – она не имеет, фактически представляя собой историю в истории. Лишь в конце, есть моменты самобичевания отца, который не уделяет достаточного внимания своему сыну, а именно он и должен был сыграть решающую роль в рухнувшем мире данной истории.
Имеются и хлесткие сравнения, точные описания, замечания в части распространения вируса – таковые моменты я отметил, их оказалось четыре, и они определенно хороши.
При большом желании, и сильном притягивании за уши, можно предположить аллюзию на артистов лайнера «Титаник», но это не точно.

Основные жанровые клише, в частности в описании местности, прописаны, узнаваемо и потому – ровно.
Целостная логика и очередность эпизодов истории, выдержана, но, на мой взгляд, интервью одного из персонажей журналисту самодельной газеты, несколько надуманно и громоздко для повествования. Было бы лучше этот объем страниц потратить на реализацию кульминации.
Линии персонажей, часть из которых даже не имеют имен, а точнее, их характеры, обоснованность поведения, мотивации, раскрыты путем рваных воспоминаний и рассказов других персонажей. Не самая выгодная позиция, но не исключающая свойственного жанру ощущения человека без прошлого и будущего. В отношении персонажей основной группы – это вполне получилось, однако сторонние, совершенно безликие, местами даже прозябающие на страницах, когда очевидно, что автор не понимает, что с ними делать.

Относительно кульминации можно сказать, что она начинается шаблонно и предсказуемо, очевидно, что и основные персонажи понимают это, но ничего не предпринимают, добровольно становясь мишенью для гнева главного злодея. Воплощение несколько скомканное, сумбурное, не выдержанное с точки зрения понимания ситуации в рамках канвы повествования. Ну а развязка, лично меня полностью разочаровала, поскольку она откровенно слита, более двухсот страниц пути, где все разрешилось одним выстрелом того от кого и не ждешь, а после и вовсе этот нежданчик незаметно пропадает, как и не было…

Теперь давайте коснемся самого издания этой книги.
Начать следует с того, что текст изобилует множеством кавычек, в которые заключены реплики персонажей во флэшбэках, однако зачем превращать диалог в цитатник – мне не понятно. Ведь можно было обозначить, что приводятся события из прошлого и прописать их обычным способом.
Повествование пестрит большим количеством повторов союзов и предлогов, от чего создается впечатление, что читатель мчится на велосипеде по ухабистой тропе в неизвестно где. Местами создается эффект экзальтации путем нагромождения однобуквенных слов в предложении, что смотрится вычурно и не умело.

Далее приведу результат работы художественного редактора, редактора, ответственного редактора и корректора, которые растеряли русский язык:
«- Их что-то вспугнуло», или спугнуло, напугало, испугало;
«дорога сворачивала к блестящему вдалеке озеру», или блестевшему, блестящему озеру, что вдалеке;
«пока сквозь жалюзи еще приникал сероватый свет», или он все же проникал;
«В аэропорту остались в основном заграничные пассажиры», или иностранные, словно перевод времен императорской России, а не из 2017;
«Очевидно, он не собирался ее убивать. Или решил убить ее так, чтобы она умерла не быстро. Оно хотел причинить ей боль», что вообще?!
«- С пророком, он идет за нами, - еде слышно ответил Саид», кроме ошибки, тут еще и имя собственное, которым стало «Пророк», по тексту пишется с прописной, а не с заглавной буквы.

К поименованным ранее специалистам, присоединяется переводчик, просто приведу цитаты наскальной письменности с литературного дна:
«за дверью ресторана фотограф читает эсэмэс»;
«у меня, прости господи, даже страницы в Фейсбуке нет»;
«он сообщил мне в е-мейле»;
«подошел к палатке и купил стаканчик «Эрл-Грея»»;
«подошел к толпе у экрана, где транслировался Си-эн-эн»;
«убивал инопланетян на игровой консоли «Нинтендо»»;
«попробовал определить свое местоположение на айфоне».
Перевод брендов, устоявшихся форм, терминов определенной среды, склонение брендов, наименование товаров, либо сортов продуктов, в том числе в кавычках, и прочая дикость, не свойственная лицам, которые работают с языком.
Минимум пять человек было задействовано в работе непосредственно над текстом, и допустить столько ляпов – это не серьезно…

Двадцатый год после нашей эры. По пустынным дорогам территории, что раньше звалась Соединенными Штатами Америки, медленно бредут повозки, запряженные лошадьми. В повозках – бывших автомобилях, без двигателей и других утяжеляющих запчастей, - едут артисты единственного бродячего театра, сохранившегося после катастрофы. «Дорожная симфония» играет, в основном, Шекспира: «Сон в летнюю ночь», «Ромео и Джульетта», «Король Лир». Артисты всегда движутся по одному маршруту; так безопаснее. Однако, даже выверенный годами маршрут не может дать стопроцентной гарантии того, что все будет проходить как по маслу.

Грузинский грипп, пандемия, охватившая земной шар более двадцати лет назад, уничтожила 99,9% населения. Оставшиеся люди приспособились к новым условиям проживания, где нет ни лекарств, ни электричества, ни топлива. Мир, где любой может погибнуть из-за обычной царапины, уже является опасным для последних представителей человечества. И, тем не менее, некоторые из них создают новые проблемы: по континенту распространяется религиозный культ, чей основатель считает себя Пророком, способным вершить судьбы людей. Он считает, что выжившие – есть свет, а погибшие при Пандемии заслужили свои страдания. Все, кто не согласен, не должны влачить свое бренное существование на Земле. Все, кто не готов отдать единственную дочь в четвертые жены Пророку, кто не хочет убивать ради прихоти Пророка, будут уничтожены.

«Станция Одиннадцать» - это невероятная история длиною в двадцать лет. История о людях, живших до катастрофы, которые сыграли решающие роли после нее. История о погибших, не обладающих иммунитетом, не заставших закат цивилизации. История о силе человеческого духа, любви и боли. И это история, которая не должна случиться ни с кем из ныне живущих – и поэтому она ожила на страницах книги, где и должна оставаться.

Так как мое первое знакомство с творчеством Эмили Сент-Джон Мандел после книги Стеклянный отель совсем не задалось, я боялась приступать к чтению «Станции». Потому что Стеклянный отель меня не впечатлил. Даже не смог хотя бы чуточку заинтересовать. Более того, стиль и слог письма автора показались сложными и тяжёлыми для восприятия. Я решила, что это просто не мой автор и её книги я больше не буду даже пытаться читать. Ага, в то время, когда «Станция» уже лежала у меня где-то в закромах и ждала своего заветного часа.
(уахахаха)

В январские праздники я довольствовалась одним детективом и, так как болела, решила почитать какой-нибудь захватывающий постапокалипсис. Вот тут то и вспомнила про «Станцию одиннадцать». Это одна из тех книг, в котором автор не стала зацикливаться на катастрофе и её причинах. Мандел решила сосредоточиться на людских судьбах. Да, книга о жизни после катастрофы, но она в первую очередь о людях.

Итак, человечество не справилось с гриппом. Кирстен, одна из выживших, примкнула к труппе бродячих актёров «Дорожной симфонии» которые ездят по городам и ставят спектакли. И пока их дело процветает, девушка вспоминает Артура Линдера, актера, который когда-то сыграл в постановке короля Лира главную роль.

Эта книга – ода человечеству, искусству и красоте. Она невозможно прекрасная и очень эстетичная. От многих моментов бросает в дрожь и роман производит по-настоящему сильное впечатление, особенно на фоне прошедшей пандемии коронавируса.

«Станция одиннадцать» заставляет задуматься. Здесь много глубоких мыслей, размышлений и хороших цитат.
Единственное мне не понравилось то, что обычно бывает у американцев: угроза всегда исходит от русских. Даже грипп. Жаль, что американцы выставляют русских виновниками во всех бедах человечества.

А в остальном книга не плохая! И её точно стоит прочитать. В наше время, когда мир буквально висит на волоске от войн, катаклизмов и болезней, она будет особенно актуальной.

На эту новинку я просто облизывалась. Шикарная обложка, заманчивая аннотация, обещающая обожаемый мной постапокалипсис, масса восторженных отзывов и хвалебных рецензий. Но – не срослось, и ожидаемого восторга книга не вызвала. Попробую объяснить, почему.

В первую очередь, наверное, мне не понравилось то, за что «Станцию Одиннадцать» обычно хвалят – тут намешано слишком много всего. Помимо крушения цивилизации (на этот раз человечество выкосила крайне заразная напасть под названием «грузинский грипп»), историй выживания в мире, буквально за пару десятилетий возвратившемся в средневековье, тут масса флэшбэков в прошлое всех более или менее значимых героев, даже тех, кто по сюжету персонажи даже не второго, а распоследнего плана (зачем это делается – загадка, тем более что, например, вторая и третья жены известного актера Артура Линдера, со смерти которого книга и начинается, как были картонными куклами с наклеенными ресницами, так ими и остались, сколько бы нового о них читателю не поведали). А еще тут будут таинственные похищения, музыка и музыканты, романтика дальних путешествий, постановки пьес Шекспира, злобный псевдопророк и его фанатичные последователи, кровавые схватки и неожиданные находки, тут расскажут о тонкостях человеческих взаимоотношений, о настоящей дружбе и спрятанной где-то очень глубоко любви… В общем, очень много всего, и, в силу невеликого объема, всего по чуть-чуть, так что в целостную картину все эти кусочки укладываются с трудом.

Во-вторых, музыки и Шекспира тут куда меньше, чем обещала аннотация, большую часть сюжета, повествующего о передвижном театре «Дорожная симфония», занимают симпатии и антипатии актеров и музыкантов, их повседневные занятия и опасные переходы от городка к городку, в которых еще теплится жизнь. Основной культурный объект этой книги – комикс. Пусть талантливо исполненный, пусть очень дорогой для его создательницы, пусть со знаковым сюжетом, но – комикс. Не Шекспир.

А в-третьих, здесь почти нет положительных героев. С некоторой натяжкой таковыми можно назвать Кирстен, актрису «Дорожной симфонии», одержимую выяснением подробностей истории жизни умершего незадолго до начала эпидемии прямо на сцене (и на глазах Кирстен, тогда восьмилетней девочки) Артура Линдера (кстати, почему ее так интересует этот человек, не совсем понятно – только потому, что когда-то именно он подарил малышке тот самый комикс, который стал для нее смыслом жизни?); Дживана, недоучившегося парамедика и бывшего папарацци, да Кларка, лучшего (и, похоже, единственного) друга Артура (правда, с учетом нетрадиционной ориентации Кларка, в искренность его дружеских чувств не очень верится).

А вообще, книга немного напомнила кинговское «Противостояние», только без мистики и без глубокого психологизма, этакая лайт-версия вечного сюжета о том, как одна и та же вещь/событие/произведение искусства кардинально противоположным образом может повлиять на разных людей.
Книга на любителя. 7 баллов из 10 (местами все же было хорошо).

В версии постапокалипсиса от Эмили Сент-Джон Мандел с цивилизацией покончит Грузинский грипп. Такой же мгновенный и смертоносный, как Капитан Трип кингова "Противостояния". Большая часть сцен, связанных со смертельным вирусом, тоже нарочито скопирована у великого предшественника. И это ни в коем случае не обесценивает романа. В общем, он не о том, а причина трагедии выбрана как наименее разрушительная для предметного мира. Любая катастрофа планетарного или космического свойства потребовала бы серьезной проработки среды, усложнила и утяжелила книгу, не добавив ничего, кроме объема.

Из двух великих вопросов русской литературы Мандел выбирает "Что делать", "Кто виноват" ее не сильно интересует. Какой смысл докапываться до причин, когда без того известно, что человек смертен, и смертен внезапно. Она просто моделирует ситуацию, в которой внезапная смерть случилась с девятью десятыми популяции. Удивительным способом сделав так, чтобы внезапная смерть миллиардов не затенила и не обесценила внезапную смерть одного. Не оттого, что этот один был голливудской звездой, и не за тем что каким-то немыслимым гением. Но потому что Артур был человеком, которого узнаем и поймем (хотя вряд ли сильно полюбим). Одним из нас.

Он умрет на сцене в третьем акте "Короля Лира" накануне дня начала пандемии и не узнает, каким немыслимо хрупким окажется на поверку мир, который казался таким прочным. А мы, двадцать лет спустя, отправимся по дорогам того, что придет ему на смену, нового, но не дивного, с девочкой, игравшей в том же спектакле. Теперь уже молодой женщиной, актрисой и администратором кочующего театра "Симфония". Транспорт вернулся к тягловой лошадиной силе. Они странствуют по селениям, играя Шекспира как во времена Шекспира. Кирстен не помнит, что было с ней в тот первый год после грузинского гриппа и откуда у нее этот шрам, память милосердно затемнила тот промежуток времени. А потом оставалось выживать.

Сцены постжизни в романе, при всем их внешнем динамизме, выглядят тусклыми в сравнении фрагментами из прежнего мира, нашего с вами, большей частью связанными с жизнью Артура (того, что умер в "Лире"). И это мне кажется тоже намеренным авторским ходом; живите здесь и сейчас, цените, что имеете, наслаждайтесь каждым днем того немыслимо прекрасного, что считаете серыми буднями. И тогда обыденность станет для вас Станцией одиннадцать.

Да, кстати, а что за станция и каким боком она ко всему? Она сюжетный стержень книги. Графический роман с таким названием рисует Миранда, художница и первая жена Артура. Это настоящее произведение искусства, изысканное и эстетически безупречное, о техническом гении Докторе Одиннадцать, сумевшем эвакуировать с Земли, спасая от нападения инопланетян, некоторое количество людей на созданную им землеподобную Станцию одиннадцать. Принцип астероидов из "Маленького Принца", только гораздо больше, со своим океаном, где говорящие дельфины, которые любят, когда им поют. Такое сочетание Эдема с Ковчегом.

Миранда начала работу над "Станцией..." девчонкой, а закончила через много лет, оставив позади замужество с Артуром, крушение брака, став успешным финансовым аналитиком. И вот книга наконец увидела свет. По странному совпадению в вечер последнего спектакля, в последний вечер нашей прекрасной жизни. Она успеет подарить бывшему мужу пару экземпляров, один из которых достанется Кирстен, бывшей тут же, а другой попадет к восьмилетнему сыну актера, сыграв судьбоносную роль в жизни обоих.

Хорошая книга. Не постап, скорее Carpe diem. И еще о том, что когда у тебя есть нечто высокое, чему служишь изо дня в день, с кризисами легче справляться.

"Ад – это отсутствие людей, по которым ужасно скучаешь"

История об эпидемии, унесшей жизни доброй части населения планеты. О том, как существовали выжившие (точнее, часть выживших). О путешествии группы "Дорожная симфония" по разрушенным городам и селениям.

В романе не так много экшна, как, возможно, того хотелось бы. Это более размеренное повествование, наполненное размышлениями и рассказами о том, как было "до" через призму Артура Линдера - актера, погибшего во время спектакля в самом начале книге.

Оставив позади последнюю страницу я поняла, что сказать об этой истории, в сущности, нечего. Вполне себе проходной роман, не претендующий на гениальность, но который может скрасить один из вечеров.

ТЕАТР НАЧИНАЕТСЯ С ВЕШАЛКИ А ПАНДЕМИЯ С ГРУЗИНСКЛГЛ ГРИППА.

Не когда бы не догадался что именно с театра начнется книга об Эпидемии и Постапокалипсис.

В начале повествования умирает Артур восходящая голливудская звезда умирает от грузинского гриппа .
Спустя 20 лет все исчезло, ничего нет, бензина нет, людей мало ,люди живут маленькими группами и группируются около заправок и озер там где есть пресная вода ,передвигаются люди на лошадях да именно так людей отбросило назад во времена средних веков .
Однако театр по прежнему существует и гастролирует.
После смерти Артура многое изменилось и прошло уже 20 лет, маленькая девочка плачущая Карстен выросла и теперь играет главные роли в театре и еще она ищет информацию из журналов и газет об Артуре .
У Карстен есть друг его зовут Август и он старше ее но они только друзья и ничего больше.
Персонажей в книге много все разные по характеру Миранда Павло сам Артур и многие другие .
Сколько не читаю эту книгу и не могу понять почему она так тянет не могу понять
,а тянет она своей простотой и лаконичностью вроде ничего особенного ,но все равно тянет своей простотой язык написания .
“На самом деле он давно понимал, что мир никогда не станет прежним, и все же это осознание заставило посмотреть на собственные воспоминания иначе“

В ИТОГЕ !!!!
Конечно эта книга в большей степени о дружбе о доверии о предательстве об отношениях людей ,хотя есть и любовная линия правда вялая и не в том обличает в котором я это хотел увидеть .

Ещё тут много посвящено театральной жизни и жизни актёров и все что остаётся за кадром за этим тоже интересно наблюдать...
Как будто фильм посмотрел а не книгу прочитал... !!!

PS/

Да тут ещё есть про одиночество, наверно автор сам был одинок и ассоциировал себя м Артуром у которого было много жен 3 или 4 точно не помню а чем всё закончилось чем ???? тем что он остался Один с сыном ,концовка какая то смазанная как то больше вопросов чем ответов...

Но книга все равно классная. !!!!!!!!!!!!!!!!!!

Читайте книги. Всем УДАЧИ !!! …………………)))))))))))))))))))))))))))))

Хотелось бы всем любителям живых, реальных ощущений посоветовать именно сейчас прочитать эту книгу. Хоть в ней вы и не найдёте то, что ожидается от привычного постапокалипсиса, но из-за ситуации в недалёкой Азии это не важно. Полное погружение в созданную автором историю вам будет гарантировано в любом случае.
⠀
В век истощения ресурсов, находясь в шаговой доступности до глобальных катастроф, читать постапокалиптику как нельзя актуально. С одной стороны можно попробовать узнать и сформировать основные действия во время / после трагедии, ведь сколько уже было описано вариантов падения цивилизации, со временем, вероятно, случится какой-нибудь из уже описанных сюжетов; с другой стороны - конечно лучше прислушаться к голосу разума и перестать портить / истреблять / уничтожать / игнорировать планету, от которой человек не в состоянии оторваться, словно его с ней связывает невидимая пуповина.
⠀
Перед началом чтения, мне казалось (не могу объяснить почему), что книга будет похожа на «Новая эра Z» М. Р. Кэри . Да, грузинский грипп у меня ассоциировался с зомби-вирусом. Думаю подобная путаница произошла из-за того, что мне хотелось прочитать про обычную катастрофу, но пришлось смотреть на поломанных обычным, ещё здоровым миром людей.
⠀
Во время нашествия зомби-вируса в грехах и ошибках выжившие винят сам вирус, сбивший их численность, да и его приспособленность к окружающей среде (в то время, как оставшимся в живых сложно это сделать). Когда же нападает очередной, обыкновенно-уничтожающий, а не изменяющий вирусный грипп / пневмония, уцелевшие могут винить только себя, горстку спасшихся, творящих бесконечную жестокость и наживающихся на чужих несчастьях (как вспомню фильм "Дорога" по одноимённой книге Кормака Маккарти, так вздрогну).
⠀
Бесконечно много человеческих и наполненных надеждой ситуаций как до, так и после нового отсчёта человеческого существования описывается в книге. И это самое важное: не смотря на то, что происходит с людьми, будь то бытовые проблемы или постапокалиптические трудности выживания, помощник в преодолении препятствий - надежда и вера.

На протяжении нескольких лет я мысленно возвращаюсь к тематике постапокалипсиса, и дело не в рассуждениях, как это произойдет, будут ли зомби ходить по земле или иная напасть прервет развитие существующей человеческой цивилизации. Конечно же первые дни, года трагедии - невероятно жуткое и увлекательное зрелище, об этом периоде предпочитают снимать фильмы и писать книги. Конечно, ведь ещё вчера ты мог заказать кофе на вынос, связываться с помощью Интернета с другом на другом конце континента, включить свет у себя в комнате, и внезапно - ты лишен всего этого, тебя либо пытаются съесть (популярная тема зомби), либо ты пытаешься убежать от инопланетян/стихии/болезни. В "Станции Одиннадцать" автор практически не раскрывает, что же происходило с персонажами в самом начале новой жизни после крушения человеческой цивилизации, чаще всего персонажи предпочитают не вспоминать, что происходило в первый год их скитаний, доходит и до сознательной амнезии. А вот "что же будет потом, через десять, двадцать лет" - это уже интересно. Если вы ищете драйва, схваток за жизнь, жестокости, то вы будете разочарованы, если что-то из перечисленного в романе и присутствует, то в весьма незначительных дозах для уже избалованного любителя постапокалипсиса.

Всю книгу я воспринимала как некую головоломку - пазл, где части идеально подходят к друг другу, автор тщательно рассматривает каждую, рассказывая читателям об их истории, а затем и о связующих нитях. Всё действие романа не происходит лишь после трагедии, совсем нет, автор очень и очень часто обращается к прошлому, рисует картины благополучного мира, где уже тогда начали разворачиваться события, который найдут отражение уже через двадцать лет после шествия грузинского гриппа по миру. Конечно же мне хотелось вернуться в новый мир, узнать, по каким законам теперь живёт человечество, как обходится без привычных благ. В любом произведении я чувствовала фальш, когда жизнь героев через многие годы после нашествия зомби или чего-то подобного никак не менялась. Они так же ездили на машинах, найденных где бы то ни было, у них была та же одежда, боеприпасы, да что угодно! Они находили и использовали лекарства, стройматериалы. Но ведь у всего есть свой срок годности, хоть двадцать, хоть пятьдесят лет, но он есть, и что же будет тогда? Конечно Эмили Мандел не расписывает во всех подробностях быт людей того времени, но хотя бы делает отметку о том, что бензин недолговечен - это уже плюс.

Театральная труппа "Дорожная симфония" перемещается от одного поселения выживших к другому, пытаясь нести свет культуры, проводят концерты и ставят пьесы Шекспира. Одна из труппы - Кирстен начинает тянуть нить, распутывая клубок из старых воспоминаний, влюбленностей и случайностей. Здесь и жизнь известного актера Артура Линдера, его непростые любовные отношения, вылившиеся в череду неудачных браков и разводов. Первая жена Артура, которая создала в своем воображении красочный комикс, прячась в нем от превратностей судьбы. И мужчина из первого ряда, который пытался спасти короля Лира в первый день эпидемии. И этому клубку из воспоминаний посвящена большая часть романа. Не исключено, что именно по этой причине роман и получился лиричным, ведь предпочтение отдается душевным метаниям героев, их воспоминаниям и сожалениям, нежели описаниям кровавых расправ, хотя и в мире "Станции Одиннадцать" не всё так гладко.