Комната Вагинова

Ты проснулся, умылся, побрился, отжался,

Наступил на кота, с женой поругался,

Помирился с женой, поругался с дорожной полицией

И вдруг обнаружил, что тебе это снится.

Ты идешь на работу, уходишь с работы,

Постепенно забывая, откуда и кто ты,

Постоянно забывая, откуда и кто ты,

Навсегда забывая, что тебе это снится.

Тебе это снится.

Саша Васильев, еще один певец Петербурга

Почти тридцатилетний филолог Сеня в красивом глянцевом костюме, купленном мамой, однажды решился на подвиг ради науки. Ладно, на самом деле он просто заселился в коммуналку на канале Грибоедова, но начал самостоятельную жизнь не просто так, а из сугубо исследовательского интереса. В этом доме жил поэт Константин Вагинов, своей удивительной манерой письма добавивший в мем о литературоведе Бахтине, который хотел диалог и хронотоп, сакраментальное «карнавал». По некоторым сведениям, поэт обретался здесь сначала на первом этаже, а после наводнения 1924 года переселился на пятый — в общую квартиру, в комнату с видом на двор-колодец. Ее-то Сене и необходимо не просто посетить, а вжиться, прочувствовать, понять изнутри, провести, так сказать, иммерсивный эксперимент, но черный пес Петербург стряхивает с себя Сенины амбиции, как блох, а сам Сеня попадает в почти герметичный почти детектив с похищением, енотом — звездой Тик-Тока, поэтом — обманутым дольщиком, случайным итальянцем и кое-кем еще. Филология безопасная, говорили они .

«Сеню слегка удивляет та легкость, с которой он, тюфяк и нежный домашний мальчик, всю жизнь оберегаемый родителями от реальности, свыкся с ситуацией. Комнату Сени обыскивали, его самого опоили, а сейчас хотят вломиться посреди ночи, но он не теряет присутствия духа, выражает готовность сражаться и, может быть, убивать, если потребуется».

Ну да, с самого начала все идет не как задумано. Сеня честно пытается интегрироваться в местное общество, но получается не слишком ладно: обитатели коммуналки, мягко говоря, странные даже по меркам тюфяка, любящего трусы в веселенькие фрукты и одержимого идеей физически прочувствовать атмосферу дома, где жил человек, о котором Сеня собрался писать том в серию ЖЗЛ, чтобы опередить именитого и маститого конкурента Валаамова:

«Сеня воображает привидение Вагинова, запертое внутри лампочки: оно мечется в грушевидной клетке, пытаясь сообщить своему биографу Сене нечто важное. Хотя если бы Вагинов жил в лампочке, она наверняка была бы маленькой, тусклой и включающейся через раз. Вагинов не любил электричества — он отказался его у себя проводить и обходился свечами и естественным освещением».

Тем временем хозяйка квартиры идет на разные ухищрения, лишь бы не собирать с постояльцев плату. Полная несколько истерического жизнелюбия соседка Лена в комнате держит енота Николая Васильевича, снимая о нем видеоролики с оммажем на биографию Гоголя, разумеется. «Если бы за выражение лица отправляли в тюрьму, Артем сел бы пожизненно», но этот чрезвычайно развитый физически философ подозрительно начитан. Гаэтано… ну Гаэтано — вообще итальянец, точно известно, что не из Неаполя, потому что в Неаполе тебе на голову может упасть черепаха, а в Питере — не может. Тихо спивающийся эксцентричный поэт и обманутый дольщик Сергачев кажется едва ли не единственным нормальным персонажем, но и это не точно. Есть еще кое-кто, но до поры Сеня слышит только невнятные звуки, напоминающие стоны. И вообще создается ощущение, что все герои обитают в лимбе — том, что у режиссера Нолана в его многоуровневых снах, а не том, что первый круг ада по Данте (впрочем, не точно и это). Не зря же хозяйка прямо указывает Сене на иллюзорность происходящего: «А вы знали, что человек видит сны круглосуточно, даже когда не спит? Просто разум их подавляет».

Антон Секисов написал смешной, бодрый, очень петербургский, очень литературоцентричный триллер. И даже если вам незнаком обэриут Вагинов, даже если не считываются отсылки к Достоевскому, Фаулзу и трудам древнегреческих философов, даже если понятия «петербургский текст» и «городской миф» вам ни о чем не говорят, вы все равно получите удовольствие, если любите веселый абсурд с верхними нотками болотных испарений и нижними — особого питерского сплина. Ну и поэт Сергачев как бы намекает: «все, что совершается в Петербурге, происходит как будто не по-настоящему, как во сне».

Помню, в курсе современной русской литературы наш лектор, любимый нами профессор Т.А.Пономарева, назвала имя писателя, вызвавшее в аудитории недоумение и улыбку. Назвала она его лишь однажды и потом отбивалась от молодых студенток всю перемену после пары: «Это его настоящая фамилия?», «Зачем он ее придумал?», «Он любил быть на устах и в головах?»…
Ну вот и я в очередной раз среагировала на эту фамилию. Улыбка не покидала моё лицо с самого начала. В конце она была грустной, моя улыбка. Я эту книгу глотала, а не читала. Наконец, не грустно было ехать в метро- со мной была комната Вагинова.
Эта комната- коммунальное проклятие, чья- то придумка или фантазия: кто придумал поселить сюда Вагинова, писателя- бунтаря начала 20 века? Зачем вам к нему? Он не обещает интерес и откровения - это не полторы комнаты Бродского! А людей туда манит… Ну что, заглянем? Обещайте не разочаровываться в пророках.
Читается на одном дыхании: люди до сих пор тянутся к страшному и неизвестному, потому что сами странные…))

“Смерть идиота” или смерть от упавшего кирпича, сосульки или фасада, балкона, в шахте лифта или арбуза.

Тяга к сопричастности к литературно-историческому прошлому затягивает безнадежно воодушевленного Сеню в коммунальную квартиру к маньяку и его жертве, озабоченной, алкоголику итальянцу и блогерке.

И не тошно, и не страшно, но чувствуется петербургская весна, беспросветная безнадега, и теплящаяся надежда выйти из порочного круга удовлетворения базовых потребностей, переходя на качественно новый уровень.

А я все также буду продолжать бояться “смерти идиота”. И русскую хтонь, обволакивающую и цепляющую меня как никогда в это время.

«Он был по натуре коллекционер, собиратель, любил собирать все следы человеческой жизни, на чем бы они ни запечатлелись» - вспоминал Николай Чуковский о Константине Вагинове, ярком петербургском поэте и прозаике 1930-х годов.

Так и Антон Секисов собирает абсолютно разные человеческие жизни в петербургской коммуналке.

Молодой филолог Сеня, чтобы написать биографию Константина Вагинова, решает заселиться в одну из комнат коммунальной квартиры, где предположительно жил поэт. Соседями Сени оказываются весьма странные персонажи: енот-звезда Тик Тока, непосредственная хозяйка звезды, фотограф-итальянец, полусумасшедший поэт, замкнутый философ. Но я не всех перечислила Не хочется раскрывать сюжет, лучше дать возможность получить удовольствие от прочтения.

Тяжело остаться равнодушной к полному иронии и сарказма трагифарсу с элементами мистики и триллера, где грани между сном и реальностью полностью стираются.

Книга захватывает с первых страниц, а интригующий сюжет держит в напряжении до самого конца. Всё характерное, смешное и странное, что прячется в глубине людских душ, вырывается на поверхность ярким калейдоскопом абсурда.

Текст очень филологичен, что не может не радовать Многочисленные аллюзии к классике и к романам самого Вагинова настолько органично вплетены в структуру текста, что мне ничего не остаётся, как познакомиться с поэтическим миром Вагинова.

Антон Секисов для меня был писателем(?) чьи книги продавались по 100р перед концертами группы макулатура, а после концертов и вовсе валялись бесплатно. Долго я не следила за его деятельностью, а он, оказывается вырос в серьезного писателя. Книга “Комната Вагинова” привлекла меня сразу своим названием, ведь Константина Вагинова я очень люблю, читала два его романа — “Козлиную песнь” и “Труды и дни Свистонова”.

Роман Секисова, безусловно, оммаж Вагинову, и я воспринимала текст именно с этих позиций (конечно, его можно читать и не видя параллелей с Вагиновым).

“Комната Вагинова” начинается как история о филологе Сене, собирающем информацию о писателе Константине Вагинове, и поэтому поселяющемуся в коммуналку, в одной из комнат которой, как считается, когда-то жил объект его научного интереса. Постепенно в рассказ о Сене встраиваются персонажи, приемы, стиль и композиция Вагинова. Роман можно описать терминами двойничество, абсурд, аллюзивность, петербургский текст.

Герои Секисова имеют “двойников” из книг Вагинова (я буду писать о “Козлиной песне”, потому что этот роман я помню лучше всего, специально не перечитывала ничего, поэтому на исчерпанность не претендую).
Чудак и поэт Сергачев — типично вагиновский герой, похож на Неизвестного поэта из “Козлиной песни” (протопипом которого, как считается, был сам Вагинов). У главного героя Сени целых два двойника из “Козлиной песни” — филолог Тептелкин и Миша Котиков, собирающий информацию о поэте Заэфратском. У Вагинова второстепенные персонажи — носители одной-двух черт или функций. Это могут быть поэт, философ, критик, представитель эллинской культуры. То же можно сказать и о персонажах Секисова.

В романе Секисова я также увидела отчетливое желание автора поставить свое произведение рядом с произведениями петербургского текста, вписать в традицию. Ведь то, что происходить в романе, могло произойти только в Петербурге. Конечно, со времен Гоголя и Белого Петербург изменился, оброс новыми реалиями, но суть его не изменилась: это все тот же мрачный, миражный, мистический, балансирующий на грани сна и реальности, сводящий с ума город (отсюда и всевозможные перифразы и эпитеты по типу “Расчленинград”, “Балабановщина”, “Бандитский Петербург”, которых вроде бы и нет в тексте Секисова, но современность отлично на роман накладывается)

Автор “Комнаты Вагинова” показывает блестящие знания теории и истории литературы. Филолог и любитель ОБЭРИУтов во мне очень радовался узнаванию, но с радостью узнавания приходит и чувство вторичности, чего-то уже виденного. Сюжет без Вагинова был бы обычным триллером с вялым финалом.

Возможно, так уж получилось, что эта книга внезапно попала по всем моим точкам: я не просто живу в Петербурге, но и учусь рядом с местом, где, по сюжету, располагается коммунальная квартира, центр всех событий романа. А также я очень хорошо знаю Приозерск, город, с которым связана одна из сюжетных линий «Комнаты...»

Это очень петербуржский роман: локации, общие настроения, чёрный юмор, который оскорбит всех, кроме разве что местных... Тут есть всё, что удовлетворит тех, кто хочет в Петербург, но не потому что «Питер такой эстетичный, uwu». Красота, ребята, кра-со-та! Спасибо вам, Антон, и спасибо Сергею Гилёву за невероятную аудиокнигу (и всех причастных к этому проекту, разумеется)!

Книга рассказывает историю молодого питерского исследователя Сени, который изучает творчество поэта и прозаика Вагинова.

Сеня снимает комнату в коммуналке на канале Грибоедова, в квартире, в которой жил писатель Константин Вагинов, чтобы написать о нем книгу. В коммуналке странно и подозрительно буквально всё: от хозяйки квартиры с лицом зрелой женщины и телом соблазнительницы, которая избегает жильцов, когда у тех приходит время платить за аренду, до самих соседей по жилплощади.

Итальянский эмигрант, пьющий водку. Единственная жилица женского пола Лена, снимающая видео-ролики про своего енота, который тащит всякий мусор.
Артем, который нигде не работает, помогает хозяйке коммуналки с мелким ремонтом и у которого есть единственный и лучший друг Володя.
Поэт-неудачник, который остался банкротом и считает себя творцом новой российской поэзии.

В первый же день жизни в коммуналке Сеня обнаруживает,что кто-то рылся в шкафу в его трусах. Потом с соседями из других комнат они идут в рамочную Ёлочка и там Сеня тоже замечает за жильцами коммуналки странные вещи.

Антон Секисов написал динамичный и яркий триллер с элементами черного юмора и детектива. Я однажды была зимой (время когда начинаются события в романе – февраль) в Питере и для меня это абсолютное попадание в атмосферу, настроение и передача настроения города. Обращают на себя яркие метафоры и хлестские сравнения писателя. Сам стиль повествования не даёт оторваться от книги, держит в напряжении.

Кроме того, мне понравились элементы из мифологии, такие древние мотивы, которые придают особый, более глубинный смысл действиям персонажей. Хотя и сам Константин Вагинов, который присутствует в повествовании значимой, хоть и незримой фигурой, подкреплял свое творчество древнегреческой мифологией. Современный Питер и древняя Греция – мистика, пограничное состояние бреда и галлюцинаций. Плюс тонкий юмор, который по особому располагает к самому автору и его героям.

Отличная современная проза

Для полноты ощущений Сеня переезжает жить в петербургскую коммуналку, в одной из комнат которой однажды пребывал Константин Вагинов. Ему предстоит написать биографию писателя, поэтому он должен во что бы то ни стало проникнуть на чужую территорию и впитать в себя атмосферу прошлого. Однако наш герой не обладает каким-то особым красноречием и навыками манипулятивного характера, в связи с чем сталкивается с определенного рода трудностями. В том числе и с тем, что в одной из комнат кричит похищенная девушка, а это, в свою очередь, запускает неожиданный ход дальнейших событий.

«Комната Вагинова» начинается молниеносным перемещением читателя сразу же на сцену действия, где знакомит с персонажами и чарующим местом в форме коммуналки. Произведение получилось многогранным - мистическим и мрачным, в какой-то степени апатичным, с присущей Питеру особой атмосферой, комичным, с отсылками к творчеству реального писателя Вагинова и не только, с долей набирающего обороты триллера.

Если вы шагнете в парадную и дойдете до входной двери коммуналки, повернете ручку, и ваш нос учует всю разнообразность исходящих запахов с кухни, то осталось дело за малым - закрыть за собой дверь, чтобы сквозняк не гулял по коридору. Ну а дальше вы, как режиссер, будете перемещаться из комнаты в комнату, собирая ракурсы и данные, когда их окажется достаточно, выберете позицию сверху, созерцая весь масштаб происходящего извне и внутри непостижимых разумов людей, способных втянуть вас в поток безумия и абсурда.