Шестьдесят килограмм солнечного света

С автором я знакома не понаслышке. При том, что сначала я схватила его (на мой скромный взгляд) лучшую книгу Хатльгрим Хельгасон - Женщина при 1000 °С - и была в полном восторге! Но - неожиданно подпортила себе впечатление Халльгрим Хельгасон - Советы по домоводству для наемного убийцы , которую даже дочитывать не стала. И поэтому, хотя сразу схватила эту книгу во время выхода - как-то было боязно. Да и отзывы такие противоречивые...
И, дорогие мои - я влюбилась. С первых строк, безоговорочно и бесповоротно. Ну как же хорош этот автор, как мощны его эпитищи! Ну просто представьте: заснеженный, белый-белый фьорд, как белый лист новой книги. И на нем, словно первые буквы, появляется человек... Эти вступительные главы напомнили мне - и любимый мультфильм "Падал прошлогодний снег", потому что явно происходит что-то не совсем понятное: например, обменивают мешок муки на 99 форелей...
И очень позабавила меня сцена в голове героя, которая достойна... Гоголя. Потому что герой представляет, что ненасытный торгаш отправляет тех форелей себе в брюхо - прямо взглядом...
И - Майю Лассила - За спичками , потому что герой идет в трудный путь за мукой. И так это было... прекрасно!
Вычленять здесь сюжет - дело не очень благодарное. Можно сказать, что точно пройдем всю книгу мы с одним героем: Гестом, которого встретим двухлетним несмышлёным малышом, а расстанемся, когда он уже становится настоящим мужчиной. Но - так будет не очень всеобъемлюще. Потому что в глобальном смысле книга - об Исландии. Автор - ну буквально воспевает свою родину, причем не вполне комфортный для жизни Рейкъявик, а хутора настолько дальние, что дальше - только Ледовитый океан. Такое ощущение, что время там не просто остановилось - а и не зарождалось. У них же не только часов нет - да и по неверному северному солнцу время особо и не определишь. А еще там хранят огонь еще с времен "первобытных", потому что утром его укрывают специальным приспособлением, потому что огонь в таких условиях - главная драгоценность. И дерева практически нет, и все дерево для домов привозят из Норвегии. А своих "подопечных" автор зовет "земляночники" - но чувствуется в таком обращении какая-то даже... нежность.
И люди так - живут. Главный вопрос, конечно - зачем и за что?! За что вы так с собой, зачем вы себя так мучаете? Норвежцы же учат вас жить - ту же акулу вялить. Заезжий торговец же зазывает "во Мерику". А здесь - люди перевязываются на ночь противолавинной веревкой - ибо это не шутки, и лавина может сойти в любую минуту. И когда, простите, "до ветру" ходят (потому что у них даже нужники не особо в почете), то вынуждены висеть на веревке над обрывом, подставляя тому ветру самые нежные места. Ветру порой такому лютому - что он один раз сдул с фундамента - церковь с колокольней. Да-да. Считаю, что цитата

Исчерпывающе выражает все происходящее.
Но люди - живут. Не выживают, а именно живут - и порой вполне счастливо. Автор просто поразил меня летописанием исландского характера, когда люди, загнанные в такие невыносимые условия, рассчитывают - на самое лучшее. Казалось бы - суровые, просмоленные, продубленные. Но они знают, что жизнь - вовсе не полосата. Зима может продолжаться столько, сколько ей захочется, и самые сильные бураны и шторма начинаются 6го сентября. Но - солнце может начать шпарить так, что взмолишься о зиме. Но опытные исландцы на всякий случай свитеров не снимают. Собственноручно связанных - и автор этим меня покорил, наполнив Исландию этим одним из самых лучших в мире звуков: размеренным тиканьем спиц. Да - я его тоже невероятно люблю)
А еще я полюбила - его героев и его истории. Старую полубезумную бабку и юного мальчишку. Старого пастора с его Мадамами (не подумайте чего) и молодого... Ну а истории - над некоторыми можно в ужасе замирать, а над некоторыми даже рыдать - от смеха. Моя наилюбимейшая: старый пастор собирался читать рождественскую проповедь, и ему нужно было на кафедру. Но путь туда был немного заблокирован - надо перелезать. Ну перелезал он, запнулся, упал, и решил... поспать. Раз лег уже... Ну а паства отнеслась к этому - крайне понимающе: ну проспится - бодрее будет. Они вообще люди - крайне понимающие человеческие потребности и несовершенства... Ну а историю про норвежского моряка, которого с утра поприветствовала проплывающая мимо... церковь - я оставлю интригой;)
Есть, конечно, за что книгу и поругать. Уж очень много внимания автор уделяет всяческим человеческим потребностям и отправлением, мочеиспускание из которых... За это, признаюсь, оценку (лишь слегка) снизила. Такое ощущение, что исландцы знают толк в извержениях - и речь не только о вулканах) Но: а что - радуйтесь, что имеете возможность облегчиться. И вообще - не так много у них в жизни радостей, чтобы этим пренебрегать. Умилил меня эпизод, как на хутор пришел бродяга. До того неожиданный и солнечный, что его прозвали - Летним Солнышком, и радовались ну просто... Скандинавы вообще славятся своим пониманием человеческих "слабостей" и терпимостью к ним. Наша жизнь и так слишком коротка, чтобы постоянно удерживать свои отверстия подобранными. Вздохните, вдохните, да пукните, в конце-то концов - исландцы поймут вас и не осудят. Но вдруг среди нас есть... Ну и совершенно неожиданным оказались для меня претензии - к языку. Да, автор играет с ним, как хочет - и меня это просто покоряет. Один эпитет "красивоусый" - уже меня купил. Но видела претензии к "март-месяц". А - что не?.. Ну очень утонченный вкус.
Я же кинулась читать об Исландии, и узнала... Это же - словно другая планета! И их невероятные словечки и определения вроде "оконной погоды", и обычаи, идущие из древности и передающиеся поколениям. И я поняла! Есть саги: это вроде летописей, где важно, кто где и когда жил, с какого хутора взял жену, где она жила... А есть скальдические саги, когда длинными зимними вечерами под тиканье спиц дарованья из народа соревновались в острословии, кто на что горазд. И думается мне, что автор решил стать таким скальдом и сохранить для нас свой прекрасный край. Где народ чует под собой страну и вереницы своих предков и хранит первобытный огонь в своем очаге и своем сердце.
Эта книга - действительна наполнена солнечным светом. Начиная от невероятно желтой обложки и заканчивая прекрасным, как морозный вдох, последним предложением. И буду советовать: в первую очередь, тем, кто знаком со скандинавской литературой и прощает ей некоторые... особенности. Ну и... Не так давно я призывала учиться жить у бразильцев, и тут - исландцы. И в этом нет противоречия. Я не очень жалую золотоложечников и мэрисьюшниц, которым все поднесено на блюде, и малейший дискомфорт и лишение - уже вселенская трагедия. Попробуйте в землянке жить и ветром подтираться - тогда обсудим.
Как же сложно теперь будет читать Кэролайн Ли - Стеклянная женщина , просто... Но силы будут - прочитаю.
Как хорошо, что мы живы. Как хорошо, когда есть, ради чего жить. Как хорошо, что есть такие книги...

Это очень исландская книга, которая не имеет какого то глубокого сюжета, но которая очень ярко показывает культуру Исландии.
Книга рассказывает о мальчике, который остался без родителей, но который сначала получает второго отца, а потом третьего. И на фоне этого в конце XIX - начале XX века происходят некоторые важные события для местного сообщества. Мальчик видит Исландию как бы со стороны и удивляется ей, замечает ее особенности, странности и видит как она меняется.
Нам показывают бедность и отсталость Исландии конца XIX века,  где только богачи могут позволить себе деревянный дом, а остальные живут в землянках вместе со скотом.
Нередки снежные лавины, которые могут поломать дома и убить их обитателей. Чтобы иметь шанс найти друг друга под снегом следовало привязывать всех обитателей жилища друг к другу.
Незаконнорожденные дети никому не были нужны и выносились из дома, оставались одни на морозе и погибали.
Литературы кроме саг пока нет, а потому книги большая редкость и ценность. Датский — язык образованной знати. Церковь важное место, без которой и хутор не хутор, и ребенка не крестить и покойника не похоронить.
Стоимости нет. Торговец продал 3 килограмма муки за 99 форелей. Но какова цена за килограмм? Он отвечает, что по разному бывает.

Из работы — фермерство и ловля акулы.  Леса в стране нет. А значит и строить корабли для промысла они не могут.  Кроме того,

Норвежцы ловят китов у берегов Исландии и складывают их туши у берегов. Исландцы конечно получают какие то деньги за это, но и воруют, отрезают хвосты у них. За что норвежцы прозвали их хвостоедами.

Это история про то каково это быть исландцем, кто они и чем отличаются от соседей, как выживают в экстремальных условиях. Это история про то как меняла Исландия переходя из XIX в XX века. Как она недоверчиво открывалась новому, как училась и добивалась. И о том, как ненавистная селедка стала символом прогресса.

После прочтения с детьми книжки о семейном путешествии в Исландию захотелось поглубже узнать об этом островном государстве. Ну что ж. Я узнала. И если после книги Кузнецовой захотелось побывать в Исландии и увидеть воочию природные достопримечательности, то после этой книги — нет. Но понаблюдать за современными исландцами, пожалуй, да.

Это вовсе не значит, что книга плохая. Просто тут оказалось слишком много физиологичного реализма для меня. От этого интерес к книге постоянно скакал от «какие интересные исторические бытописания» до «фу, ну это-то для чего описано». Тут и блюющие персонажи; и справляющие нужду; и пьяный пастор, который во время службы сначала уснул, и все думали, что так и надо, а потом вовсе умер, упав на могилу, которую в этот момент отпевал; и мастурбирующий юноша на склоне горы с размышлениями, почему раньше у него слабо выходило семяизвержение, а в этот раз ого-го как сильно. Какие-то неприятные для восприятия изнеженного современной жизнью сознания можно было объяснить тем, что вот именно так и жили люди в суровом краю. Но какие-то, на мой взгляд, были уже излишне.

А это был не просто суровый край. На рубеже XIX–XX веков Исландия оставалась не просто отсталой страной. Она как будто застряла в средневековье, а то и эпохой раньше. Человек трудится всю жизнь, не разгибая спины, даже не надеясь выбраться из нищеты. Просто чтоб прокормить себя и свою семью. При этом нет гарантии, что, ложась спать, ты проснешься не под снежным, если вообще проснешься. Появился лишний рот? Вон его на пустошь. Выживает сильнейший. Отупевшие от суровости повседневной жизни, они уже и не надеялись на лучшее. И вот с приходом норвежского корабля жизнь начинает сверкать новыми красками. Лучик света в безрадостном однообразном существовании — селедку, оказывается, можно ловить, есть и продавать.

Как исторический роман эта книга сильная. Несмотря на отталкивающие подробности, создается очень яркое, атмосферное описание быта исландцев, культуры этой страны. Именно поэтому у меня возникло желание посмотреть на жизнь современного исландца и узнать, остались ли они такими же спокойными работягами, как описаны в книге на рубеже веков.

Стала бы я советовать читать эту книгу? Не уверена. Все же не всем по душе физиологические описания. Но для себя я много нового узнала, поэтому рада знакомству с новым автором.

В начале было слово, ан нет: «Вначале страница была пуста:…», так утверждает исландец Хатльтгрим в начале своей книги об Исландии.
Текст этой книги заворожил меня с первой страницы и не отпускал до последней: «ему показалось, что жизнь ещё никогда не бывала так прекрасна…».
Я прочитала прекрасный роман об Исландии, в которой автор так описывает жизнь исландцев начала ХХ века, что несмотря на всю грязь и весь ужас выживания в нечеловеческих условиях, заставляет читателя влюбиться и в этот странный народ, живущий на краю земли, проникнуться его чувством прекрасного, и сложить стихи обо всем этом. Роман препарирует национальный характер, высвечивает его истоки, и при этом пышет неиссякаемой жизненной силой и жаждой жить. Это вдохновляет.
В центре сюжета истории нескольких персонажей, живущих в маленьком фьорде на севере Исландии, лицом к лицу с Северным Ледовитым океаном, на рубеже XIX-XX вв, бывший батрак, сумевший заработать на собственную хижину; его сын, Гест, который по ужасно несчастливому стечению обстоятельств стал сиротой, молодой пастор, который приезжает в свой новый приход, мечтая о невесте с юга, плотник-поэт, который любит стихи больше всего на свете и многие другие. Истории очень разные и неимоверно трагичные, когда кажется что хуже быть не может, но случается ещё более худшее, до гомерически смешных, с толикой чёрного юмора.
И нанизывая эти эпизоды на нить эпической саги Хельгасон рассказывает о том, как Исландия сделала шаг из прошлого в будущее.. «от батрачества к ишачеству, от хуторизма к капитализму».
В этой удивительной книге три главных героя: первый - исландцы и их национальный характер; второй - потрясающий текст, старинной исландской саги, с ее поэзией и красотой; третий - неуловимый солнечный свет, который является то, мальчиком, выжившим под лавиной и озаряющем жаждой жизни всех вокруг себя, то поэзией исландских песен и нищим странником по прозвищу «Солнышко», что переносит их из хижины в хижину, то блеском чешуи селедки под ясным небом будущего.
Вообще в книге очень много символов и отсылок, а невероятные сравнения порой возносят на вершины читательского блаженства.
Тест пестрит сложносоставными прилагательными, характерными для исландского языка и древней эпической поэзии. И от этого читать его, несколько трудно, но с другой стороны по-современному легко и быстро, как привыкаешь к его низменной выси.

Многих отталкивает физиологичность описаний в этой книге, наличие грязи и нечистот в тексте, но все это выполняет важную функцию, во-первых снижения пафоса, когда от высокого и прекрасного, в следующей фразе автор возвращает читателя на грешную землю, и наоборот показывает, как человеческий дух способен вознестись от земной грязи к небесной выси. А во-вторых, как иначе дать прочувствовать условия жизни в землянках, где животные зимуют в одной комнате с людьми, современным читателям, закутанным в тёплые одеяла коммунального рая.

«ведь мы – книголюбы – воспринимаем вещи с удобной дистанции, окруженные той самой идеальной книжной тишиной, которая обычно царит вокруг пододеяльников, и с наслаждением сопереживаем чужим страданиям при свете лампы на ночном столике.»

Особенно приятно впечатление, которое остаётся после того, как книга заканчивается, она будто просит вернуться, и пережить самые запомнившиеся мгновения ещё раз, радуясь нашим южным бессвитерным дням.

Как-то я то-ли слышала, то-ли читала отзыв на этот роман. Но вдруг для участия в конкурсе Букривера нужно было закончить до нового года совсем новую книгу. А все интересующие уже были на 1% прочтения. Начала просто бездумно листать подборки на главной странице. И тут оно! Тем более чтец прекрасный и уже знакомый. И Исландия. Такая манящая, героическая, интересная и загадочная.

Сразу скажу – не такая она на самом деле. Чего и следовало ожидать, со стороны все кажется гораздо более привлекательным. Но подобного я не ожидала. Удивительно, как в истории одного мальчика, даже не саге, можно так много рассказать. У Хельгасона получилось. Мы проводим в романе даже не 2 десятка лет, да и в рассказах о прошлом второстепенных персонажей далеко не уходим. Но кажется, что перед глазами проносится вся история этой суровой, но по своему прекрасной страны. Конечно, со всеми невзгодами и всей той грязью, с которой приходится мириться.

На самом деле бытоописание в этом произведении – одна из самых важных частей. Это очень интересно, как исландцы жили, как боролись с природой, что ели и как зарабатывали на жизнь. И почти в каждом таком бытовом блоке я поражалась: описание ведь идет о не таких уж даже давних временах! А описывается там будто Средневековье. Пароходы и рядом походы по нужде к обрыву, привязанным за веревку. И вообще тема веревки очень сильна, без подробностей, почитайте.

Удивительно, но тон повествования меня совсем не раздражал. Эти вкрапления современности, с мобильным телефоном, соцсетями и телешоу случались очень органично. И образы сразу становились понятнее и ярче. И интересная работа переводчика и чтеца с речью детей и увечных. Там, где все коверкается. Мне часто такое режет или слух или глаз, но тут прям отлично получилось.

Самое же главное, это истории. Я не пишу "история", потому, что жизнь мальчика Геста – основной мотив романа. Но рядом не так много людей, чтобы не потратить время и на их жизни. Истории прибывших в эту глушь Вигдис и Сюсанны. Душераздирающая история отца Геста. Небольшие сюжетики про всех проходящих мимо. Все интересно и в рамках нескольких глав успевает тронуть до глубины души. И хотя многое в этом романе тяжко и грустно, но такова там жизнь, в этом краю вулканов и китов. Жизнь, когда может не быть лета, а чтобы понять, когда возвращаться с пастбища на хутор, нужна собака – солнца-то нет. Просто блеклое небо. На самом деле я бы там не смогла. Даже сейчас, когда пришла цивилизация. Слишком мало желтого.

С.R.
Зато на обложках желтого куча. И из всех наша самая интересная и современная. Отличный дизайн! И кажется, что такого неба, как на испанской обложке, в романе не было ни разу.

Прекрасная Исландия, самая счастливая из европейских стран, новая туристическая Мекка, гейзеры, фьорды и северное сияние, сколько угодно тепловой энергии, высокий уровень жизни и гендерного равенства, низкий — имущественного расслоения. Это сегодня. До начала XX века страна прозябала в веке каменном. Вистарбанд, род крепостного права, вынуждал безземельных бедняков батрачить на хозяев за кров и еду, богатым считался тот, кто живет в доме с деревянными половицами, а ложась спать, люди обвязывались веревкой: если снег обрушит кровлю, легче будет искать и откапывать. У родителей Геста деревянного дома не было, когда крыша его хижины рухнула, то погребла маму с сестренкой. Трехлетний малыш Гест спасся под коровьим брюхом.

Так начались злоключения и странствия мальчика, который поменяет трех отцов. С ним мы пройдем путь от безнадежной скудости места, где внебрачных или нежеланных детей оставляют «на утесе», а пастор так пьян, что во время похорон падает в могилы к покойникам, где едят кашу из мха, но брезгуют селедкой, которая сама выбрасывается на берег; путь до норвежского селедочного промысла, первых денег и силдарстулкур — «девушек-селедок», изменивших все.

Хатльгрим Хельгасон пишет о родине и национальном характере без сантиментов. «Шестьдесят килограммов солнечного света» — новый его роман, уже переведенный на русский. Первым был «Женщина при 1000°С», едва не стоивший писателю судебного разбирательства — правящие круги страны сочли его оскорбительным. Хельгасон умеет сочетать жесткость с нежностью, прагматизм с романтикой, может увидеть и показать другим солнечное сияние в селедочной чешуе. Исландия становится ближе к России.

…исландец суров, терпелив, рационален и уперт. Я воспринимала эту книгу как своеобразный гимн маленькому исландскому народу, что-то вроде: «я хочу маленьким стать исландским народом, / Гордиться своей историей, мудрые сочинять саги...» (Андриян Ниткин). Даже если вообще ничего не знать об этой стране и ее этносе, исторический роман Х. Хельгасона познакомит с укладом жизни, традициями, ментальностью, национальным характером исландцев рубежа XIX-XX вв. на примере одной общины и сквозь призму восприятия своей среды взрослеющим мальчишкой Гестом. Во всем облике ее бытия есть смех сквозь слезы, победы сквозь поражения, удача на фоне жестокой правды выживания, пойманный кайрос и умение им воспользоваться во имя всеобщего блага, драма как закон жизни, фольклор как естественная часть существования и личной истории. В каком-то смысле у этой книги энциклопедический характер, но сравнивать все это с сегодняшней исландской повседневностью и современными исландцами вряд ли стоит, даже если очень хочется.

Такую книгу хочется читать медленно-медленно, долго-долго, всматриваясь и вслушиваясь в рождающиеся образы, вникая в детали, останавливаясь на метафорах, визуализируя их. Но у меня так не получилось, потому что мне в ней все нравилось и хотелось поскорее получить еще-еще-еще больше новых впечатлений. Мне нравились персонажи во всей их экзотической красе, приметы быта, застревание автора на деталях, в которых, как в фокусе, концентрируются и конструируются эйдосы, суровая атмосфера снега-моря-воздуха и, конечно же, образный, слегка первобытный, язык повествования, который сам, как холод-вода-пустота-катарсис, создает почти физические ощущения на лице, в пальцах, в груди. Ну, а дальше…

«…Мысли закрепляют
с помощью нескольких тщательно отобранных слов
созвучных
и прибивают по углам к земле
самыми острыми из них

Самые тяжеловесные
используют лишь для того,
чтоб вогнать эти колышки поглубже
а потом выбрасывают

И остаётся трепетать на ветру
лишь самое-самое нужное

А прочее уносит буря

Как и всё непрочное
в этом краю
каменных вех и пустошей» (Х. Хельгасон).

Самое сильное книжное впечатление года. У меня почти никогда не возникает желания что-то писать в книге, но этот томик у меня теперь наполовину состоит из подчеркиваний и закладок, потому что это такой плотный, насыщенный, прекрасный текст, который хочется читать и читать по кругу, тая послевкусие на языке.

Главная героиня истории - Исландия рубежа 19-20 веков. На самом деле действие книги занимает всего-то несколько лет, но за это маленькое количество времени разворачивается целая эпоха: 20 век врывается с ноги в нищую датскую колонию на обочине Европы, и страна враз перепрыгивает через несколько веков экономического и социального развития.

Роман состоит из трёх частей: первая повествует о жизни на острове “до”. Единственные во всём фьорде владельцы деревянного дома - пастор и его семья, все остальные живут в землянках, а более бедные спят прямо с коровой. Основной рацион - каша из мха, для богатых - с добавлением молока. Даже представить сложно, что на пороге 20 века в Европе так жил не просто кто-нибудь, а внушительная половина страны. Но это ещё можно сказать шикарная жизнь - когда есть корова и сухая тёплая постель, хоть бы и на земле, одна из героинь здесь, например, живёт вообще на какой-то отвесной скале, до которой так просто не доберёшья, где и огонь - роскошь, а корова и подавно.

На первой странице мы знакомимся с Эйливом, обычным батраком, возвращающимся домой накануне Рождества (определённо топ первых строчек из прочитанного вообще). Но прошла лавина и просто снесла его дом с лица земли, как будто его вовсе никогда и не было:

Вторая часть ещё глубже раскрывает бытописание жизни тогдашней Исландии, но в ней мы уже больше открываем её от лица сына Эйлива, Геста - мальчика, пытающегося понять здешние дикие нравы и полюбить их, и пастора-музыканта, который приехал с более сытого и богатого юга, и - о чудо для прихода - почти не пьёт. (Тема алкоголя вообще раскрыта здесь всесторонне - потому что что ещё остается делать бедному батрачащему народу в часы редкого досуга, кроме как слагать саги вечерами и напиваться, правильно? А сцена проведения службы в дрова пьяным пастором была абсолютно бесподобна: тот самый мрачный северный юмор, когда в общем-то творится полная дичь, но это всё ещё и безумно смешно. Весьма на любителя, но тут я тот самый ценитель.) Приезжий пастор, как и все церковники в стране, не особенно погружён в религию, зато серьёзно интересуется музыкой. Он начинает заниматься сбором народных мелодий и стихов, которые поют в его приходе, и это раскрывает ещё одну сторону исландского народа - поэтическую.

Лауси - мой любимый персонаж - обычный плотничий, простой мужик. Но несмотря на его не шибко изящное ремесло и отсутствие образованности, Лауси - местный поэт, и никто в целом фьорде с ним не сравнится в страсти к поэзии:

• Что на тебя нашло? У тебя корь?
• Нет. По-моему, у меня стихорь.

  Отдельно хочется отметить перевод. В исландском языке можно составлять любые слова нанизыванием корней друг на дружку - русский, конечно, на это тоже способен, но звучит это тяжеловесно и мы так не говорим. Такие фразы, как "суда вздымали свою парусоподвязанную высокомачтовость", "плакать издалека нахлынувшим плачем, тяжездоховым и густослёзным", "мокрошерстые облака", "бессвитерные дни" расцвечивают текст интонациями настоящей саги, как будто не читаешь книгу, а прислушиваешься к голосу сказителя у костра. На мой вкус это было прекрасным переводческим решением, хотя я и слышала противоположные мнения, для меня же текст показался плотным, сочным и абсолютно неотразимым.

  С последней частью приходит 20 век. Исландцы наконец-то перестают пренебрегать селедкой, в огромном изобилии скопившейся у их берегов, и начинают ей промышлять. И вот, о чудо: у людей появляются на руках настоящие деньги, которых они прежде и не видели, так как в них как будто не было нужды. В конце концов, простые бедные люди освобождаются от ярма датских купцов и обретают возможность зарабатывать деньги на собственное, свободное благополучие. Люди тем не менее противятся прогрессу, как бывает всегда, но этот процесс уже неостановим, и он оборачивается благом даже для самых ярых его противников.

  Эта книга - песня любви к истории своего народа, к его суровым мужчинам и женщинам, поселившихся на земле, будто бы вовсе не приспособленной для жизни человека. Он живёт здесь вопреки всему - природе и здравой логике - но тем не менее прославляет эту жестокую красоту, поэтическое противоречие всего с ней связанного. Роман одновременно очень смешной и очень трогательный, даже трагичный, но всё равно чувство после него очень тёплое, будто ты получил порцию в 60 килограммов любви.

  Хочется перечитывать сразу после последней страницы. Горячо советую всем любителям северной литературы.

Чтение скандинавской литературы — всегда испытание для читателя, и эта книга не стала исключением. С первых страниц автор погружает нас в мрачную, почти безысходную атмосферу, где нищета и безразличие к собственной судьбе становятся не просто фоном, а смыслом существования героев. Особенно тяжело даются первые две части: здесь царит ощущение тотальной безнадежности, когда даже бесплатный дар кажется недоступной роскошью.

В третьей части вроде как начало меняться к лучшему, но сказать что это сделало книгу более интересной не могу. Поэтому впечатление от книги было разным от страницы к странице. Особенно когда понимаешь что главным героем выступает не столько отдельный человек, как Гест Эйливссон, сколько сама община, сложный и противоречивый организм.  А община это абсолютно разные люди - это и преподобный Ауртни, и старый Йоун, хреппоправитель Хавстейнн и Стейнка из Хуторской хижины. В ней (общине) уживаются взаимопомощь и отчуждённость, сострадание и тягостная обязанность быть рядом. Люди безропотно принимают свою долю, и даже самые отчаянные поступки продиктованы не надеждой, а отсутствием выбора. Этот мотив пронизывает всё повествование:

И чем больше погружалась в сюжет, тем больше хотела согласиться с автором.

Как можно, живя у бескрайнего, пусть и сурового, северного океана, питаться мхом? Неужто нет иной пищи, когда под боком такая стихия? А еще чуднее — почему, имея под рукой камни, достойные стать домом, люди предпочитают рыть норы, словно кроты, прячась в земле, вместо того чтобы возвести надежное жилище? И так во всем, во всем... Эта непроницаемая стена равнодушия, эта бездонная пропасть пассивности очень сильно удивляла.

Но как уже сказала подобные мысли возникали у меня на протяжении первых двух частей книги, и немного начало третьей. А потом я увидела то, что скрывалось под прекрасным стилем автора, сумевшим не только описать красиво природу Исландии, но и ее бытовое развитие. Вообще язык в этом произведении занимает особое место. Автор, подобно виртуозному музыканту, искусно вплетает в повествование лучики юмора и неожиданные, меткие обороты речи, которые, словно свет во тьме, оживляют даже самые зловещие сцены. Чего стоит одно только описание женских глаз или отношения между людей:

Сложно в одном предложении совместить настолько несовмещаемые вещи и при этом сделать это красиво.

Но стержень этой книги – это безграничная, преданная любовь автора к своей Родине и безмерная гордость за нее. Вспоминается, как Михаил Задорнов с улыбкой рассказывал: «Только русский человек может по пьяни 2 часа внушать иностранцу, что мы страна придурков... И дать ему в рожу, когда он согласится». Оказывается это удивительное свойство присуще не только русским. Данная книга – ярчайшее тому подтверждение. Автор с кристальной ясностью видит все несовершенства, что омрачают его родную землю, но ни одно из них не в силах ослабить силу этой всепоглощающей любви. Как говорится:

Я не стану рекомендовать эту книгу. Не потому, что она плоха – нет, отнюдь. Просто для её прочтения требуется особое душевное состояние, готовность погрузиться в бездну равнодушия, где растворятся все светлые чувства, а на самом дне, коснувшись его холодного дна, вновь обрести силы, чтобы вырваться на поверхность, к животворному солнечному свету.

Эта книга попала в мой виш, потому что в дружеской ленте мелькнуло на нее несколько очень восторженных отзывов. Я на восторг падка. Я тоже люблю и хочу испытывать чувство восторга от чтения книжек.

И поначалу мне очень все нравилось. Я слушала в озвучке Ивана Букчина. Прекрасная озвучка!

Но от описания того, как пьяный пастор сначала уснул во время службы, а потом и вовсе свалился в могилу и умер, на меня накатывали волны испанского стыда. В книге эта ситуация, подается с какой-то долей философской иронии, типа и чего только в жизни не бывает. Край суровый, люди к любым проявлением человеческой сущности привычные.

История жизни отца мальчика Геста вызвала у меня волну какой-то фантомной боли. Человек хороший трудолюбивый, отчего ж его так жизнь... а теперь жизнь проверяет на прочность его сына...

Книга такая насыщенная эмоциями и красотами речи, что за один присест её не прослушать. И я слушала небольшими кусочками потихонечку добравшись до отметки "Прослушано 38%" замечая, что каждый новый подход к этой книге даётся мне все труднее и труднее. Уж очень много в ней физиологических подробностей о существовании людей в очень трудных условиях. Пожалуй покойник, который не один день пролежал на кровати в жилом доме с протекающим окошком, где на соседней мокрой постели (из окошка ведь течет) находится заболевшая девочка и тут же под этой же самой крышей обитает корова... заснеженный каменный век... этот покойник произвел на меня настолько гнетущее впечатление, что послушав еще минут десять, я решила отложить эту книгу на полочку недочитанных до лучших времен.

Возможно когда-нибудь дочитаю(дослушаю) ...