Хорея

Север молчалив, там бережёшь слова, чтобы не выпустить тепло, иначе околеешь.

Всегда есть что-то глобальнее твоих проблем и тревог.

Умиранию нужна поддержка, тёплая рука, которая сжимает холод.

Запомни, слёзы - это жалость к самому себе.

Смерть похожа на музыку. В музыке всегда есть финал, финальные ноты, финальная ритурнель. И когда мы слышим ее, уже догадываемся — это конец. Мы ожидаем конца. Только заслышав, мы всегда думаем о том, что это закончится. Можно ли слушать, не ожидая финала, проживать каждую ноту? У меня никогда не получалось, я всегда смотрю, сколько еще страниц остались непрочитанными в книге, я тороплю события, я хочу видеть нос автобуса, который еще не приехал.

Танец и пляска словно из разных социальных слоёв. Танец - удел высшего общества, пляска - для простых смертных, для бедняков, уличных бродяг, больных и юродивых.

Усталость тела, усталость от жизни — это есть и спать в одном месте.

Каждую секунду в мире что-то случалось, и я думала о том, что еще совсем недавно мы были избавлены от необходимости следить за новостями. Что изменится, если ничего не читать? Ты точно не пропустишь начало войны, смену власти, эпидемию. Другие люди, которые читают новости, придут и расскажут тебе все в подробностях.

Усталость тела, усталость от жизни – это есть и спать в одном месте.

Есть теория, что больные, которые не получают эмоциональной поддержки, справляются даже лучше – они берут на себя всю ответственность, становятся опорой сами себе.

Мои родители боялись не диагнозов, они боялись равнодушия. От этого им становилось хуже. У медицинской системы не было души. Самое страшное сообщалось с пустым взглядом или вовсе умалчивалось и писалось в карточке.

Старость всех делает похожими.

Ну чего же ты лежишь как на пляже, это роды, а не отдых, нужно стараться.

Прошлое, если его не трогать, похоже на маленький цветущий пруд. На поверхности красивые кувшинки и мелкая ряска. Но я трогаю воду, касаюсь ее. Ныряю прямо в темную страшную муть. Вглядываюсь в то, что давно уже утонуло.

Когда болит зуб, ты не можешь спать, не можешь есть, не можешь думать о чем-то, кроме этого зуба. Раньше людей пытали, вырывая им зубы по одному. Когда зуб выпадает сам, это облегчение. Это избавление от страданий.

В день его смерти я никак не могла нащупать свое горе. Слезы быстро ушли, высохли щеки. Осталось ощущение стянутой кожи.

Север молчалив, там бережешь слова, чтобы не выпустить тепло, иначе околеешь.

Когда смотришь на небо, чуть проще справиться с грустью.