Glory

Булавайо, пока единственную африканскую писательницу, получившую две номинации на Букер, постоянно сравнивают с Джорджем Оруэллом. Причина понятна: как и Оруэлл в «Скотном дворе», Булавайо в «Славе» изобразила героев своего романа о политическом устройстве родного Зимбабве животными. Продержавшийся тридцать лет на посту президента Роберт Мугабе стал Старым Конём. Его также претендовавшая на власть в стране жёнушка Грейс – ослицей по имени Добрая Мать. Генералы, помогавшие коню Тувию (вице-президент Эмерсон Мнангагва) совершить военный переворот, – риджбеками и бурбулями. И так далее. Животные в романе ездят в машинах, носят шмотки от Gucci, пьют виски и правят такими же животными, которые еле сводят концы с концами, но тем не менее убеждены, что править ими может только старикан со славными увесистыми тестикулами, который участвовал в Освободительной войне и принадлежит к конкретному клану, «потому что Джидада – это страна, где кровь важнее мозгов, важнее квалификации, знаний, опыта, таланта или любого другого критерия». Ну и вообще, если не Старый Конь, то кто?!

Как и Оруэлл, Булавайо создала довольно занимательную сатиру, при чтении которой, как минимум есть над чем хмыкнуть и чему ухмыльнуться, даже тем, для кого всё описанное слишком узнаваемо, чтобы быть просто выдуманным художественным миром.

Соответствующая так называемому «западному канону» литературы, «Слава» ещё и вполне себе аутентичный африканский текст. Булавайо в своём повествовании находит место и анимизму, и фольклорным элементам, а на уровне сюжета прекрасно отражает специфику взаимоотношений людей с правительством, отягощённых тем, что диктатура пришла во многие африканские страны после того, как будущие диктаторы смогли избавить свою страну от власти метрополий и подарить независимость.

Народ выдуманной Джидады «с -да и ещё одним -да» в своих мыслях постоянно мечется между благодарностью Старому Коню и желанием наконец услышать заветное «я устал, я ухожу». А ещё он разрывается между реальным и виртуальным: злобные твиты и селфи с недовольными лицами из очередей добавляют в интернете +100 харизмы мамкиным бродягам, но это не приводит ни к какой реальной политической реакции, как не приводят к ней даже голод или отсутствие в домах воды или электричества. Писательница не перекладывает всю ответственность за происходящее на избирателей, но всё же аккуратно напоминает: молчаливое согласие – тоже форма участия, а значит – соавторство в той самой «славе», которая куда больше похожа на национальную трагедию, чем на повод для гордости.

"Лучше быть последним неудачником в демократии, чем мучеником или властителем дум в деспотии" Иосиф Бродский, Нобелевская речь 1987 г

"Слава" Новайолет Булавайо - это сатира на падение и последствия режима Роберта Мугабе, основанная на недавней истории Зимбабве. Она рассказывает о притеснениях, цензуре, фальсифицированных выборах, предательстве, грабежах, экономическом крахе. О ложных обещаниях. О геноциде и резне. Об изгнании и возвращении. Здесь персонажи замаскированы под животных — ослов, лошадей, собак, кошек, кур, овец, коров — но их истории настоящие.

В рассказе Булавайо Старый Конь сорок лет правит страной под названием Джидада, пока его внезапно не отстраняют от власти и не приходит новый режим. Люди надеются на перемены. Но мало что меняется там, где власть имущие продолжают править железным кулаком. Экономика еще больше ухудшается, и многие простые граждане продолжают страдать. Это масштабная история, которая напоминает о тяжелом положении нации и в то же время очень личная история о возвращении эмигрантки в хаос родного края.

Роман говорит и с позиции отдельного человека, и в то же время выражает проблемы коллектива. Так в «Славе» представлен персонаж по имени Судьба, которая внезапно покинула Джидаду десять лет назад и вернулась, чтобы воссоединиться с матерью и узнать правду о прошлом семьи. Она придает роману столь необходимый моральный центр, а также выражает напряжение между стремлением человека к самосохранению и чувством долга перед семьей, обществом, памятью и будущим.

И когда я скажу, что смеялась и плакала, я имею в виду, что смеялась и плакала. Потому что даже палки и камни скажут вам, что иногда история настолько болезненна, настолько жестока, что единственный способ сделать ее перевариваемой— это придать ей юмора.

Этот роман - слепок прошлого в художественном облачении. Прекрасный, самобытный текст, невероятно смелый. Он смеётся ужасу в лицо, смеётся диктатуре в лицо, тем самым как будто лишая ее силы. Да, одна из функций книги — обнажить абсолютный фарс авторитарного режима, особенно для лидеров, которые до недавнего времени считались неприкасаемыми для такого рода сатиры.

Автор использует приемы перечисления и повторения, усиливая как и комический эффект, так и трагический. Какое-нибудь слово или фраза могут непрерывно течь по странице. Этот поток как протест, как крик, как молитва.

В какой-то момент сюжет отходит от событий уже случившихся и происходящих, и сноски честно обо всем предупреждают. Тут писательница позволяет себе немного заглянуть в будущее, что-то предсказать, взяв за основу собирательный образ всех диктатур.

Твиттер, как мир социальных сетей, важен для романа: так в романе есть две превосходные главы, полностью состоящие из дебатов в Твиттере о политическом прогрессе в Джидаде и, в более общем смысле, об онлайн- и оффлайн-мирах

Теперь несколько слов о животных в романе. Это очень антропоморфные животные – на самом деле лучше сказать, что они по сути являются людьми в животной форме, и живут в нашем мире 21-го века.В отличии от Оруэлла и его Скотного двора, где животная природа персонажей и фактически их прогресс к человеческому поведению является ключом к сюжету, здесь персонажи почти во всем ведут себя как люди. Например, голосование в 18 лет, ранняя беременность, принятие душа. И в мире, который, если не считать вымышленной Джидады, кажется идентичным нашему (например, лидеры, летящие на самолете в Девос, китайское влияние в Африке).

Этот прием скорее всего работает как инструмент дистанцирования ради тех, кто может быть травмирован вследствие тех же или похожих событий.

Хочется отметить наличие важных и ярких символов, например красных бабочек. В тексте они всегда соседствуют со смертью, мертвыми, призраками, элементами фольклора и местных религий.

Бабочка — символ души, бессмертия, возрождения и воскресения, способности к превращениям, к трансформации, так как это крылатое небесное существо появляется на свет, преображаясь из мирской гусеницы. Бабочка считается символом Великой Богини (Великой Матери, Magna Mater). Образ Великой Богини восходит к древнейшим временам истории человечества, к палеолиту. Это верховное божество олицетворяло одновременно небо и землю, жизнь и смерть. Отсюда поверья о том, что ведьмы могут превращаться в бабочек, что бабочки способствуют зачатию и предвещают войну, что бабочки — это души умерших.

Я ещё никогда не читала африканских писателей, но этот опыт был очень положительным. Роман пропитан неравнодушием к родине и единством со своими соотечественниками, он несёт в себе их удивительную культуру. И пусть она может показаться чужой, чуждой и непонятной, автор открывает нам в первую очередь людей, просто людей. С их израненным телами и душами.

Точек соприкосновения оказалось больше, чем могло показаться на первый взгляд. Потому что Слава – это важная работа. Произведение, наполненное голосами мертвых. Работа против забвения. Против тишины. Работа о бесстрашии. Об открытии истинного значения свободы.

Новайолет вроде как села писать второй Скотный двор , но потеряла мысль. Это обращение людей в животных вообще тут как рыбке зонтик. Ну занятно, как она называет Мугабе "старым конём", как при нём находятся псы режима, и ещё в сцене, где коза Дестини возвращается домой из эмиграции после отставки коня, и её встречают соседки: корова, которая всех кормит, кошка, у которой на всё своё видение, хлопотливая курица и так далее. В этой сцене и правда кумушки более живые в виде животных. Во всех остальных ничего из этого не надо было. Слишком много всего происходит, слишком много реальных событий и персонажей узнаваемы, много прямой речи из твиттера и т.п. - я бы сказала, сатира с животными требует камерности.
Кроме того, в какой-то момент животная сатира полностью кончается и начинается то, на чём неизбежно зиждется любая диктатура - моря крови.
В общем, это месиво самых разных приёмов, рассказывающее нам недавнюю историю Зимбабве, что хорошо обобщается до любого авторитарного режима. Полезно, интересно, нужно. Но по литературным составляющим - слишком насыщено разными видами повествования, читать сложно.

В Джидаде с «-да!» и еще одним «-да!» уже сорок лет у власти старый конь: в стране процветает коррупция, репрессии, полицейский произвол, свобода слова отсутствует, выборы фальсифицируются, животные живут в страхе. Пока все вопрошают «доколе?», ближайшее окружение коня решается на госпереворот. К власти приходит вице-президент, толкает речи о новом устроении, животные ликуют, скандируют «свобода!» и «демократия!» и еще не понимают, что один режим сменился другим. В разгар всего этого в Джидаду возвращается коза Судьба — дитя страны, давно покинувшая ее.

В основе романа лежат реальные события — военный переворот в Зимбабве 2017 года. В одном из интервью Булавайо говорит о том, что хотела написать о перевороте научную работу, но получилась политическая сатира. Это второй ее роман и вторая номинация на Букеровскую премию.

Избежать сравнения с Оруэллом не удастся, Булавайо использует оптику «Скотного двора»: дистанцируется от травмы, заменяя реальные исторические фигуры животными. Это хороший способ поговорить о проблемах в стране, при этом не воскрешая все ужасы в памяти у непосредственных свидетелей. Мне кажется, Булавайо переплюнула Оруэлла: ее хроника политических репрессий откровенная, более злобная и остроумная.

Начиная читать книгу о тоталитарном режиме, я не думал, что буду так часто улыбаться. Может это, конечно, и нервное, потому что многие места выглядят слишком узнаваемыми, но Булавайо удалось выписать в романе и светлую сторону: рассказывая о тяжелом положении нации, она дает читателю надежду.

Во первых строках своей рецензии хочется сразу сказать, что автор и не пыталась создать никакой второй "Скотный двор". Да, это - политическая сатира, и все персонажи - животные, но ведь Булавайо - африканка, а в Африке анимизм относится к распространненым культам и проглядывает сквозь христианство тут и там.

Во-вторых, на протяжении 80% процентов романа излагается действительная история Зимбабве. Завуалированная и нам, разумеется, не известная, какое нам дело до кого-то, кроме нас самих. В этом месте особое спасибо переводчику за примечания, можно не отвлекаться на запросы в Вики, нас ведут. Поэтому сразу стоит оставить все аллегории со "Скотным двором" и воспринимать роман как есть.

Что получилось. Довольно смешно и тонко прошлась автор по политической действительности. Настолько тонко, что люди, живущие и жившие при диктатурах, сразу многое узнают и согласятся. Неспроста в разделе "Благодарности" автор написала, что посвящает роман всем Джидадам этого мира. А Джидад теперь хватает.

Что не понравилось. Автор, что называется, начала за здравие, а кончила за упокой. Я думала, что это будет политическая сатира в чистом виде и настроилась только зло и горько хихикать, но потом пошли части про настоящих репрессированных и элегия по ним, а это ведь все на самом деле было, и стало не до веселья. Ну и конечно финал, абсолютно придуманный, идиллический, к сожалению ,к действительной истории страны уже не имеющий никакого отношения.