The Western Wind

Бывает, что разом удивляешься и не удивляешься — вроде ты уверен, что такого быть не может, и тут же понимаешь неизбежность случившегося.

Какой пустой стала комната, наполнилась пустотой до самого верха, и я почувствовал, что места для меня здесь больше нет, даже встать было негде в этой жуткой давящей пустоте.

"Хлеб грешника" — так мы называем ржаной хлеб, потому что кто ж его станет есть — только исполняющий епитимью; пшеницу Господь дал нам неспроста.

Никогда от вас не слыхал такого: не убий, если твоя душа не исполнена любви.

Беда в том, что когда притворяешься спящим, усилие казаться погруженным в сон мешает впасть в забытье.

Привези и мне немного. В этом весь ты, Рив. Если ты веришь в существование особой святой воды, дающей ответы на все вопросы, может, стоит отправиться в путь за нею, не дожидаясь, пока тебе ее доставят? Посмотрел бы мир, это бывает поучительно.

Иногда лучшее, что ты мог бы сделать для своих прихожан, это убраться с дороги. Пусть они сами придумывают молитвы, если им так нужно, пусть они поймут — почувствуют в сердце своем, — что Бог, Он не только твой, но их тоже. Мост, пролегающий от их сердец прямиком к Богу, стоит многих мостов, что ты мог бы водрузить над рекой.

Когда у тебя две жены умерли, неплохо бы дважды подумать, стоит ли жениться в третий раз.

Безответная любовь, во что она превращается? Она становится всесильной, буйной.

<...> не годится мужчине не доверять своей жене, особенно когда иных поводов для беспокойства предостаточно.

Если юную девушку выворачивает наизнанку в кустах, значит, она носит ребенка и не рада этому.

<...> в округлой камере наших сердец заключены вся циркуляция времени и все средства для того, чтобы задавать ему направление в любую сторону, — оснастка, полученная нами в дар от Бога, и сомневаюсь, что Он оснастил тем же корову, летучую мышь или орла. Оснастка, позволяющая нам уразуметь ошеломительно гибкую и податливую природу времени, созданного Богом, — времени, что гнется и скручивается по Его воле, превращаясь в материю для сотворения чуда, как, впрочем, и все прочее на этом свете.

Если хочешь, чтобы мертвые были не мертвы, можно просто вернуть их к жизни в своем сердце.

Своего рода чудо, чудо расстояния. Маленькое — это большое, увиденное издалека. Большое — это маленькое, поднесенное к глазам.

<...> удача относится к невероятным происшествиям, чудо — к невозможным.

Известное дело, когда все хорошо, только и жди, когда все станет не очень хорошо.

Меня будто подвели к краю пропасти и столкнули. Я не воспарил на крыльях веры, потому что ты не воспаряешь, а падаешь, и это падение ужасно, но иного пути у Бога для нас нет. Ни живопись, ни музыка. Ни угол срезать, ни стороной обойти. Я пытался объяснить это Ньюману: в поисках Бога ты не взмываешь ввысь синей птахой, издавая сладкие трели, ты летишь вниз в бездонных потемках своей души. Но он никогда не вникал в то, о чем не хотел слышать.

Я уважаю тебя, Джон, твое главенство как священника. Несомненно уважаю. Но, возможно, ты заходишь слишком далеко, воображая, будто милость Господня нисходит на нас исключительно твоими стараниями.

Музыка льется прямиком в ухо и может ничего не значить. Или даже хуже чем ничего. Возможно, ее льет в наши уши сам дьявол.