Цитаты из книги Napoleon the Great

Час возмездия наступил. Слишком долго это отребье, рабы, купленные на Кавказе и в Грузии, терзали прекраснейшую часть света, но Аллах, от которого зависит все, сказал: царству мамлюков пришел конец!.. Народ Египта! Я пришел восстановить ваши права и покарать захватчиков. Я почитаю… и Аллаха, и Мухаммеда, его пророка, и Коран!.. Разве мы не уничтожили папу римского, который заставлял людей воевать с правоверными? Разве мы не уничтожили мальтийских рыцарей, этих глупцов, считавших войну с правоверными Божьей волей? Наполеон

«В этом походе предстоит одолеть множество врагов: пустыню, местных жителей, арабов, мамлюков, русских, турок, англичан», – писал он 614 . Упоминание русских не  преувеличение. Павел I, ненавидевший все относящееся к Французской революции и считавший себя покровителем мальтийских рыцарей (он даже устроил собственное избрание великим магистром после фон Гомпеша), на Рождество 1798 года объединил усилия с Турцией, давним врагом России, а также с Англией и строил планы отправки русской армии далеко в Западную Европу. Но в то время Наполеон не имел об этом представления.

5 июня Наполеон встретился с французским послом в Тоскане Андре-Франсуа Мио де Мелито. Тот написал после этой встречи, что Наполеон чрезвычайно худ. Его ненапудренные волосы, диковинно остриженные и спадающие на уши, достигали плеч. Он носил застегнутый доверху прямой сюртук с очень узкой золотой окантовкой и трехцветный плюмаж на шляпе. Сначала он не показался мне привлекательным, но его резкие черты, живой и проницательный взгляд, резкие, энергичные движения выдавали пылкий дух, а широкий лоб принадлежал человеку глубоко мыслящему

Хотя многие итальянцы радовались изгнанию австрийцев, мало кто с подлинными энтузиазмом и признательностью воспринял приход им на смену французов. Немногочисленный, но влиятельный слой, однако, действительно восхищался тем действием, которое идеи Французской революции смогут оказать на итальянскую политику и общество. Поэтому, как правило, образованная, профессиональная, светская элита была склонна видеть в Наполеоне освободителя, а набожные крестьяне считали французов захватчиками и безбожниками.