The Face of Another

Если из-за того, что человек лишился лица, его общественный вес уменьшается, причиной может быть лишь одно - скудное содержание этого человека 

Окружённый стеной приветливости, я всегда был совершенно одинок 

"Маска не может обмануть и не может быть обманутой..."

К счастью, у меня есть бог -
высокомолекулярная химия, есть молитва - реология, есть храм - лаборатория и
совсем отсутствует боязнь, что одиночество помешает моей повседневной
работе. 

Застывшая между нами ледяная стена молчания оказалась, видимо, гораздо толще, чем я предполагал. Не тоненькая корка льда, которую растопил бы первый попавшийся предлог. Все подготовленные мной по дороге вопросы — или поводы для разговора — были всего лишь огоньком спички, упавшей на айсберг.

То, что называют душой, сердцем, не имеет четких очертаний, но представляет собой куда более ощутимый символ человеческих отношений.

Я прекрасно понимаю весь комизм своего положения: сам превратился в аналитика своего психического состояния и должен классифицировать свои желания, анализировать их, просеивать, определять истинную сущность комка этих желаний и давать ему название.

То, что ты не можешь в любую минуту убежать от самого себя, - вот в чём ужас заточения.

Лицо - это в конечном счете его выражение... как бы это лучше сказать... В общем, это своего рода уравнение, обозначающее отношения с другими людьми.

Самый быстрый способо привыкнуть самому - приучать других.

Мы не хотим играть роль выброшенных из современности болванов, которые подобострастно цепляются за чужие химеры.

Каждого чужого сопровождает запах яда и смерти, и люди в конце концов начинают страдать чужефобией. Одиночество, конечно, тоже страшно, но еще страшнее быть преданным чужой маске.

Нельзя найти ответа, который бы подходил ко всем случаям жизни.

Не похож ли я на отвратительного импотента, способного лишь на красивые слова о половом влечении…

Мы и не знаем, что будет завтра. Не исключено, что завтра неожиданно наступит эпоха отказа от настоящего лица. Но сегодня не век богов, а век людей. И в том, что моя маска имитировала настоящее лицо, были свои причины.

Не желать знать никого, кроме себя, — всегда следствие, но никак не причина.

Неужели и правда во мне всегда была гнилая вода, как ты утверждаешь?..

Ведь ты меня видела насквозь. Не похоже ли это на театр, в котором играл всего один актер, считавший себя невидимым, полный веры в лживые заклинания, даже не представляющий, что он весь на виду.

Пользоваться избитым выражением, что я не хочу быть клоуном, не сознающим себя клоуном, бессмысленно, так как сами эти слова стали словами клоуна.