Ваша оценкаЦитаты
Alina_Shtein11 марта 2021 г.Когда я была подростком, мне все говорили, что у меня есть задатки. Мне говорили это учителя и другие взрослые. Если у меня они и были, я ничего с ними не делала.
2218
Hoegaarden28 июля 2020 г.Мы никогда не думали об утоплении. В нашем будущем не было смерти. Никто не живёт в будущем. Настоящее, настоящее, настоящее.
Жизнь всё время такая.2203- Hoegaarden28 июля 2020 г.
–Давать обещание – это нормально, – сказала Лондон Гордону, как бы подытоживая для учителя мораль истории, – а вот выполнять – это не всегда хорошая идея.
283 - Hoegaarden28 июля 2020 г.
Человек может каждый день говорить себе, что хочет изменить свою жизнь, может собираться изменить её, и день за днём продолжать жить по-прежнему, так что на деле желание перемен оказывается самовнушением, позволяющим выносить эту жизнь уже потому, что человек сознаёт её негодность, а значит, для него ещё не всё потеряно.
269 - Alina_Shtein11 марта 2021 г.
Человек может каждый день говорить себе, что хочет изменить свою жизнь, может собираться изменить ее, и день за днем продолжать жить по-прежнему, так что на деле желание перемен оказывается самовнушением, позволяющим выносить эту жизнь уже потому, что человек сознает ее негодность, а значит, для него еще не все потеряно.
162 
hitcher8 января 2020 г.«Эта песня от Тайни, из Пеликановой бухты, для Лулу, известной также как Бонита Голубые Глазки. Тайни хочет сказать Лулу, что он любит тебя больше всего на свете и его сердце всегда будет твоим. Он ждет тебя в любое время, и он никуда не собирается».
– Это потому, что ублюдок мотает пожизненный срок, – сказал Конан.
1129- hitcher6 января 2020 г.Читать далее
С того самого дня каждый раз, как мне приходилось бывать в суде, обвинители всегда выглядели самыми компетентными людьми из всех присутствующих. Они были приятными и ухоженными, опрятными и подтянутыми, в костюмах, сшитых на заказ, и с дорогими кожаными портфелями. Тогда как все публичные защитники отличались, как нарочно, плохой осанкой, несуразными костюмами и потертыми туфлями. У женщин были короткие уродские стрижки, сама практичность. У мужчин были длинные волосы, причесанные как попало или вообще не причесанные, и каждый из них нарушал устав чрезмерной шириной своего галстука. Пуговицы у них на рубашках болтались, готовые оторваться. Все обвинители выглядели богатыми холеными столпами общества, а публичные защитники были перетрудившимися «благодетелями» – говорили впопыхах, вечно опаздывали и роняли на пол свои криво сложенные бумаги, на которых уже виднелись отпечатки чьих-то подошв. Я, Джонсон и все подзащитные бесплатных адвокатов чувствовали себя в заднице, в безнадежной заднице.
1105
