
Юность, где ты?
Во-первых, позволю себе писать "книжки", так как Вера Полозкова дала на это индульгенцию. Для меня всегда было важно употреблять именно слово "книги", будто бы в ином случае я высказывала некоторое пренебрежение. Но коль лучшая поэтесса-современник относится к данному вопросу с лёгкостью, то буду брать пример. Во-вторых, читая "Американскую трагедию" осознала, что выросла. Отношу Теодора Драйзера к классикам, и именно эта книжка натолкнула на мысль, что не зря в школьной программе старших классов так много драматургии. Потому что юношеский максимализм, эта категоричность позволяла проникнуться Достоевским, Булгаковым, Войнич, Ремарком и иже с ними. А сейчас я с большим сопротивлением продолжала читать, потому что мне было неприятно, страшно и непонятно. Восприимчивость поменялась, и всё происходящее в книге выглядело отталкивающе. Удивительно, что "Трилогия желания" оставила у меня чувство удовлетворения и заинтересованности. Но здесь - было просто сложно.








