Цитаты из книги Бедовый месяц

— Поверьте, я искренне чту традиции, но подумал, что у вас, как и у меня, нет желания продолжать род Торнов в дешевой придорожной таверне. Спите. Ничего себе перевернул! Вроде как из нас двоих именно я жажду немедленно отдать супружеский долг, чтобы, так сказать, отстреляться и успокоиться.

Он медленно склонился и… прижался мягкими губами к моему лбу. По храму сначала пробежала судорога восхищенных вздохов, а потом этим целомудренным касанием мы сорвали аплодисменты зрительного зала. Я-то наивно полагала, что страстные лобзания молодоженов — единственное в брачном обряде, ради чего стоило выслушивать напутственную проповедь храмовника. Какие непритязательные до поцелуев люди! Похоже, кроме невесты больше никто не испытал разочарования.

— Другими словами, на сегодня с катанием покончено, — резюмировал он. — На сегодня? — охнула я. — На всю жизнь! В следующий раз я сяду с теми милыми леди и буду хлопать в ладоши, когда ты начнешь красоваться. Всегда знала, что ревность до хорошего не доводит! — Ты ревновала меня к старым леди? — Нет! Я ревновала к бархатным юбкам и разноцветным помпонам. Какого демона они к тебе подвалили? Довели приличную женщину до лыж!

— А ты, оказывается, умеешь кусаться, — заметила она. — Рада, что мы это выяснили. — Это был не комплимент. — Я догадалась.

— Давайте я избавлю вас от мук, — предложил Филипп. — Сжуете сами? — полюбопытствовала я, передавая ему злосчастный пирожок. — Накормлю мусорный короб.

— Какие у вас на сегодня планы? — шутливо спросил он. Постараться не довести себя до нервного срыва, а мужа до развода? Отличный, по-моему, план.

Мягкие губы оставили на коже обжигающий след. Невольно я опустила голову, открывая шею для чувственных поцелуев. Внутри разливалась сладкая нега, колени превратились в желе. Стараясь устоять и не осесть на пол, вцепилась в его свитер. Бог мой, если именно так отдавался супружеский долг, то, пожалуй, я уже согласна отдать даже то, что вообще не должна.

— Филипп, давай встретимся с ними прямо здесь, — потребовала я, но на сиденье вернулась и одернула юбку. — Если они не приедут к ночи в гостевой дом, я до утра не найду себе места от беспокойства. Мы встретились глазами. Видимо, намек, что от моего беспокойства ему тоже не найдется места, Филипп очень тонко расслышал. Люблю догадливых мужчин.

— Простите, куда? — переспросил Филипп, словно не расслышал или же не верил своим ушам и хотел бы еще уши Вилсона, чтобы тот подтвердил: никакой ошибки нет.

Реальная жизнь прозаична: бросать мужа оказалось дорого и хлопотно.

Учись, пока тётка жива! Мужа надо воспитывать. Понимаешь? Берёшь, что дали, и растишь, чтобы вышло хорошо.

Соглашайся с мужем во всём, через сорок лет объяснишь ему, что он - кретин!

С другой стороны, повара обидеть может каждый. Не каждый потом сможет убежать. Вполңе вероятно, правдолюба догонят и насильно накормят свободной вариацией на тему глазуньи.

Он лёг на подушку и прикрыл глаза ладонью. Понимаю, у меня тоже изредка случались дни, когда очень хотелось заснуть обратно и сделать вид, что первое пробуждение - фальстарт, но второе-то точно начнёт замечательное утро.

— Филипп, не удивляйтесь, когда вам придет счет за ужин, — очень серьезно предупредила я. Он бросил насмешливый взгляд над краем хрустального бокала. — Уверяю, дорогая супруга, удивляться я перестал еще вчера. — И счет за дегустацию благородных вин. — У нас банкет, а не дегустация. — Филипп обвел фужером теснившиеся на столе лакомства. — Днем у вас была дегустация. — Мне понравилось? — Не знаю, как вам, а Рендел выглядел довольным.

В тот момент она читала роман, где главная героиня выходила замуж по расчету, однако влюбилась в супруга и начала портить ему жизнь. В смысле, она «пылко и с юношеской страстью» добивалась от него ответных чувств. Но простo превратила приличного аристократа в буйногo неврастеника с замашками властного чудака. Лидии, помнится, замашки особенно нравились.

Только в кружке у мужа ложка сама собой размешивала кусок колотого тростникового сахара. Его любовь к пoдслащенному кофе – это несоответствие главному герою любовного романа из библиотеки Лидии – вызывало во мне уважение. Сразу видно, что мужик плевать хотел на книжные каноны.