Медвежатница

Это пятый том из серии "Семейный альбом", представляющей собой истории родственно связанных людей первой половины XX века, иллюстрирующие социально-психологические рассуждения, вкладываемые автором в своих героев. Для меня это первая прочтенная книга этой серии. Как всегда у Акунина, лёгкий слог, яркие персонажи, исторические события описаны до мелочей. На дворе 55-й, Сталина больше нет, Берия расстрелян, из лагерей начали возвращаться политические. ХХ съезда еще не было, но уже сейчас живется и дышится иначе, чем под тенью генералиссимуса. Антону Клобукову, главному герою, под шестьдесят. Он бодр и свеж, он человек нашедший свой путь и следующий по нему. Делает академическую карьеру, заботится о дочери,которой 22 года, но выглядит она четырнадцатилетней и большую часть суток спит, при некоторых формах аутизма такое бывает. По ушедшим жене и сыну отгоревал, не женился, любовницы не завел, живет тихой жизнью, которую сам считает счастливой. Однажды, когда заболевает Ада в его доме появляется врач скорой помощи. Отец диагностирует у девочки начало пневмонии, нужна инъекция пенициллина, которым, он знает, начали оснащать экипажи скорой помощи. На вызов прибывает пожилая докторша Мария Кондратьевна Епифьева. Она и есть Медвежатница, только в отличие от аристократов преступного мира, умеющих взламывать сейфы, она подбирает ключи к человеческим характерам, умам, сердцам. Это занятие приносит ей основной доход. Доктор Епифьева, ученица Юнга, развившая его метод и приспособившая к практическим нуждам — сваха. Она посредством, сочиненных ею сценарных тестов, подбирает всякому, кто к ней обратится, идеальную пару. Параллельно разворачивается линия молодой женщины Юстины, белой мышки, книжного червя и синего чулка. а также линия бывшего краскома, бывшего зека, бывшего бойца штрафбата Санина. Роман, как всегда у Акунина, написан легко, интересно, хотя немного перегружен научной информацией и дебатами по психологии между Клобуковым и Епифьевой.

Давно мне не попадалось приличных книг от Акунина, а вот «Медвежатница» неожиданно захватила. Это предпоследняя книга серии – серии, которую я совсем не читала (начинала как-то «Аристономию», но она совсем не пошла), поэтому были опасения, что выхваченный из середины кусок будет малосъедобен для тех, кто до этого не соблюдал диету. Но нет. Книга прочиталась взахлеб! Причем то, что она из середины, совершенно не мешало. Возможно, что в контексте прочих частей эта читается чуть иначе. Пожалуй, я это еще проверю.

Итак, о чем книга. Основной мотив, не удивляйтесь – счастье для всех даром, и пусть никто не уйдет обиженным. Да, это в сущности сказка, но как же классно она читается! Вот просто не оторваться!

На дворе 50-е годы. Эхо войны еще звучит, но вокруг уже приятная и спокойная мирная жизнь. Основные персонажи – интеллигенты. Врачи и филологи. Не обошлось и без «кровавой гебни», что меня бесит каждый раз, и здесь – это тоже та ложка дегтя, которая здорово портит и упрощает. Ну, да автор, видимо, иначе не способен. В остальном, здесь совершенно нормальная мораль.

Основной сюжет вертится вокруг системы человеческих типажей, вроде соционических групп, и придуманных для нее историй. Здесь каждая такая история – это отдельный квест, что-то вроде D&D. Когда у вас есть Мастер, который ведет игру, ставя игроков в разные ситуации, а они выбирают дверь/пропасть/профессию, в которую шагнуть. С той разницей, что в известной игре за выбор варианта отвечает обычно кубик, а в книге – сам испытуемый. Да, это типичная такая акунинская игра в жанры, и обязательно всплывающее понятие «благородного мужа», но в данном случае и то, и другое сделано без привычной уже халтуры.

«Медвежатница» - вообще уникальный персонаж. Это обаятельная старушка – участковый врач-терапевт. Она мудрая, теплая, абсолютный гений общения (она находит общий язык с кем угодно) и при этом настоящий ученый. А «медвежатница» вот почему:

И пусть таких не бывает, но так хочется, чтобы были.

Кажется, придется теперь читать всю эту серию. Если остальные книги хотя бы наполовину столь увлекательны, то похоже, зря я ее игнорировала. Тем более, что Клюквин все это читает.