Цитаты из книги French Braid

Мы все наклеиваем ярлыки на других людей.

Что мешает семье быть семьёй?

"... брак проходит разные стадии. И порой переживает новое рождение. У тебя может быть прекрасный брак, у тебя может быть ужасный брак, и это может быть один и тот же брак, просто в разное время."

Быть может, родительство - это урок как быть совершенно другим человеком.

Похоже, правду говорят, что родственные черты проявляются через поколение.

Что мешает семье быть семьей?...Или какая-то семейная ссора вышла из берегов и были произнесены возмутительные оскорбления, которые невозможно простить? Последнее выглядело наиболее правдоподобным объяснением. Потом даже не можешь вспомнить, с чего все началось, но знаешь, что с того момента все навсегда изменилось. ... Дело в том, размышляла она, что даже когда Гарретты собираются вместе, это никогда не бывает по-настоящему, так сказать.

И так со всеми фотографиями на развороте...Никаких подписей. Должно быть, некогда имена этих людей были всем очевидны, и хозяевам альбома не приходило в голову, что настанет время, когда никто из живущих не сможет их вспомнить.

– Как называется такая прическа, когда девочке заплетают косу, начиная почти с макушки?
– А, французская косичка.
– Точно. И когда она их расплетала, то волосы оставались волнистыми и еще много часов свисали такими завитками.
– Да…
– Вот так и семья, – сказал Дэвид. – Ты думаешь, что развязался с ними, но никогда не можешь по-настоящему освободиться, завитки окружают тебя навеки.

В тишине всё, что ты делаешь, почему-то кажется более значительным - важным, осмысленным, почти как молитва.

Робин понимал, что выдаётся в детали. Он сам терпеть не мог, когда люди начинали описывать подробности, а ещё терпеть не мог, когда рассказывают сны.

Как стремительно прошла жизнь, думала Мерси, а казалась бесконечной.

"- Так это и бывает. Так устроены все семьи - утащить неприятную правду, позволить немножко самообман. Немножко доброты и великодушия.

- И немножко жестокости."

Все из-за ее кузена, конечно же. Встреча с ним словно оставила зазубрину где-то глубоко в груди, трещину между двумя частями ее мира. По одну сторону мать Джеймса, такая душевная и искренняя, а по другую Николас, стоящий в одиночестве на железнодорожном вокзале. Это как вынуть стеклянную форму из горячей духовки и сунуть ее в ледяную воду: треск, когда она раскалывается на кусочки.

- И все равно никогда не надо заранее рассчитывать на то, что члены семьи понравятся друг другу. – Ой, Дэвид. Члены семьи любят друг друга! – «Любят», именно. А я говорю про «нравятся». Он помолчал.

– То есть Лили не сообщила своей собственной дочери, что выходит замуж? – Ну это же Америка, не забывай. – А при чем тут это? – С точки зрения генофонда, – пояснила Грета, – эта страна населена диссидентами, сектантами, мятежниками, преступниками и искателями приключений. Опасными людьми. Они обычно не придерживаются правил приличия.

Проблема обширных семейств в их крайне узком подходе к необширным семьям.

- Члены семьи любят друг друга!
- Любят, именно. А я говорю про "нравятся"

Как много из прошлого утрачено, забыто навсегда, целые годы. Но некоторые фрагменты то и дело выныривали из небытия, сами по себе.