The Love Hypothesis

– «У того, кто смеется над собой, всегда есть повод для смеха». Это что, стеб? Это печенье надо мной стебется? – Он с возмущением оглянулся по сторонам.
– Похоже на то, – ответил Малькольм. – У меня сказано: «Побалуй себя сам – зачем ждать, что это сделает кто-то другой?» Кажется, мое печенье тоже над тобой стебется.

Не мое дело отвечать за эмоции твоего друга. Он учится в аспирантуре, а не в начальной школе. Если он будет заниматься наукой, то до конца жизни будет получать отзывы, которые ему не понравятся. Как он будет разбираться с эти - его личное дело.

Оливия быстро подавила это чувство, сказав себе: прежде чем вступать с кем-то в фейковые отношения, логично изучить результаты его научной работы.

Что-то внутри нее — весьма вероятно, это было ее сердце — разбилось на несколько больших кусков, даже не разбилось, а аккуратно разломилось пополам, а затем — снова пополам.

— Куда мы идем?

— За бесплатным алкоголем. Ну, для тебя бесплатным, — поправился он.

— Я просто... влюбилась. В одного парня.

Адам снова кивнул, на этот раз медленно. Взгляд его потемнел, а уголок рта дернулся — лишь на мгновение. Она моргнула, и выражение его лица снова стало пустым.

— Да. Я понял.

— Этот парень, он...

Она сглотнула. Что он? Скорее, Оливия, скорее. Иммунолог? Исландец? Жираф? Кто он?НРАВИТСЯКОММЕНТИРОВАТЬПОДЕЛИТЬСЯ

Гипотеза: чем чаще я упоминаю в электронном письме вложение, тем ниже вероятность того, что я это вложение прикреплю.

Научная карьера нарушает баланс между работой и личной жизнью своим особым способом: изматывает людей, заставляет забыть, что они стоят больше, чем количество публикаций или гранты, которые им удалось выбить.

Научный мир — зачастую очень замкнутая, всепоглощающая, оторванная от прочего мира среда.

Может, ее сердце и было разбито, но мозг оставался в порядке.