Где ты теперь?

Закрывая глаза попадаешь туда, где не действуют законы притяжения, где нет дорог и автобанов, где все твои проблемы оказываются сотканными из пыли; это место, в котором цель твоя — раствориться. Ты нашёл туда вход, увидел и открыл ту самую дверь и обратного пути не захочешь искать. Там, где ты сейчас — чистый космос. Там, где перед тобой предстала звездная пыль — твоя точка невозврата. Любовь, смерть и океан. Только пожелай и вся Вселенная будет твоей. Но не то твоя цель, не тот твой мир, что у тебя на ладонях.

Ты ведь хочешь прожить чужую жизнь, а потом не суметь найти отличий от своей собственной? Тогда вперёд: поставь пластинку The cardigans, прибавь звука приёмнику, стоящему у стены и подари свою жизнь одной бессонной ночи.

Вряд ли, читая, удастся уловить грань между нормальностью и сумасшествием, между реальностью и отчаянной выдумкой. Ты будешь видеть в словах и буквах то, что лучше не замечать и потом в тщетных попытках стараться об этом не думать, будешь старательно проводить параллели с жизнью того, кто во всём отражает тебя. Будешь помнить Матиаса. Помнить всегда. Того человека из звёздной пыли, который не стал Луной, а был лишь её вечной тенью.
Будешь созерцать перед собой образ того, кто убегая от реальности, стараясь скрыться от всеобщего обозрения попадает на маленький остров, где, желая быть незаметным, привлекает к себе необъятное внимание всего человечества. Его жизнь — рассказ о том, как пытаешься пробить бетонную стену непонимания, неприятия и огромного желания найти себя маленькой частичкой в этой огромной сухой Вселенной. Его мечта мала, но достойна: он хочет быть вторым, везде и во всём. Вы думаете он боится, думаете он неуклюж и бестолков? Вовсе нет. Он хотел жить как НЕ все. И незабвенно желал лишь одного: быть самым маленьким, блеклым и неприметным, но самым нужным винтиком в огромной машине человеческой жизни:

Чтобы стать первым, нужны необыкновенные способности, сила воли и удача.
Однако если ты стал вторым, тебе понадобиться огромное сердце.

Кто же он? Приглядись: быть может это ты сам.

Воспоминания стираются, уступая место новым мечтам, желанные цели достигают своего апогея, ты наконец-то находишь себя в этом мире и мир в себе, но как бы не менялись галактики, сколько бы звёздной пыли не летело с небес, такие истории будут жить вечно.

**
А после, когда все страницы окажутся прочитанными, все буквы станут заученными, все истинны поддадутся открытию, попробуй без заминки ответить: Где ты теперь? — Space is the place. (Космос — вот то самое место).

Хотя бы раз в день на меня нападает желание уехать. Собрать котов, завести трактор, продать квартиру и совесть, купить себе маяк, завести большую собаку, канарейку и жить в Норвегии. На маяке, да. Приклеить бороду. Научиться курить трубку и любить рыбу. Много читать. Немного думать. Возможно, тогда в моей жизни появится какой-то смысл. Я не говорю, что его сейчас нет. Нет, просто какой-то другой.
И книга эта про меня. Ну, т.е. не про то, как я всё-таки решилась и купила себе маяк, а про то, как у меня появился какой-то другой смысл жизни. И не только у меня. Вообще у тех, кто не очень хочет быть первым, быть лидером, быть крутым-крутым. А хочет просто быть.

"смерть каждого Человека умаляет и меня, ибо я един со всем Человечеством, а потому не спрашивай, по ком звонит колокол: он звонит по Тебе."

Каково это - быть одним из 50 тысяч фарерцев на далёких островах, отделённых от прочего мира тысячами километров? Каково остро ощущать свою принадлежность к этому маленькому замкнутому пространству, где смерть одного - уже национальная трагедия?.. Великим державам этого, вероятно, не понять. Там, где счёт идёт на многие миллионы, минус один - это чистая статистика. Там, где живёт несколько десятков семей, минус один - это не цифра, это лицо, смех, силуэт... Когда я прочитала, что картина "После похорон" Йонсена-Микинеса свела с ума Анну, я только пожала плечами. Когда, прочитав книгу, я нашла эту картину - я поняла почему. Матиас прав - большей жути не существует. Колокол всегда звонит по тебе.

Но книга, собственно, о другом, хотя Фареры расцарапали душу гораздо сильнее депрессии Матиаса.

Какое же это всё-таки человеколюбие - создавать центр, оплачивать работу квалифицированного специалиста, выделять средства, чтобы несколько человек, среди которых и граждане других стран, между прочим, могли бы месяцами - да что там, годами! - предаваться черепашьему выходу из кризисов, а по сути вариться в своём соку, не думая о насущном. И всё-таки, что бы люди не придумывали, нет более действенного рецепта, чем древнее "исцели себя сам". Можно проводить душеспасительные беседы; можно создавать теплицы-убежища и называть их реабилитационными центрами; можно придумывать отвлекающие занятия и проводить разнообразную терапию - щадящую, шоковую. Но если сам человек не желает себе помочь - всё это обречено на провал. Нет, я не считаю, что реабилитационные центры нужно закрыть к чёртовой бабушке, а психиатров массово отправить на курсы переподготовки - слишком многим нужен толчок извне, чтобы разобраться со своими внутренними проблемами. Но пока человек сам не сделает шаг навстречу новому дню, новой жизни, новому "Я", можно сколько угодно долго биться в его панцирь.

У кого-то из них вполне серьёзные причины для схождения в персональный ад (Хавстейн, Карл), у кого-то однажды вдруг даёт сбой "жизненная программа" (Эннен, Анна). Вообще, на самом деле страшно даже представить, насколько хрупкой является психика, как просто её разрушить. Наконец, главного героя Матиаса выбивает из себя банальный разрыв. Чувствую, что звучит словосочетание довольно цинично, но неужели же никто из нас не переживал несчастной любви, развалившихся отношений, да какой угодно личной потери?.. Бросать после этого всё и всех, запираться на месяцы в комнате и на протяжении нескольких лет приходить в себя под наблюдением психоаналитика - это... перебор и эгоизм. Матиас на протяжении всей книги называет себя "вторым номером", человеком, которому не нужно внимание, который хочет просто жить, но всё его поведение доказывает только то, что он редкий эгоист и себялюбец. Настоящий "второй номер" будет приспосабливаться как Дэнни в "Цитадели" Дженнифер Иган, Матиас, напротив, сам создаёт обстоятельства - начиная с того, что уезжает на Фареры. И он редкий счастливчик при этом. Потому что рядом есть друзья, любящие и понимающие родители, а он бросает всё к чёрту. Потому что в трудную минуту рядом появляются те, кто готов взять за него ответственность. Потому что его постоянно окружают люди, готовые понять, простить, помочь. И замена "вечной любви" Хелле находится подозрительно легко и просто. Ему всё даётся слишком легко, поэтому он ничего не ценит. Предполагаю, что автор создавал совсем иной образ, но сочувствовать Матиасу у меня совершенно не получается - он меня раздражает. Он, его идеи и поступки.