Voldena jeb Dzīve mežā

Читать начала после цитат из "Уолдена" в "Куда бы ты ни шел - ты уже там".

Для тех, кто не в курсе, что это
Уолден, или Жизнь в лесу (англ. Walden; or, Life in the Woods) — главная книга американского поэта и мыслителя Генри Дэвида Торо.
Весной 1845 года 27-летний автор, проникнувшись трансценденталистскими идеями Эмерсона, решил поставить эксперимент по изоляции от общества и сосредоточении на самом себе и своих нуждах. Он поселился на окраине Конкорда (штат Массачусетс) в построенной им самим хижине на берегу Уолденского пруда.
Всё необходимое для жизни он обеспечивал самостоятельно, проводя большую часть времени за огородничеством, рыбалкой, чтением классиков, плаванием и греблей. В общей сложности в уединении Торо провёл два года, два месяца и два дня. При этом он не прятался от людей и регулярно общался с жителями Конкорда, включая самого владельца пруда — Эмерсона.
Описание жизни Торо в лесу, впервые опубликованное им в 1854 году, не вполне соответствует действительным обстоятельствам его биографии. Так, главы расположены в хронологическом порядке в соответствии со сменой времён года и создают впечатление, что автор прожил на берегу пруда ровно год.
Своим экспериментом Торо стремился дать понять современникам с их культом материального преуспевания, что хорошо и счастливо жить можно и вне общества, удовлетворяя все естественные потребности собственным трудом. Промышленной революции и зарождающемуся обществу потребления он противопоставил свободу от материальных забот, уединение, самодостаточность, созерцательность и близость к природе.
Книга делится на 18 эссе, в которых Торо делится с читателем своими наблюдениями за звуками и запахами леса и воды в разные времена года, рассказывает о своих отношениях с муравьями, сурками и прочими лесными жителями, приводит целиком старинную поэму Томаса Кэрью и выдержки из собственных стихов.
Книга Торо стала культовой в XX веке, в связи с обострением экологической проблематики и возникновением движения за сохранение окружающей среды. Современники же Торо приняли её холодно: Роберт Луис Стивенсон назвал побег автора от общества трусостью, и за 5 лет было продано всего 2 тысячи экземпляров «Уолдена».

Для тех, кто в курсе
Мне очень понравилось. Правда, до конца я не дочитала одно эссе или два: эх, не хватает мне этой всей медитативности и буддизма)) Но я обязательно перечитаю и дочитаю всё, в новый период.
Но зато я до сих пор чувствую этот Уолденский лес и мягкую атмосферу книги и Генри Торо, который живет в гармонии с миром.

И у меня остались цитаты!
Вот эта, например, здорово перекликается с Пастернаком:

Бывало, что я не мог пожертвовать прелестью мгновения ради какой бы то ни было работы – умственной или физической. Я люблю оставлять широкие поля на страницах моей жизни. Иногда летом, после обычного купанья, я с восхода до полудня просиживал у своего залитого солнцем порога, среди сосен, орешника и сумаха, в блаженной задумчивости, в ничем не нарушаемом одиночестве и тишине, а птицы пели вокруг или бесшумно пролетали через мою хижину, пока солнце, заглянув в западное окно, или отдаленный стук колес на дороге не напоминали мне, сколько прошло времени. В такие часы я рос, как растет по ночам кукуруза, и они были полезнее любой физической работы. Эти часы нельзя вычесть из моей жизни, напротив, они были мне дарованы сверх отпущенного срока. Я понял, что разумеют на Востоке под созерцанием, ради которого оставляют работу

Местами проскальзывает морализаторство, но оно такое не снобисткое, милое, светлок детское и мягкое, что совсем не задевает.
Цитат куча, но вот про моду и одежду мне нравится, совпало с моими мыслями того периода:

Я советую вам остерегаться всех дел, требующих нового платья, а не нового человека.
Если сам человек не обновился, как может новое платье прийтись ему впору?
Если вам предстоит какое-то дело, попытайтесь совершить его в старой одежде. Надо думать не о том, что нам еще требуется, а о том, чтобы что-то сделать, или, вернее, чем-то быть. Быть может, нам не следовало бы обзаводиться новым платьем, как бы ни обтрепалось и ни загрязнилось старое, пока мы не свершим чего-нибудь такого, что почувствуем себя новыми людьми, – и тогда остаться в старой одежде будет все равно, что хранить новое вино в старом сосуде.

Наша линька, как у птиц, должна отмечать важные переломы в нашей жизни. Гагара в эту пору улетает на пустынные пруды. Змея тоже сбрасывает кожу, а гусеница – оболочку в результате внутреннего процесса роста, ибо одежда – это лишь наш наружный кожный покров, покров земного чувства. Иначе окажется, что мы плаваем под чужим флагом и в конце концов неизбежно падем и в собственном мнении и в мнении людей.

Мы сменяем платье за платьем, наподобие экзогенных растений, растущих путем наружных добавлений. Наше верхнее, чаще всего нарядное платье, – это эпидерма, или ложная кожа, не связанная с нашей жизнью; ее можно местами содрать, не причинив особого вреда; наша плотная одежда, которую мы носим постоянно, – это наша клетчатка, или cortex, а рубашка – это наша liber, или склеренхима, которую нельзя снять, чтобы не окольцевать человека, т.е. не погубить его. Думаю, что все народы, хотя бы в известное время года, носят нечто подобное рубашке. Человеку следует быть одетым так просто, чтобы он мог найти себя в темноте; и жить так просто, чтобы быть готовым, если неприятель возьмет его город, уйти оттуда, подобно древнему философу, с пустыми руками и спокойной душой.

*
Когда я пытаюсь заказать себе одежду определенного фасона, портниха важно говорит мне: "Таких сейчас никто не носит", не уточняя, кто не носит, и словно повторяя слова авторитета, безличного как Рок. Мне трудно заказать себе то, что мне надо, потому что она просто не верит, что я говорю всерьез и действительно могу быть так неблагоразумен. Услышав ее торжественную фразу, я погружаюсь в раздумье, повторяя про себя каждое слово в отдельности, пытаясь добраться до сущности и уяснить себе, кем мне приходятся эти Никто и почему они так авторитетны в вопросе, столь близко меня касающемся. И мне хочется ответить ей так же торжественно и таинственно, не уточняя, кто такие "никто": "Да, действительно, до недавних пор никто не носил, но сейчас начали". К чему ей, спрашивается, обмерять меня, если она измеряет не мой характер, а только ширину плеч, точно я – вешалка? Мы поклоняемся не Грациям и не Паркам, а Моде. Это она со всей авторитетностью прядет, ткет и кроит для нас.

Книга с невероятно прекрасным, гладким, переливчатым, заразительным слогом. Я очень не хотела ничего читать и тем более не хотела ничего писать, и вот мы здесь... Слово за слово и дело уже сделано, я моментально "в контексте" и даже отложив книгу, не думать о ней не могу. С первого же абзаца из середины поняла, что это "моё": читать "Жизнь в лесу" было легко, а оторваться от неë сложно.

Меня поразило, насколько рано по времени, но глубоко Торо копнул. Мы все об этом думали и не раз, я уверена, но мало кто думал так много и радикально, особенно в 1854 году. Наверное, нынешняя жизнь понравилась бы автору ещë меньше... С другой стороны, в 2025 вряд ли кто-нибудь добровольно согласился бы уйти в лес. Ну, тем интереснее читать.

Порой мне тоже некоторые социальные конструкты кажутся излишними: косметика, дорогие автомобили, мода. Как будто люди придумали что-то для удобства, но перегнули палку, и теперь это "что-то" считается новой нормой, без которой приличному человеку уже нельзя. И вот уже среднестатистический человек пытается соответствовать общей планке, потребности неумолимо растут, а возможностей их покрывать нет. И жизнь, во-первых, стремительно куда-то летит, а во-вторых, она ещë и состоит вся из навязанного достигаторства, которое уже воспринимается нами как должное, и непонятно – хочешь ты этого сам или просто так принято.

Получается так:

И так:

И вот так:

Как будто чем сложнее цивилизованный мир, тем беспомощнее в нём отдельно взятый человек. У нас есть трубопровод, электричество, метро, мобильный телефон и интернет, всё это создано людьми, но какое отношение ко всему этому имеет конкретный человек? Если отбросить цивилизацию, хватит ли знаний и умений современного человека для выживания? Я думаю, нет. Кто-нибудь ответит (и будет прав), что сейчас это и не нужно, ведь мы живём в век узкоспециализированных знаний, но разве вы никогда не ощущали себя рабом технологий? Не чувствовали ли, что мир усложняется слишком быстро и помимо удобств, теперь всё время нужно стараться жить не хуже остальных? Если иногда вам хочется упростить и замедлить жизнь, то книга для вас, Торо в ней очень точно и не один раз очерчивает свою аудиторию. А если вам и так хорошо и в вас не возникает протеста на бесконечное усложнение, ускорение, потребление и стремление идти в ногу с обществом к успешному успеху, тогда в добрый путь!

Торо пишет: "люди стали орудиями своих орудий". Есть те, кто не против, да я и сама не против, но что-то пугает – то ли прогресс, то ли моя зависимость от него и невозможность отказаться и жить по-другому. То ли рамки, в которые нас всех загоняют как в золотое беличье колесо. А я и не сопротивляюсь, "соглашаюсь достигать" и не знаю, как иначе. А Торо знает: видя, что у него не получается предложить обществу то, что будет в нём востребовано, он не стал искать что-то новое, чтобы угодить потребителю, а "ещё решительнее устремился в леса". Сломал систему, временно отказался жить по правилам, поставил на себе грандиозный и смелый эксперимент, чтобы доказать и показать другим, что это возможно.

Совсем не мечтаю жить на отшибе в лесу, отказаться от новостей, интернета, тёплой постели и всех удобств, как хорошо, что Торо уже сделал это за меня! Не во всем согласна с ним, например, не считаю, что "живя в роскоши, ничего не создашь кроме роскоши", но понять его можно. Я думаю, что закрытие базовых потребностей абсолютно необходимо, а то, что происходит сейчас и то, за что стоит Торо – две крайности, истина же, как обычно, где-то посередине. Размышления крайне интересные, мне кажется, этот человек осуществил то, о чем мы все сейчас можем только от безысходности пошутить – из серии "уйти в лес" или "жить в коробке под мостом".

Спасибо, что я ни дня не живя в лесу прожила там два года, два месяца и два дня! Вот уж точно – читай книги и проживёшь тысячу жизней.

Довольно сложно писать об этом сборнике эссе, т.к. хочется просто поговорить с самим автором напрямую. В силу собственного недавно образовавшегося одиночества, мне периодически хочется живых и интересных разговоров, а тут одних только тем на долгие зимние вечера хватит. На самом деле, есть много выводов и суждений, с которыми можно согласиться безоговорочно, а с другим таким же количество – спорить до хрипоты.

И все же, такие эссе подойдут далеко не для каждого. Можно бесконечно говорить о многих важных и нужных вещах, но основное (та самая жизнь в лесу) вызвало у меня смешанные чувства. И дело тут по большей части в моем личном опыте: периодические выезды в самую настоящую глушь, приобретенная во уже во взрослом возрасте привычка ориентироваться на месте и что-то делать своими руками, наслаждение тишиной и одиночеством, преклонение перед красотой природы и т.д. Здесь много философии, наблюдений и порою чарующих моментов, но, по моему субъективному мнению, лучше всего это отражено в книге Кнут Гамсун - Плоды земли . Почему лучше? Всё очень просто – информация лучше всего воспринимается не как факты/мнения в лоб, а как история, которая увлекает за собой, заставляет жить в её декорациях, с её правилами мироустройства. Особенно хорошо, когда к тем или иным выводам читатель приходит самостоятельно, пережив тот или иной опыт. В «Уолдене» же подача авторского мнения достаточно агрессивна, с ней невозможно спорить или интерпретировать по-другому. Да и всем известное человеческое отрицание на любое утверждение никуда не спрятать.

Словом, очень необычный сборник.

Добро пожаловать в общество человека, который избавился от скорлупы зависимости одобрения, поддержки извне, мегаполисной псевдосоциальности; компанию бодхиссатвы из Массачусетса. Он не расскажет тебе "что такое плохо", "что такое хорошо". Он вывернет жизнь наизнанку и представит тебе её в истекающем кровью пойманном своими руками животном. Ты можешь закрыть лицо руками, убежать поддавшись страху или с жадностью истосковавшегося за свежей кровью льва, вцепиться зубами в добычу и наполнить свои кости животворящим жаром, и кто знает куда жажда твоего духа заведёт тебя после сей трапезы?

В здравии тела и благостном состоянии духа взращиваю зёрна самодостаточности (большой соблазн написать "на склоне горы Фудзи").

Ох и долго я читала эту книгу – фактически, мне пришлось прочитать её трижды: в двух переводах и в оригинале. Я почему-то раньше думала, что “Уолден” – это чисто натуралистические наблюдения и описание опыта одиночества. Не без этого, конечно, но в большей степени книга оказалась публицистическим очерком и местами даже проповедью. О чём только Торо не рассуждает: о необходимости образования, о бессмысленности филантропии, о физике, об индуистском мировоззрении, о путешествиях, охоте, искусстве, экономике, и ещё о куче чего ещё, о чём я непременно забыла упомянуть.


Пускай и не все мысли со мной срезонировали, а индуизм мне так и вовсе не близок, при чтении невозможно было не проникнуться уважением к фигуре автора. Торо прожил жизнь, достойную какого-нибудь греческого философа, и иногда я думаю – а следуй он не настолько радикально своим аскетичным принципам, может, и не истаял бы от чахотки, будучи даже моложе Шиллера? Сомневаюсь, но всё равно мысль эту преследует определённая горечь. По поводу встреченного ирландца писатель замечает:

Что же, Торо был верен именно такому образу жизни, хотя сомневаюсь, что он был популярен у его соотечественников. Поселившись однажды вовсе в сколоченном самостоятельно домике в лесу, Торо решает поставить над собой эксперимент. Но для чего? Мне кажется, что мысль о том, что единственно существование под боком у природы с настолько простым бытом, насколько вообще возможно и практично, есть благотворно и естественно для человека – и так казалась ему очевидной без необходимости превращаться в анахорета (ладно, с людьми всё равно приходилось общаться и жил он не в пустыне). Поэтому я склонна думать, что Торо поселился в лесу потому, что стремился к подобному свободному, прямо таки греческому образу жизни душой, а он всегда жил именно так, как хотел, и неважно, насколько странно бы это выглядело в глазах людей.


Конечно, больше всего тронули моё сердце природные описания, тут прям веет духом озёрных поэтов американского толка:

Торо - поэт, и ему свойственна особая поэтическая прозорливость и чувствительность к окружающему миру, для описания которого он, к тому же, способен находить единственно верные и точные слова. Только он может описать возню муравьёв с гомеровским пафосом или сравнить прыгающую по веткам белку с танцующей девушкой. Его языку присущи парадоксальность и афористичность, а ещё очень, очень много мрачной иронии. Местами в “Уолдене” проскакавают действительно хорошие чёрные шутки (про идеальное место на кладбище моя любимая) и держат читателя в тонусе. Мне показалось, что старый советский перевод почти нивелирует эту черту и сводит местами очень бойкие и едкие фразочки Торо к какой-то чинной книжности. В конце концов, на момент написания “Уолдена” ему и 30-ти то не было, и это слышно сквозь текст. Местами он даже звучит пожалуй что дерзко, да и факт того, что так свято уверенным в том, как всем надо жить, человек может быть только в молодости, присутствует.


По передаче авторской интонации перевод Липки мне показался ближе (поэтому цитаты я привожу по нему), однако, относительно полной смысловой точности меня не устроил до конца вообще ни один перевод (их аж три). Кстати, всей этой эпопеи с переводами вообще бы не случилось, если бы я, слушая аудиокнигу, не полезла делать пометки в тексте и не наткнулась бы там на фразу с вообще противоположным смыслом. Язык у Торо лёгкий, мне даже с моим абсолютно средним английским было свободно и приятно его читать (1847 год,  на минуточку). Это не разговорная речь, конечно, но максимально адаптированное для публичного выступления как бы обращение с кафедры, оттого не перегруженное синтаксически, хотя и тут и там автор вставляет что ни аллюзию на античность, то поэтический отрывок.


Помимо поэтических метафор с перерывами на чтения моралей, Торо проходится по благотворительности (абсолютно согласна со всем сказанным по этому поводу), приводит доводы в пользу полезности охоты и одновременно восхищается вегетарианством (тут я вообще утратила логическую связь), попутно делая открытия на почве геологии и ландшафтоведения (просто идеал эпохи Возрождения какой-то). Он почти полглавы так описывает лёд, что я даже вспомнила “Сто лет одиночества” с их культовой сценой. Единственное, где  мы с автором совсем разошлись, это в пассажах вроде:

Жизнь я унижением не считаю, и даже сама подобная мысль мне кажется несколько кощунственной, но, как я уже сказала, с индуизмом мы не сходимся, а тогда он был в рассвете моды. Размышления о чувственности и чистоте тоже показались мне каким-то перегибом западного пуританства в восточную философию, но вообще, большинство озвученных идей меня действительно затронули, я даже наделала кучу выписок, что редко со мной случается. Ведь самое ценное – возможность диалога, когда написанное заставляет думать и спорить. Закончить хочу своей самой любимой цитатой и мыслью, идейным распространителем которой и был Торо:

Уолден - это пруд, рядом с которым в лесной чаще подселился Торо в возрасте 28 лет и прожил там 2 года, питаясь тем, что смог вырастить, соорудив дом и проводя свой досуг в прогулках по лесу и чтении полезных книг. Походя, он ещё пытался обратить в свою веру соседей и попадавшихся ему путников. После всего пережитого он и написал данную книгу. Книгу, надо сказать, очень своеобразную: тут и список продуктов, которые он вырастил, и десятистраничные описания пруда, и философские рассуждения (которые и оказались самыми занимательными). Здесь важно не писательское мастерство Торо, а его мысли и пережитые им события, так как эксперимент интересен сам по себе. Многие суждения оказались злободневными и актуальными, а иногда его поучительный тон меня подбешивал (но тут нужно учесть почти двухвековое расстояние между нами).
Основные мысли Торо - нужно быть ближе к природе и обходиться минимумом. В общем, главные вещи в жизни - это совсем не вещи) .

.

В серии "Азбука-классика" иногда попадаются замечательные книги. Книги тех авторов, о которых я ничего не слышала, например. Поэтому при посещении книжного всегда тщательно изучаю стенд с этими небольшими мягкообложечными книжечками. Вот и "Жизнь в лесу" я однажды там выцепила совершенно случайно. Потом она стояла у меня на полке несколько месяцев. А оказалась настоящим сокровищем!
Не каждая решится взять вот так и уйти жить в хижине в лесу. Самой эту хижину построить. Есть самую простую пищу. Жить в гармонии с Природой и собой. Это сильно, это смело. Это здорово!
Текст очень интересен, полон отсылками к мифам, классическим авторам, и т.д. А как описана Природа...Эти чудесные главы о лесных звуках, о совином пении (или ухании?)), о кваканье лягушек на пруду..О самих прудах, о лесных животных, о свойствах льда. Отдельного упоминания заслуживает глава о чтении.
В общем, моя коллекция любимых книг неожиданно пополнилась. Буду еще читать и перечитывать.
Приятным бонусом томика идет краткая биография Торо в конце.

Для меня Генри Торо первым раскрыл тему минимализма и отказа от второстепенного, от нагромождения ненужного, за чем уже не видна сама суть жизни, теряется её смысл. Впервые я прочитала книгу в студенческие годы и всё хотела перечитать.

Начало книги воодушевляло, рассуждения казались разумными.

Особенно мне полюбилась глава "Чтение". Ещё не дочитав книгу, я перечитывала эту главу не единожды. Очень она впечатляет. Нравится она мне не одним перечислением книг, а больше тем, что мысли автора перекликаются наконец с моими ощущениями. Потому как раньше я чтение древних (Гомера, Вергилия и т.д.) считала необходимой формальностью, а теперь чувствую в этом потребность. Настоящей литературой Торо называл не убаюкивающие книги, а те, к которым приходится тянуться на цыпочках. И это так.

Надо было сразу написать, что вся книга разбита на тематические главы. Например, "Хозяйство", "Чтение", "Звуки", "Одиночество", "Высшие законы", "Бессловесные соседи" и т.д. Не все главы для меня были одинаково интересны.

Например, те, где долго- долго описывались прелести пруда Уолден, достоинства леса, наблюдения за муравьями и другой живностью через какое-то время утомляли и текст хотелось пропустить целыми абзацами.

Не понравилось и время от времени проскальзывающее высокомерие 28- летнего  отшельника, мол, все, кроме меня живут неправильно. Ой ли? Кому Генри Торо был полезен, доставил радость, кому помог тем, что жил сам по себе? Разве люди не должны жить вместе и помогать друг другу? Или это нормально- жить только ради себя, поучая других?

И потом, легко осуждать другого, когда ты не несёшь ответственности за семью, детей, старых родителей, можешь и поголодать, поумничать, походить в рванине. Потому что для тебя это всего лишь эксперимент, а не вся жизнь. Да и что было бы, уйди все в лес? Да толпа бы там была и то же общество, что и в городе, посёлке, которому нужны правила сосуществования. Чего достиг автор своим экспериментом? Написал книгу о том, без чего он смог прожить. Он не показал, как жить мудрее и лучше, больше это была демонстрация того, как справиться с элементарными потребностями, не особо утруждая себя и живя вне общества. Кстати, чего-то книгу автор опубликовал не в лесу среду белок, а вернулся в то общество, которое осуждал. И где тогда правда жизни?

В общем, как эксперимент, опыт жизни отшельником- минималистом интересен, но как идеал жизни- утопичен. И из всей книги я прислушалась бы к нескольким мыслям, но не всем подряд. Последняя глава книги, кстати, изобиловала мудрыми мыслями и афоризмами. Даже возникло ощущение, что их там навалили скопом, так как автор устал писать книгу и хотел уже дописать, вот и вывалил все умные мысли, что накопились. Утрирую, конечно, но ощущение от завершающей главы было именно таким.

В результате перечитывания книги мои студенческие восторги исчезли и с высоты своего возраста я пришла к выводу: опыт и мысли Торо как альтернатива привычному-  это возможность задуматься о вариантах, о разнообразии мира, но в целом это нежизнеспособно. Хорошо порассуждать, но жить будешь всё равно так, как привычно большинству, как уже принято в обществе. И не всегда это плохо.  А возвращаться к костру в пещере, почитывая Гомера- глупость несусветная. В общем, интересная книга для обдумывания, но не для подражания. Не обязательно идти в лес, чтобы быть Человеком и жить так, как ты считаешь верным. Можно попробовать это сделать и среди людей:) И многие пытаются, судя по тому, что книга растаскана на цитаты. Интереснейшие мысли, кстати. Но лучше на них смотреть вне контекста книги, на мой взгляд.

Эта книга напомнила мне одну забавную фразу, найденную на просторах интернета: "К тридцати начинает казаться, что переехать на дачу, выращивать там еду и гнать самогон - это вовсе даже не смерть, а прямо такой новый виток жизни, ребята!" Так вот, автор книги, Генри Торо, ближе к тридцати годам (а именно в 28 лет) тоже в какой-то момент жизни решил, что жить в лесу и выращивать себе еду - это очень даже интересный опыт. Построил себе маленький дом на берегу Уолденского пруда (вернее, купил сруб и собрал его на новом месте), где и прожил немногим больше двух лет. Там он рыбачил, выращивал бобы на разбитом им же огороде, наблюдал за природой, писал стихи, которые также включил в книгу, и размышлял о разном - о том, как можно упростить жизнь, какие книги стоит читать, о рыбалке и охоте, и даже о правильном питании. Собственно, своим опытом Торо хотел показать, что человек может совершенно спокойно существовать, имея все необходимое для жизни, при этом не перегружая себя работой до полного изнурения.

Сам Торо пишет:

Весьма категоричное высказывание, однако, если бы Торо знал, что некоторые его мысли касательно общества потребления, высказанные более чем 150 лет назад, сегодня стали еще более актуальными, что бы тогда он сказал? Вот Торо сетует, что его современники готовы потратить всю жизнь на приобретение не самых нужных им вещей, что больше хлопочут о модном платье, чем о чистой совести. Моду Генри Торо вообще не жалует, видя в ней аппарат по ежегодному выкачиванию денег из населения. Так же скептически автор отзывается и о некоторых других областях жизни современников - например, о стремлении всегда быть в курсе последних новостей:

Надо сказать, что Генри Торо не чужд своеобразный юмор на грани сарказма, что делает его заметки, по крайней мере, первую их половину, еще более занятными. К сожалению, вторая часть книги шла у меня гораздо более тяжело, так как размышления о жизни сменяют подробнейшие описания природы, и начинается долгий-предолгий рассказ о флоре и фауне Уолденской рощи. Каждый раз, когда Торо заводил разговор о куропатках и сурках, обитающих неподалеку: "Удивительно, сколько разных созданий живет в лесу свободно и дико, хотя и тайно, и добывает себе пропитание вблизи городов, никем не обнаруженные, кроме охотников. Выдра, например, ведет весьма скрытый образ жизни. Она вырастает до четырех футов в длину...", прочитанный текст начинал воспроизводится в моей голове голосом Николая Дроздова, с его характерными интонациями))

Что мне понравилось, автор не преподносит свою точку зрения на жизнь как единственно правильную - мол, срочно переселяйтесь в леса, и тогда будет всем счастье. Наоборот, Торо пишет:

Но больше всего мне у Генри Торо понравился следующий момент - Торо пишет о том, как важно правильно использовать утро: "Утро — самая важная часть дня, это — час пробуждения. В этот час мы менее всего склонны к дремоте". Для меня, как для типичной совы, тут в каждом слове - боль, а про бодрость и отсутствие дремоты - это и вовсе форменное издевательство. Однако Торо тут же уточняет:

Вот! Золотые слова! Конечно, для объяснительной записки это не лучший вариант пояснить, почему вы проспали (хотя, возможно, на первый раз вашу оригинальность оценят:)), но зато дома можно смело ссылаться на американского классика)

P.S. А вот фотографии из музея Генри Торо в Конкорде, штат Массачусетс. Домик, конечно, не тот самый, в котором жил Торо, но восстановленный, согласно его описаниям:

Уолден, или Жизнь в лесу Генри Торо - призыв замедлиться и найти себя в природе, вдали от суеты цивилизации. Торо видит природу не фоном, но живым организмом, источником мудрости и гармонии. Его описания полны нежности и тепла. Он противопоставляет чистоту окружающего мира "загрязнённому" обществу, где люди тонут в бездумном труде и погоне за успехом. Автор не против прогресса, но за переосмысление: технологии и труд должны служить свободной жизни, а не порабощать. Юмор и шутливые обороты оживляют текст, читается легко и приятно.

Но сам Генри не вызывает симпатии. Его максимализм - бросить всё и уйти в лес - отдает снобизмом, а сам эксперимент - постановкой. Здоровый мужчина среднего класса, без детей и обязательств, с поддержкой друзей, он легко рассуждает о независимости, что выглядит довольно-таки лицемерно. Иногда он сам себе противоречит. Пускай культ успеха и суету Торо бичует метко, но этот поучительный тон отталкивает.

Идея замедления мне близка - сама стремлюсь к этому, хочется выйти из гонки за "успехом". Но с такой подачей - нет желания прислушиваться, только поспорить. Книга заставляет задуматься, но уж точно не вдохновляет следовать за автором.

Прочитай, если хочешь сбежать от суеты в лес