Il suggeritore

Садизмом.
Почти всегда в основе образа действий маньяка присутствует садистский компонент. Жертвы для него – “предметы”, а использование их, и в том числе причинение им мучений, является его личным достижением.

Слезы Милы не содержат пролактина.
Это ее никому не ведомая тайна.
Она была не способна страдать, испытывать эмпатию, необходимую для понимания других людей, чтобы не чувствовать одиночества среди себе подобных.
Всегда ли с ней было так? Или что-то либо кто-то лишил ее этой способности?

На месте преступления можно получить массу информации – как о последовательности событий, так и о личности преступника.

Все ждали подсказки. Желанным мог стать любой знак, способный разрушить оцепенение ужаса, лишь бы он наконец прояснил причину, по которой они сюда примчались.

Горан – криминолог, он знает, из чего соткано зло. Но до сих пор он наблюдал его со стороны, как ученый. И никогда не поддавался мысли, что это самое зло может протянуть свою зловещую руку и дотронуться до него. А теперь он думает об этом.
Когда человек становится монстром?

Ожидание - необходимый аванс всякого наслаждения. Его можно посмаковать.

...смерть, особенно насильственная, оказывает странное воздействие на живых. При виде мертвого тела все мы становимся слишком любопытными. Смерть - весьма соблазнительная дама.

— Однажды я слышала, как кто-то говорил, что зло всегда находит способ выставить себя напоказ. А добро — никогда. Поскольку зло само оставляет после себя следы. В то время как добро можно только удостоверить.
Наконец Никла улыбнулась.
— Это — глупость, — тут же возразила она. — Смотри, Мила, это факт, что добро слишком быстротечно, чтобы можно было его как-то заметить. Оно не оставляет после себя мерзости. Оно — чистое, а зло, наоборот, гадкое.

Мы думаем, что хорошо знаем людей, с которыми постоянно общаемся, а на самом деле ничего о них не знаем

Боли не существует. Как, впрочем, и других человеческих чувств. Есть только химия. Любовь - не что иное, как действие эндорфинов. Уколом пентотала я сниму любую твою привязанность. Мы не более чем машины из плоти