Триггер

За маской порядочного и надёжного профессора может скрываться настоящая гиена.

Преподаватель, профессор — это просто должность, за которой стоит всё тот же человек, со всеми его слабостями и пороками.

- Любовь - это прекрасное чувство, но не тогда, когда оно оказывается таким губительным.

История не знает сослагательного наклонения.

Мне всегда казалось, что в моей жизни был только один человек, который меня предал, — моя мать.

Меня обступает темнота. Душная и вязкая, она окутывает тело, парализует волю. Я начинаю двигаться вперёд. Такое чувство, будто я парю в невесомости ...

Эти вопросы сводят меня с ума. Невидимой петлёй затягиваются вокруг горла. Я задыхаюсь. Мне нужен воздух. Мне нужно сделать хоть что-нибудь.

— Что на этот раз прислала внуку твоя свекровь? — натянуто улыбаясь, спрашиваю я, догадываясь об истинных причинах такой бурной реакции.
— О, она убеждена, что без норковой шапки наш Вилли будет выглядеть на Медвежьей горе круглым сиротой! То есть её ничему не учит опыт прошлых лет. Понимаешь, самое обидное, что Том искренне не понимает, почему это меня так злит и раздражает! — Рейчел таращит глаза, громко хлопая в ладоши. — И как результат, мы снова поругались, и он даже ушёл из дома.

— Ты не вышла личиком, уж прости, — бубнит она, пока её глаза мечутся по периметру. — Ум и послушание — это всё, что ты сможешь предложить мужчине. А ещё ты должна будешь родить сына!

Мы забыли о том, что несём ответственность за тех, кого приручили. Одной рукой мы кормим и ласкаем, в то время как другой душим и убиваем. Разве это нормально?
— Мы всё ещё говорим о животных?
— Не знаю, — огрызается она, залпом выпивая остатки вина.

От одного взгляда на неё у меня внутри как по команде вспыхивает пожар. Расстояние — ничто. Расстояние для того и дано, чтобы распылять огонь желания сократить дистанцию. А я уже давно жду нашего рокового сближения.

Для неё это единственный день в неделе, когда она может одновременно отдохнуть и от работы, и от дрязг грядущего развода. Для меня же это единственный день, когда я делю бутылку на двоих.

Люди редко предлагают дружбу, не требуя ничего взамен.

— О, я так много ей сказала. С тех пор, как она вклинилась в мою семью, кажется, я только и делала, что говорила с ней. Просила, умоляла, угрожала, но разве она меня слышала? Разве ваша дочь хотя бы раз прислушалась к моим словам? Нет! Так с чего вы все взяли, что в этот раз мне бы удалось до неё достучаться? И что такого я могла бы ей сказать? Ничего! И знаете, почему? Потому что меня там не было!

Во мне кипят злость и отчаяние, с трудом сглатываю внезапно образовавшийся в горле ком. Я обещала себе, что больше не буду слушать её, не буду принимать её слова на веру, и всё же её слова задевают меня, вскрывают старые обиды. Глаза наполняются слезами.

— Да, и всем этим я обязана тебе! Ты стала моим триггером! А ведь я была уверена, что уже больше никогда не вдохну терпкий пряный запах смерти. Но появилась ты! Покончив с Сесилией, я испытала облегчение. Твой голос, что всё это время жужжал в меня в мозгу, наконец затих.

Моя память состоит из множества дыр, о которых мне необходимо вспомнить, иначе я в них скоро сгину.

Начал он с бесстрастного прочтения комментариев. Их уже было достаточно для того, чтобы я всерьёз подумала если не о самоубийстве, то о побеге из города точно.

Преподаватель должен быть таким: милым, надёжным, внимательным. Тем, на кого можно положиться, кто не предаст.