Цитаты из книги Trīs draugi

Я ощущал нежный блеск первого хмеля. Он горячил кровь и нравился мне потому, что любую неопределенность облекал в иллюзию какого-то приключения.

Я окинул их взглядом, не понимая, как они могут пить, когда Пат истекает кровью.

Я столько всего повидал в жизни, что давно уже знал: либо вся наша жизнь — один сплошной упрёк, либо нам вообще не в чем себя упрекать.

Я столько всего повидал в жизни, что давно уже знал: либо вся наша жизнь - один сплошной упрёк, либо нам вообще не в чем себя упрекать.

Упустить в наши дни выгодную сделку — значит бросить вызов судьбе. А этого никто себе больше позволить не может.

Простота мыслей и чувств вне зависимости от тяжести времени

Я понимал, о чем она говорит. Но этого я не мог. Было странно, но я не мог, никак не мог. Я чувствовал это всем своим существом. Раньше такого со мной не бывало. У меня не было преувеличенных представлений о верности. Но теперь это было просто невозможно. Я вдруг почувствовал, как далек от всего этого.

нет ничего более позорного для мужчины, чем шутовство.

в каждом человеке скрыто немного сентиментальности. — Она подмигнула мне сквозь дым своей сигаретки. — Даже в вас, вероятно.

— Откуда?..

— Да, да… — сказала Эрна. — И прорывается она совсем неожиданно…

так причудливо сменились воспоминания с томлением по всему этому, с желанием привнести в невесомую и мрачную путаницу моей жизни хоть немного блеска, чтобы не потерять это необъяснимо красивое лицо, эту внезапно вспыхнувшую надежду, это осчастливившее меня цветение… Что стоил я сам по себе рядом с этим?.. Потом, когда-нибудь, всё объясню, потом, когда стану лучше, когда всё будет прочнее… потом… только не теперь…

Мы стояли у окна, туман льнул к стеклам, густел около них, и я почувствовал там, за туманом, притаилось мое прошлое, молчаливое и невидимое… Дни ужаса и холодной испарины, пустота, грязь клочья зачумленного бытия, беспомощность, расточительная трата сил, бесцельно уходящая жизнь, — но здесь, в тени передо мной, ошеломляюще близко, ее тихое дыхание, ее непостижимое присутствие и тепло, ее ясная жизнь, — я должен был это удержать, завоевать…

Сегодня главное: уметь забывать! И не раздумывать!

Он больше не любил жену, о чем не трудно было догадаться, но он привык к ней, а привычка для бухгалтера значит подчас больше, чем даже любовь.