Krusttēvs

«За правосудием надо идти на поклон к дону Корлеоне»

Адвокат, вооруженный всего лишь кейсом, может забрать больше денег, чем сотня людей с ружьями.

Где сказано, что ты не имеешь права строить собственную жизнь, считаясь лишь с собственными желаниями?

Многие в молодости, по пути к назначенной им судьбе, плутают, но время и случай обычно выводят их на нужную дорогу.

Он был запойный книгочей. Читал все подряд и рассуждал о прочитанном с соседями, с неграмотными крестьянами, своими пациентами, с пастухами из поместья, чем заслужил у земляков славу пустого человека. Какое им было дело до книг?

Я сделаю ему предложение, от которого он не сможет отказаться.

Всегда лучше когда друзья недоооценивают твои достоинства, а враг преувеличивает недостатки.

Людям, которых любишь, говорить „Нет“ нельзя. Ответ должен прозвучать как „Да“, или чтобы человек сам ответил "Нет".

Это просто бизнес. Ничего личного!

– Ты хорошая девушка, у тебя красивые ноги, но у тебя мало мозгов, – засмеялась мать Майкла.

Путник, спрашивавший, как пройти в ближайший город, не удостаивался ответа. Член мафии, показав полиции, на того, кто в него только что стрелял, совершал самое тяжелое преступление. Омерта превратилась в религию народа. Женщина отказывалась назвать полиции имена людей, убивших ее мужа и детей или изнасиловавших ее дочь.

Кровь останется кровью, и ничем другим её не заменить.

Людям, которых любишь, говорить "нет" нельзя - во всяком случае, часто. В этом весь секрет. Когда же все-таки приходится, то твое "нет" должно прозвучать как "да". Или добейся, чтобы они тебе сами сказали это "нет". И не жалей на это времени и усилий.

Мир и порядок невозможны, покуда число суверенных держав не будет сведено до минимума, поддающегося управлению.

Я верю в дружбу и готов выразить дружеские чувства авансом.

Мужчина, который отказывается от своих детей, – не мужчина.

Насколько страшно должен обращаться человек с ближними своими, чтобы они так отчаянно бежали из райских кущ!

Очистясь от греха, осененная благодатью, Кей склонила голову, сложив руки на перильцах алтаря. Слегка переменила положение, освобождая от тяжести затекшие колени. Отогнала прочь все мысли о себе, о детях, весь гнев и возмущение, все вопросы. И с истовым и глубоким желанием веровать, быть услышанной она, как вчера, как каждый день со времени убийства Карло Рицци, стала произносить слова молитвы о спасении души Майкла Корлеоне.