Цитаты из книги Небо зі сталі

– Что мы им такого сделали? Что мы сделали?

Целительница покачала головою:

– Не знаю. Они даже между собою редко говорят об этом и никогда – при невольнице. Но, как я уже тебе говорила, сахрендеи презирают вас и предпочли бы, чтобы вы никогда не вставали у них на дороге. Они лишь начинают гневаться, жар их гнева только-только показывается из-под слоя пепла, но поверь: когда он взорвется, то и небо запылает. А вы? Отчего вы их не любите?

Кей'ла воткнула взгляд в лежащего.

– Не знаю, – прошептала она. – Они мне не говорили... не говорили о таких делах детям. Мама... должна была рассказать мне о Кровавом Марше после моих двенадцати. Но сейчас... я не знаю...

Смех меекханки был тихим и искренним, однако расцвеченным толикой горечи.

– Видишь? Две девушки, которые понятия не имеют о произошедшем, пытаются оценить, есть ли смысл у этой войны. В глазах Великой Матери ни одна война смысла не имеет, но она понимает, что порой приходится и сражаться. Это довольно свободная интерпретация Третьей Книги Жизни, и глава моего монастыря устроила бы мне за такое головомойку, но порой это выглядит именно так. Когда человек выйдет из-за стен или когда его оттуда выволокут, он начинает глядеть на мир по-другому. Порой хорошие люди сражаются с хорошими

Ты удивлена? Зачем вы вернулись? Плохо вам было за Амерет, в империи? Зачем вам эта война?

Ее поймал врасплох скрытый в вопросе гнев. Что эта женщина вообще знает об этих делах?

– Мои родители здесь родились.

– Удивишься, золотце, но большинство молодых сахрендеев – тоже. Лет двадцать уже половина Лиферанской возвышенности принадлежит им. Летом они пасут здесь стада и разбивают лагеря, зимой переезжают на юг, на тот кусок Степей, который им остался. Им некуда уходить, дитя. Вы зря вернулись.

Кей'ла приподнялась на локте:

– Это наша земля.

– Правда? Ты говоришь так, словно право владения землей принадлежит кому-то с рождения. Словно это – гранитный фундамент, на котором покоится мир. Не будь дурочкой. Сколько тебе? Десять? Земля – такое же добро, как золото, кони либо драгоценности. Ее можно получить или потерять. Сахрендеи утратили бо́льшую часть своих земель, когда сюда прибыли се-кохландийцы. Они оказались побеждены, потому что Отец Войны привел больше воинов и сумел лучше ими командовать. Некоторые рода сахрендеев уничтожили, другим предложили присоединиться к Вольным Племенам и вместе проливать кровь. Большинство согласились, хоть им и пришлось отдать лучшие пастбища новым господам Великих степей. Взамен они получили кусок возвышенности, и некоторые уже называли ее домом. А вы? Откуда вы прибыли, прежде чем ваши повозки принялись попирать ее колесами? Какие народы и племена вы отсюда изгнали? Вы хотя бы помните их имена? Чем вы от них отличаетесь?

А приказы давал козий ублюдок, который только в прошлую ночь получил по голове от банды .... и должен был убегать от них добрых шестьдесят миль на восток. – Теперь-то он утверждает, что сделал это специально, что таков был его план, а бегство – лишь спланированная ловушка. Интересный маневр, после которого половина обоза и стад остаются в руках врага… Ничего не скажешь? .... пытался захватить себе как можно больше, словно та глупая дворняга, что вцепляется в ногу вола и полагает, что добыча уже ее. А теперь вол сошел с места и движется на нас.

Сперва взглянула на свои ноги, потом на черную лужу внизу и только после – на лежащую рядом голову. Та моргнула ей уже дважды – а может, ей так лишь показалось? Это было быстрое моргание, а что она знает об отрубленных головах? Может, они и моргают от скуки? В конце концов, непросто сделать хоть что-то, когда нет тела, рук или ног, когда нельзя почесаться или уйти, и приходится лежать там, куда тебя запинали, – и моргать. Распухший язык наполняет рот, а потому она не может прищелкивать, или улыбаться, или даже говорить – это было бы сложным без легких и гортани.