Цитаты из книги Лягушачий король

Личность не должна обособлять себя от коллектива!

Не принц, зато работяга

Красна дорога ездоками, а обед едоками

– Какая пошлость, – пробормотал Илюшин. – Быть тем, кем кажешься! Никакого воображения у людей.

Везение, помноженное на авантюризм, приносит сказочные результаты

«Дисфункциональные семьи, – наставительно заговорило радио в моей голове голосом ведущего Николая Дроздова, – жестко контролируют членов своего сообщества. Даже когда наблюдателю кажется, будто участник решительно порвал отношения с группой, его возвращают коллективными усилиями, поскольку его пример может привести к негативным последствиям для оставшихся членов семьи». Это семейное дело.

А нам, людям без харизмы, что прикажете делать? Вранье, шантаж, угрозы и подкуп - вот наш путь.

Должен быть какой-то специальный термин для людей, которые насилуют других вредной, избыточной, совершенно им не нужной информацией. Среди них Илюшин был бы рецидивистом.

Люди, которые не платят за добро, ничем не отличаются от тех, кто платит за него злом.

Мещанский рационализм плодит зло не хуже чистого генетического безумия

Нет бы честно признался: хорошенькая девица заставила тебя изменить своим принципам. Не ты первый, не ты последний стареющий мужчина, поддавшийся на мольбы юной блондинки.

Суп, салаты, плов и шашлыки… Еды всегда слишком много. Мы обжираемся, тяжелеем. Сонная одурь овладевает нами, вокруг нас вьются мухи, словно мы туши дохлых животных. Этот ритуал насильственного кормления всегда казался мне жутковатым. Но отказаться нельзя.

всегда, когда считаешь, что имеешь дело с чьей-то бедной фантазией, стоит задуматься, не является ли она в действительности богатой реальностью.

Он не успел ознакомиться с историей третьего спасения, но с первыми двумя картина складывалась до того однозначной, что он не понимал, отчего Илюшин не заметил этого сам. «Дело в том, что Макар – хороший читатель, а я – плохой». Плохим читателям иногда видно больше, чем хорошим, потому что они не вовлечены в историю.

Меньше вопросов - больше свободы действий для маневра

Когда повторяешь вслух свою историю, происходит неуловимая подмена: чувства заслоняются словами. Думаешь, что называешь пережитое по имени, а в действительности упрощаешь его, присваиваешь ему ярлыки. С ярлыком легче иметь дело.

Некоторые вещи можно потерять только один раз

не морщины старят лицо, а помятость

Белый лист – это всегда тишина