Цитаты из книги Примарний хлопець

Столетняя бабушка по сравнению с ним молодая лань. Гепард! Акула! Mox растет быстрее, чем движется твой разлюбезный Локвуд.

Сейчас взглянем... Ух ты, ну вы даете! Я всего на пять минут оставил вас одних, и за это время вы умудрились двух призраков с поводка спустить, да еще и застряли между ними на лестнице у края пропасти! Потрясающе! Нет, это не просто идиотизм - это идиотизм в квадрате! Ну что, дурачки, теперь ждете, пока кто-нибудь умный подскажет вам, как можно выбраться из этой... Ладно, скажем мягче решить эту проблему?

-Спасибо, я лучше возьму яблоко.

- Согласен с тобой, Джордж, доставай тарелки, - сказал

Локвуд. - У нас у всех стресс.

Да , не всё в мире так гламурненько , как кажется издали .

— Идиотский план! — раздался за моим ухом хриплый шепот. — На вашем месте я для начала прирезал бы этих субчиков, а уж потом стал разбираться со всем остальным. По-моему, это единственно разумное решение.

— Недурное начало! — прокомментировал призрак из своей банки. Его лицо оживилось и радостно осклабилось, когда я промчалась мимо, спасаясь от следующего, несущегося за мной, щупальца. — Решили на этот раз спалить друг друга? Оригинально! Ну, а что будет следующим номером в нашей программе?

— Эй, я, между прочим, все еще здесь, — сказал Локвуд. — Никуда не вышел и не испарился.

— Добрый день, Барнс! — в гостиную широкими шагами вошел Локвуд. Поверх пижамы на нем был надет длинный халат, на ногах — мягкие домашние тапочки. Тюрбан на голове Локвуда показался мне более объемным, более окровавленным и еще больше съехавшим набок, чем прежде. Барнс потрясенно уставился на этот тюрбан.
— Что-то не так? — спросил Локвуд.
— Нет, ничего, — ответил Барнс, беря себя в руки. — Мне нравится эта окровавленная повязка на голове. Она вам очень идет.

Мы долго смотрели на карту.
— Ну, что ж, — сказала я, наконец. — Пестренько.
— Что-то похожее я, кажется, уже видел, — заметил Локвуд. — На самом себе. Когда болел ветрянкой.

— Ты не должен был этого делать, — заметила я. — Тебе нельзя так рисковать собой.
— Брось, — ответил Локвуд. — Я готов умереть за тебя, ты же знаешь, — он хмыкнул и добавил. — И, Бог свидетель, я уже не раз был близок к этому. Так что слазить за тобой в какую-то нору — плевое дело.

Она была высокой, темноволосой, думаю, что у нее был сильный характер. Пару раз, когда я видел тебя боковым зрением, Люси, мне почти показалось, что… Но на самом деле, ты на нее совсем не похожа. Она была очень мягкой. И доброй.

Возможно, они были убийцами, но мы не хотели спугнуть их. Мы изобразили на наших лицах самые широкие улыбки, какие только смогли.

Он улыбнулся нам, мы улыбнулись ему. Думаю, даже три сидящих в прибрежной грязи крокодила не могли бы улыбаться так выразительно, так красноречиво поблескивая зубами.

— Или ты считаешь, что насилие и жестокость — это путь к решению любых проблем?
— В общем-то, да, — подумав, ответил череп.

— У меня есть для тебя еще одно словечко: венчик для яиц.
Я тряхнула головой и тихо ответила, маскируя свои слова шумным дыханием.
— Идиот. Венчиком для яиц и захочешь не убьешь. И вообще "венчик для яиц" - это три слова, а не одно.

— Упс, — прошептал череп.
— Ну, вот, добились своего, — сказал Бобби Вернон.

— Привет! — сказала я скелету. — Извини!
Скелет ничего не ответил. Ладно, простим скелету его невоспитанность.

- Да, так себе обстановочка, - согласился Джордж, осмотревшись вокруг. - Некоторые манекены здесь просто чудовищные... А, это ты, Квилл. Прости, перепутал.