Не-Трисс кожей чувствовала, какая музыка будет
звучать, но эти звуки все равно ее удивили. Она поняла, что ожидала
услышать классические инструменты — трубы, флейты, скрипки, барабаны. Но раздались дерзкие переливы саксофона и пронзительные звуки кларнета. Не-Трисс уже слышала джаз в тщательно начищенных
туфлях и джаз в заляпанных грязью ботинках. Это тоже был джаз, но
босыми ногами по траве и с широко распахнутыми от радости глазами,
с мелодией такой же неровной, как порывы ветра, и текучей, как ивовые
ветви. Нечеловеческая музыка, она это определила с первой ноты. Более настоящая, чистая, хаотичная… а еще холодная. Человеческий джаз —
неуклюжая имитация этой музыки, но в нем есть кровь, дыхание и
тепло. Мелодия взывала к ней, но она знала, что не может ответить. Ее
ноги покалывало, но если она приподнимет ступню хоть на дюйм, она
пустится в пляс и не сможет остановиться.