Смерть героя

Я люблю читать романы Ремарка. И именно Ремарк, да ещё Хемингуэй и Дос Пассос (за последнего спасибо LL и Долгой прогулке!) считаются представителями и выразителями "потерянного поколения" — поколения, опалённого Первой мировой бойней. Именно ремарковские "На Западном фронте без перемен" и "Три товарища" считаются одними из самых ярких романов о той всеевропейской и даже всемирной войне. И, соответственно, самыми антивоенными книгами, относящимися к тем временам.

А вот имя Ричарда Олдингтона почему-то в этих "потерянных" списках не мелькает! И на его роман "Смерть героя" я наткнулся совсем случайно — попросту пару лет назад бегло просматривая ленту рецензий пользователей LL, на которых я подписан, и остановив свой едва ли не мимолётный взгляд на рецензии satanakoga. Что-то меня привлекло, что-то зацепило тогда — может быть рецензент нашла верные слова и нужные интонации, может быть обложка показалась нетривиальной, а может быть просто название книги привлекло — не знаю, не могу сейчас вспомнить. Но в любом случае именно тогда "Смерть героя" была помечена "галочкой" "хочу прочитать" и положена в соответствующую долговременную папочку. И... и не то, что забыта, но как-то надолго отложена по непонятным невнятным мотивам... или совсем без мотивов.

С тех пор список "хотелок" пару раз мной вычищался — часть книг (большинство) переходили в категорию "прочитано", а некоторые просто были удалены из списка — ибо невозможно расширять и пополнять свои "хотелки" до безумно огромного количества, попросту времени не хватит всё хотимое прочитать... Однако книга Олдингтона неизменно проходила все мои проверки "на вшивость" и терпеливо ждала.

Я не зря начал этот отзыв о прочитанном романе Олдингтона упоминаниями о ярких представителях "потерянного поколения" и их книгах о Первой мировой. Потому что после прочтения "Смерти героя" первое место в списках лучших военно-антивоенных книг от ремарковских романов перешло к книге английского автора. Кажется мне, что Олдингтону удалось немного больше, чем сделали Ремарк и Хемингуэй, имея ввиду целое их поколение.

Олдингтон сумел не просто написать книгу о войне и личном индивидуальном участии в ней и восприятии её. В своём романе он плавно подводит читателя к военной теме, но помимо чисто военного содержания он пишет целый портрет поколения, по крайней мере, портрет людей английского буржуазного слоя — буржуазного и интеллигентского. Мы вовсю и с головкой погружаемся в глубины личной жизни главного героя романа, вместе с ним проходим все извивы личного жизненного пути и едва ли не на себе ощущаем все кочки и ухабы его семейной драмы — кажется, что ни один пример ничего никогда не доказывает и является частным случаем, однако по мере чтения всё больше возникает ощущение, что ты читаешь типичную историю жизни молодых людей того поколения...

Военная часть романа попросту безупречна и читается на одном дыхании — собственно говоря, и обе предыдущие части книги великолепны и безупречны в не меньшей степени, просто я выделил военную составляющую в силу личной тяги и приверженности к военной теме. И, как мне кажется, закономерен финал романа, потому что Олдингтон сумел провести своего героя сквозь всю мясорубочную машинерию войны, сохранив его живую трепетную утончённость. И потому таким резким и несовместимым с жизнью диссонансом стал период учебного отпуска и встречи главного героя романа с женой и любовницей и с теми, кто считался его друзьями и знакомыми...

От любви до ненависти один шаг, а от ненависти до любви - около 200 страниц текста. Такая вот история случилась у меня с творением Ричарда Олдингтона. Если первую половину книги меня не отпускало искушение оставить роман недочитанным, то вторая заставила меня причислить “Смерть героя” в разряд лучших произведений, которые мне когда-либо довелось прочесть.

С самого начала читателя ждет обескураживающий спойлер: нам заранее сообщают о гибели главного героя (что впрочем не менее красноречиво демонстрирует и сам заголовок романа). И, как ни странно, такой писательский “ход конем” ничуть не снизил моего интереса во время чтения. Даже наоборот - это усиливало предчувствие беды и несчастья, подстегивая мои нервы и воображение.

Первая половина книги, рассказывающая нам о родителях Джорджа, его детстве, юности и довоенном времени, мне очень сильно напомнила “Ярмарку тщеславия” Уильяма Теккерея. То же самое обилие сатиры и иронии, откровенно карикатурные черно-белые персонажи. Только у Олдингтона сатира более едкая и злая, в ней чувствуется больше душевного надрыва, он намного ожесточеннее высмеивает пороки своих современников и всего их жизненного уклада.

От этого второстепенные герои получились настолько отвратительными и отталкивающими, что больше походили на карикатуры, чем на реальных людей. Фанни и Элизабет, отец и мать Джорджа, его друзья и приятели - самый настоящий калейдоскоп моральных уродов.

От всего этого теряется чувство реальности происходящего, не происходит более глубокого погружения в атмосферу книги, ты не чувствуешь эмпатии к героям - всё заслоняет эта черная и язвительная сатира.

Но, тем не менее, не могу отказать автору в остроумии и изяществе языка повествования: слишком уж хорошо у него получается высмеивать людские пороки и проблемы своего времени. Видно, что у Олдингтона накопилось достаточно претензий к Англии начала XX века - накипело, как говорится.

“Мозг одного человека не в силах вместить, память – удержать и перо – описать беспредельное Лицемерие, Ложь и Безумие, вырвавшиеся на простор во всем мире в те четыре года. Тут бледнеет самая буйная фантазия. Это было невероятно – должно быть, потому-то люди и верили. То была непревзойденная и трагическая вершина Викторианского Лицемерия, ибо, как ни говори, викторианцы в четырнадцатом году еще цвели пышным цветом и всем заправляли”.

Еще мне очень понравились рассуждения автора на тему отношений между мужчиной и женщиной. Так называемый половой вопрос был очень острой темой для обсуждения в те предвоенные годы: сексуальная революция брала свое, заставляя людей пересматривать традиционные семейные и любовные ценности. Но не являются ли чрезмерная свобода и раскрепощенность разрушительным механизмом по своей сути? Есть над чем задуматься, тем более что треугольник Джордж-Элизабет-Фанни весьма красочно демонстрирует позицию самого автора, с которой я полностью согласна.

Без всяких сомнений, именно вторая половина романа является настоящей жемчужиной литературного искусства Олдингтона. Здесь он становится менее ожесточенным в своей язвительной сатире, главный герой наконец-то по-настоящему раскрывается перед нами, повествование становится более глубоким и серьезным.

С этого момента сердцем читателя целиком и полностью завладевают переживания за Джорджа, мы перестаем быть просто сторонними наблюдателями. Мы вместе с главным героем преодолеваем этот бесконечно тянущийся ужас, разделяя весь его страх, горечь и боль.

В тексте очень часто встречаются отсылки к роману Ремарка “На Западном фронте без перемен”: “Поистине, на Западном фронте все оставалось без перемен”. Действительно, они очень похожи, особенно что касается моментов возвращения героев домой на время отпуска.

Они оба ощущают вместо радости чувство мучительной внутренней пустоты: война изменила их настолько, что в прежней жизни уже нет места для них. Потерянное поколение…

“Он был уже просто безликой единицей, машиной для убийства, куском пушечного мяса. И он это знал. А они не знали. Но они чувствовали перемену в нем и воображали, что он опустился, не оправдал надежд”.

Ситуация Джорджа Уинтерборна усугубляется еще тем, что во всем мире не нашлось ни одного по-настоящему близкого ему человека. Он безгранично и безнадежно одинок. Не по этой ли причине автор вводит в текст рассказчика, который был якобы близко знаком с Джорджем в военные годы? Ведь только этот безымянный рассказчик, один-единственный среди окружения главного героя, почувствовал настоящую скорбь, узнав о его гибели…

Можно ли считать поступок Джорджа слабостью? Любой, кто ответит на этот вопрос утвердительно, начисто лишен эмпатии, сочувствия и хотя бы малой толики воображения. Измученный и истерзанный Джордж Уинтерборн на последних страницах романа - это сплошная боль и предсмертная агония. Разве можно быть сильным в такие моменты отчаяния и безысходности?

Финальные строки романа сражают наповал своей отрывистой лаконичностью, в которой так много боли, страданий и беспробудного черного отчаяния.

Был ли в его гибели какой-то смысл? Можно долго рассуждать на тему долга, ответственности, патриотизма, но смогут ли красивые слова устоять перед лицом настоящей войны, такой, какая она есть на самом деле?

“Вы – военное поколение. Вы рождены для того, чтобы сражаться в этой войне, ее нужно выиграть – и вы ее выиграете, это мы твердо решили. Что до каждого из вас в отдельности – не имеет ни малейшего значения, будете вы убиты или нет. Вероятнее всего, вас убьют, – во всяком случае, большинство. Советую заранее с этим примириться”, - говорит командир своему батальону. И это настоящая правда, о которой так неудобно и стыдно говорить.

Но Ричард Олдингтон не побоялся своим творчеством заявить эту правду:

“Смерть героя! Какая насмешка, какое гнусное лицемерие! Мерзкое, подлое лицемерие! Смерть Джорджа для меня – символ того, как все это мерзко, подло и никому не нужно, какая это треклятая бессмыслица и никому не нужная пытка”.

“Вы, кто пал в этой войне, я знаю: вы погибли напрасно, вы погибли ни за что, за порыв ветра, во имя пустой болтовни, во имя идиотского вздора, газетной лжи и воинственной наглости политиков”.

А еще автор остался верен самому себе до самого конца, и во второй половине романа тоже нашлось место для горькой иронии.

"Чего не хватает Уинтерборну -- это дисциплины.
Дис-цип-лины. Он чересчур своеволен и независим. Армия сделает его
Человеком". Увы, армия сделала его трупом. Но опять же, как всем нам хорошо
известно, за высокую привилегию называться истинно мужественным, бравым
парнем не жаль заплатить любой ценой”.

P.S. Выбрать заглавие “Смерть героя” для своего антивоенного романа было весьма удачным решением. Иронично, не правда ли?

Не припомню, чтобы я когда-либо читала настолько саркастичную книгу. Все в ней, начиная с названия и заканчивая последними строчками, пропитано самой злой и горькой иронией, какую только можно себе вообразить. Это довольно-таки непривычно и необычно, но в некотором смысле очень "бодрит". Может быть, даже заставит кое на что взглянуть под другим углом.

Само построение книги тоже необычно. Вот взять даже название. Оно уже содержит в себе и "спойлер", и издевку. Потому что мы сразу узнаем, что герой наш умрет да к тому же и героем никаким он не был (да и что это вообще такое - "герой"?), и смерть его была далеко не героической, а глупой и бессмысленной, как и тысячи на других на войне. О да, ему, конечно, отдали все положенные почести, как "павшему герою", да вот только кому они нужны? Человека-то уже нет. А когда был - никому не был нужен. И умер - никто о нем не помнит...

Автор - единственный, кто помнит о Джордже, кто переживает его преждевременную смерть. Он пытается найти причину: почему так произошло? Кто в этом виноват? Почему так вышло, что человек в полном расцвете лет добровольно подставил себя под пули? Неужели ему настолько не хотелось жить и как случилось, что у него не было ни единого человека, который искренне бы о нем пожалел? В лице Джорджа он вспоминает всех тех, кто разделил его судьбу, рисует картину жизни и смерти всего "потерянного поколения".

Он начинает издалека. Рассказывает нам о бабушках и дедушках Джорджа, потом переходит к родителям. Мы видим всю изнанку их жизни, ее тусклость, бессмысленность, подлость и тупость. Видим, как родители калечат души своих детей, ломают их в угоду своим стереотипам, которые, в свою очередь, были взращены их родителями и обществом в целом. А потом дети вырастают и все повторяется сначала. Каждое новое поколение думает, что оно умнее предыдущего и, уж конечно, проживет жизнь лучше и счастливее, но по факту выходит замкнутый круг, вырваться из которого дано немногим, а если верить Олдингтону, то и вовсе никому. А если человек, на свою беду, обладает восприимчивой и впечатлительной натурой, не успевает вовремя обрасти "защитной оболочкой" или хотя бы чувством юмора и органически не приемлет глупость, лицемерие и тщеславие, то ему очень тяжело придется в этой жизни...

На самом деле, первая половина книги, та, что о мирном времени, традиционно считающемся "Золотым веком", читается куда тяжелее, чем "военная" часть. Автор обрушивает на нас такой беспощадный поток сарказма и злой, едкой горечи, что это трудно выдерживать в больших количествах. Я читала эти моменты понемногу, иначе не смогла. Конечно, многое здесь очень правдиво, какую бы сторону жизни - семейную или общественную - автор ни взялся рассматривать. И редко кто высказывается так резко и метко. Но настолько беспросветная и тяжелая картина вырисовывается, настолько мерзкая изнанка оказывается у самых обыденных вещей, что в конце концов даже возникает какой-то внутренний протест: ну не все, не всегда и не у всех ведь так! Не все люди такие, какими их изображает автор (хотя их и немало). Появляется ощущение, что в мозг намеренно стараются вложить идею: все плохо, все еще хуже, чем ты думаешь, а если что-то хорошо, то это так кажется, потому что на самом деле все плохо, а если правда хорошо, то закончится точно плохо. Безнадежность, абсолютная и всепоглощающая...

В какой-то момент чувствуешь, что количество нападок на окружающих слишком уж зашкаливает. Автор в огромной обиде на весь мир. Ну прямо-таки все-все вокруг виноваты в "смерти героя" - его родители, которые не так его воспитывали и не понимали, родители его родителей, которые, в свою очередь, неправильно воспитали их и вырастили несчастных и глупых людей, "вымещающих" загубленные иллюзии и несбывшиеся надежды на своих детях, его приятели, его жена, его любовница... Хочется уже спросить: а сам-то ты столь ли безупречен? Ты никогда и никому, вольно или невольно, не причинил зла или боли? (Конечно, это это вопрос к автору, а не к главному герою. Это ведь его глазами мы видим все окружающее).

Особенный упор автор словно бы делает на то, как героя "испортили" женщины. Если среди мужчин на его пути еще встречались вменяемые, то женщины все, как на подбор, стервы, эгоистичные, непоследовательные, тщеславные, глупые, фальшивые, мстительные и не умеющие любить - ни мужа, ни ребенка, ни подругу, ни вообще кого бы то ни было, даже себя. (Интересно, автору правда встречались в жизни исключительно такие люди или он намеренно изобразил в романе именно их?) Теперь уже появляется вопрос к Джорджу: а своя-то голова у тебя есть? А если извинением служит то, что он был "наивен, молод и глуп" или "его таким сделали", то чем это не оправдание и для всех остальных, хотела бы я знать? В частности, если ты был в душе против представлений Элизабет, то зачем терпел все это? Более того, зачем сам поступал точно так же? Потому что она так сказала? Потому что вы так договорились? Как взрослые современные люди? Серьезно, да? Ну-ну.

Конечно, сам-то Джордж никого ни в чем не обвинял. Как бы его ни обескураживала сложившаяся идиотская (если не сказать - мерзкая) ситуация, он готов был жить так и дальше, принимать Элизабет и Фанни такими, какие они есть, со всеми заскоками, если бы и они принимали его таким, какой он есть. И таким, каким он стал. Таким, каким его сделала война. Но они не принимали, они желали, чтобы он оставался таким, какой нужен им, а это после всего пережитого было уже физически невозможно. Новый Джордж стал для них обузой, чужим и ненужным человеком, и он остро это чувствовал.

Персонажи, за исключением самого Джорджа, получились очень уж карикатурные и условные. Они, конечно, более чем подходят на ту роль, что избрал для них автор: показать разлагающуюся и насквозь лицемерную викторианскую мораль и нечто непонятное, что выросло в качестве протеста, но по существу ничем не лучше. Вот только очень бы хотелось видеть героев ну чуточку более живыми, не одним большим скоплением мерзости, глупости, лжи и всяческих пороков. А иначе возникает ощущение, что во всей Англии единственным живым человеком среди этих ходячих и воняющих трупов был Джордж. Да и тот, глядя на все это дело, предпочел с такой жизнью расстаться (вот и я начинаю сарказмить, не обращайте внимания,).

Нам показывают на примере одного человека, как все искреннее, живое и настоящее, что может быть заложено в душе, с самого детства беспощадно выкорчевывается и пресекается обществом. Любой проблеск индивидуальности, любой живой порыв, любая честная мысль, не укладывающая в "рамки" - и вот ты уже "белая ворона". Куда как легче "соответствовать" и быть как все, но вот лучше ли? И как не поддаться и сохранить себя настоящего?

Джорджу трудно найти себе место в жизни, он не видит для себя будущего, ощущая вокруг только фальшь. Впрочем, судьба распорядилась за него. Ведь он один из того самого поколения, что потом назовут "потерянным".

Когда начинается война, ирония исчезает со страниц. Остается жестокая реальность, горечь и непримиримое непонимание того, как вообще подобное возможно, если этот мир считается нормальным. Кому нужны были смерти всех этих "героев"? Ради чего все они погибли, физически или душевно? Почему никто не хочет помнить о них, как будто их и не было никогда? Последняя часть книги оказалась для меня особенно сильной. Тут буквально на себе ощущаешь страшную пропасть между людьми, пережившими войну и теми, кто о ней только рассуждает. Пропасть, которую уже ничто не сможет преодолеть и душевные раны, которые и время не всегда может излечить...

Для меня недостаток книги оказался в том, в чем для кого-то, вероятно, заключается достоинство. В слишком агрессивной, надрывной ненависти ко всему, о чем он пишет. И ведь прекрасно понимаю, почему так. Накипело, хотелось высказаться, заклеймить все и вся, выкрикнуть на весь мир всю боль и злость, что накопились в душе. Вот только меня не покидало ощущение, что, говори он чуть спокойнее и не пытайся так рьяно убедить, чуть ли не "вколотить" свои мысли в голову читателя, на меня это произвело бы гораздо более сильное впечатление... А так временами получалось, что, несмотря на то, что со многим из сказанного автором нельзя не согласиться, мне хотелось возражать.

Вот бывает так: читаешь и ценишь и общий заложенный посыл, и отдельные мысли автора, и его слог, и главного героя... Все правильно, все "в точку", а до конца не срастается. Нет того самого, что зацепило бы окончательно, сделало бы книгу одной из любимых. Вот это как раз такой случай. Тем не менее, прочитать ее совершенно точно стоило.

Умереть сегодня – страшно, а когда-нибудь – ничего. (В. Даль)

А если в этом мире остались только страх, боль и разочарование? Не проще ли покончить разом со всем именно сегодня? Перестать мучить и себя и окружающих своим присутствием, ведь очевидно, что ты им только в тягость. И даже родители не сильно расстроятся, занятый каждый своим делом. Но именно страх – причина такого решения. Ведь никто не в состоянии выдерживать это чувство месяцами, тем более, когда не видно ни конца, ни края мучениям. Когда вокруг война. Война, которой не должно было случиться. Война, которая не должна была длиться дольше месяца. Война, которая идет который год…

Такая книга! Простор для мыслей и достоверный источник восприятия эпохи Первой Мировой Войны. Как чувствовали, как мыслили, во что верили и чего хотели те молодые люди, самое несчастное поколение. Тогда они еще не знали, что будет и Вторая Мировая… И это к лучшему. Сколько исковерканных судеб! Сколько неизвестных героев! Олдингтон, как очевидец событий, рассказывает историю одного солдата, довольно образованного человека, творческой личности. Книга в некоторой степени автобиографична, что придает особую соль всему роману. Если разделить книгу на три части: родители, сам Джордж и война, то из двух последних очень сложно выбрать наиболее яркую и главную. Конечно, рассказ о его бабушках и дедушках, а затем и о родителях здесь не является частью семейной саги, но вводится автором исключительно для лучшего понимания характера героя, этапов его формирования. И, надо сказать, писателю удается добиться нужного эффекта: скоро возникает чувство абсолютного единения с героем. Многие его мысли лично мне местами казались абсурдными, но тем не менее понятными и логичными для данного персонажа.

Еще одна сильная сторона романа – это множество отступлений-размышлений автора, чем Олдингтон напомнил Фаулза в романе «"Любовница французского лейтенанта". И так же, как и там, словоблудие совсем не раздражает, а даже наоборот, является огромным достоинством писателя, и опять-таки дает лучшее понимание той эпохи. Не перестаю удивляться, насколько в один и тот же исторический период страны, расположенные не так далеко друг от друга (я имею ввиду Англию и Россию) жили настолько разными идеями, дышали таким разным воздухом. Те мысли, которые бродили в головах «потерянного поколения» англичан находят свое место в умах их советских сверстников лет через шестьдесят. Понятно, что в те годы у нас и помимо Первой Мировой были другие трудности, но такая разница! И еще много похожих мыслей и рассуждений навевает "Смерть героя".

Вот такой многоплановый, дающий пищу для размышления роман Олдингтона, утративший со временем былую популярность. А жаль. Во истину великая книга, летопись своего времени, поражающая своей достоверностью и откровенностью. Такие романы должны быть в программах ВУЗов и как пример зарубежной литературы начала ХХ века, но и как передающие историческое настроение, царившее в то время в Европе. В общем, просто прелесть, что за книга.

Язва, ох, язва, Ричард Олдингтон пишет сатирический роман о том, как укатали сивку крутые горки. Только под горками здесь воспринимается не столько война, сколько окружающая героя (да-да, того самого героя, чья смерть в заглавии) британская подтухшая действительность. Это один из немногих романов "потерянного поколения", над которыми можно ухохотаться, но только непременно сквозь горечь, иначе с подобного рода сатирой не получится. Вроде как наших бьют, а мы хохочем. Война над всем британским социальным болотцем работает в качестве экзистенциального прожектора, освещая особенно дурно пахнущие места, ведь все мы помним, что в экзистенциальных ситуациях по традиции обнажается самое нутро людей, вещей и явлений. У Британии начала века нутро ой какое зловонное. Любимая пафосная сверхдержава плевать хотела на своих сыновей, жизнь их совершенно не нужна стране. А вот смерть пригодится.

Если вы после заглавия "Смерть героя" ждёте действительно героя с подвигом и прочими прилагающимися регалиями, то спешу вас остудить: времена таких героев давно уже миновали, "богатыри не вы". "Герой" Олдингтона — это коллективный собирательный недотыкомка Джордж Уинтерборн, который представляет собой вовсе не героический образ молодого и наивного поколения людей, которые перед началом войны не успели ещё побороть свой инфантилизм и стать цельными личностями, а война им этого сделать и не дала. Останься Уинтерборн в живых, то он бы уже не смог продвинуться дальше этого фрагментарного зачаточного образа взрослого человека, так бы и ходил всегда неприкаянным, потерянным, разбитым и кривовато склеенным. Но смерть его наступила не только и не столько из-за тягот военной службы, хотя это тоже поспособствовало (Родина-мать вообще не заморачивалась с пушечным британским мясцом, ну двинул кони и фиг с ним). Уинтерборн начал заживо умирать ещё до того, как попал на фронт. Вот маменька и папенька его давно уже бродили по свету мёртвенькими, мёртвенькими покупали дома и ссорились, мёртвенькими ударялись из одной крайности в другую, потому что нельзя назвать настоящей жизнью это пошлое ханжеское существование с атрофированным мозгом, которое как раз и приветствовалось в старой доброй Англии тех времён. У молодого Уинтерборна был неплохой шанс вынырнуть из гнилого общества вокруг своих родичей, но для этого надо было поднабраться силёнок, пообломать немножко крыльев и набить шишек и пообтесаться, словом, вместе с опытом нахвататься и уму-разуму. Впрочем, с таким же успехом он мог бы лох-лохом покатиться за пошловатенькой жёнушкой, которая словно картинка с блёстками и голубыми цветочками: мила и тошнотворна одновременно.

Читать Олдингтона, безусловно, стоит. Острый язык, не дающий спуска никому, включая самого себя, при этом юмор тот самый английский, когда, как определил один мой знакомый, прежде чем улыбнуться, надо сначала пару минут подумать. Пара минут, конечно, многовато для каждой шутки, но определённые интеллектуальные усилия всё же потребуются.

Забавно, что о смерти главного героя говорится уже на первых страницах книги, да что там, и из названия понятно, что весь текст мы будем читать о мертвеце. Мертвец родился, мертвец вырос, мертвец влюбился и пошёл на фронт, где его полностью вылюбила Отчизна. Первую половину книги мы будем изучать его родственников, его женщин, его увлечения и окружение, так что можно даже и забыть, что война с косой уже подкрадывается. А вот вторая половина — сочный хлюпающие грязью и отдающие вонью и идиотизмом военные будни. Будто совсем другая книжка другого автора. Ан нет, та же.

Зачем же писать книгу о герое, погибшем в самом начале? Да чтобы показать, от чего именно он погиб. Не от конкретной пулемётной очереди, не от военной суровой службы. Поколение потеряно не только войной, его сознательно теряли на протяжении многих лет, воспитывая не личностей, а серый фарш. Этот фарш как раз в контекст войны отлично и вписался, славься, Британия.

Молодой англичанин Джордж Уинтерборн погиб в сражениях на севере Франции и Бельгии в ноябре 1918 года за неделю до окончания войны. Но на самом деле молодой, здоровый, умный, талантливый, чувствительный, совестливый Джордж был потерян для этого мира, выброшен из жизни самым бессмысленным и беспощадным образом задолго до немецкой пулемётной очереди, выбившей его из окопов на растерзанных бельгийских полях.

Автор начинает рассказ о жизни своего героя издалека, описывая английское общество поздневикторианского периода конца 19- начала 20 века, описывает образ жизни, обычаи, принятые в семьях отца, матери, а затем отношения, которые сложились в их собственной семье и то, как складывалась личная жизнь самого Джорджа. Мы видим, как постепенно нарастает отчуждение, лицемерие, обособленность, трусливый эгоизм в семьях, в отношениях, в обществе. Автор перемежает семейную историю своими рассуждениями и обобщениями, не жалеет жёсткой критики и сарказма.

Попав на фронт, Джордж Уинтерборн старается изо всех сил, изо всей своей гордости терпеть лишения, подавлять страх смерти, не оглохнуть от непрекращающихся артобстрелов, не задохнуться от газовых атак, не жаловаться на болезни, не сойти с ума от ужаса и отвращения, и при этом как можно лучше выполнить приказ старших по званию, терпеть несправедливость, некомпетентность, безликий бюрократизм и откровенную тупость командования.

Едва не обезумев от многомесячного окопного ада, рядовой Уинтерборн получает направление в офицерскую школу и возвращается на какое-то время в Англию. Он дивится столичной жизни, смотрит на всё другими глазами, везде чувствует себя не в своей тарелке и понимает, что ничто уже не будет как прежде.

После прохождения офицерской подготовки Джордж возвращается на западный фронт, а там действительно без перемен. Теперь под началом у Уинтерборна рота 18-летних новобранцев, а из его дивизии никого не осталось в живых. Ад продолжается, и кажется, что этой войне не будет конца, а прекратить её может только твоя смерть.

Безусловно, одна из самых сильных антивоенных книг.

"... мы все же принадлежим к одному поколению -
к тем, кто детство и отрочество свое, точно юный Самсон,
провел в попытках разорвать путы викторианства
и чье возмужание совпало с мировой войной.
Многое множество наших сверстников унесла безвременная смерть.
Нам повезло - а быть может, не повезло: мы уцелели..."

Я в восторге. И восторг этот начался буквально с первых строк. Я еще не перешла к самой книге, а только читала вступление, но уже поняла, что Ричард Олдингтон - мой автор. Мне понравился его сарказм, его едкость, его резкость по отношению к своим героям, к обществу с его нравами и правилами и к эпохе, в которой все это происходит. Я не жалую авторов, которые любят своих героев - любить созданного тобой персонажа легче, чем не любить - ведь это твое детище и хочется донести его до читателя так, чтоб и он разделил твое чувство. Даже если это анти-герой. А вот Олдингтон очень нелоялен к своим персонажам - он чихвостит их в хвост и в гриву, высмеивает на все лады и делает это мастерски! И порой даже кажется, что он сам получает от этого небывалое удовольствие! Чтение однако было неровным - первая часть была прочитана очень легко, вторая шла несколько туго и со скрипом, третья - читалась с большим интересом, но из-за того, о каких событиях шла в ней речь, чтение нельзя назвать легким.

Итак, Первая мировая война. Она сводила между собой людей, которые в обычной жизни вряд ли когда-нибудь встретились бы, а уж тем более - сдружились. Наш рассказчик в ходе войны встречает молодого английского художника Джорджа Уинтерборна. Нет, они не сдружились - просто прошлись по касательной в судьбах друг друга. Но все таки этот юноша чем-то его тронул. Он был далеко не бравым воякой и в условиях войны среди сослуживцем смотрелся белой вороной. И шансов выжить в этой мясорубке у него было маловато. Но у него было какое-то шестое чувство и потрясающее везение - он как будто заранее знал, куда и какими путями идти чтоб не попасть под обстрел. Но когда в него буквально за несколько дней до конца войны попадает снаряд, его друг начинает размышлять над обстоятельствами его смерти и склонятся к тому, что уж больно она смахивает на самоубийство.

Но разве такое возможно? Разве мог человек, ненавидящий войну, любивший жизнь и строивший грандиозные планы на нее, бросится добровольно под вражеский огонь? Когда в этом поступке не было особой стратегический необходимости. Начав думать об этом, наш рассказчик уже не может остановиться и не копаться в судьбе Джорджа Уинтерборна. Что-то он узнал из бесед с ним, что-то ему стало известно уже после его смерти, когда он выполнял функции его душеприказчика. И на этой основе была воссоздана относительно полная картина жизни, которая может рассказать нам не только о судьбе погибшего Джорджа, но и дать цельное представление о сотнях и тысячах подобных ему судеб, которым выпало жить в начале XX века, бороться с нравами и устоями, доставшимся им в наследство от консервативной викторианской Англии, с обществом, которое в штыки воспринимало любые перемены и новые веяния, с упрямством и самодурством отдельных его членов и, естественно, с внешним врагом - Германской империей, развязавшей Первую мировую войну...

Печально осознавать, что человек прожил пусть и короткую, но все таки жизнь, и никто, кроме случайного военного товарища, о нем по-настоящему не грустит. Ни мать, ни отец, ни жена, ни любовница, ни коллеги по художественному цеху... Для них с уходом Джорджа жизнь вообще не изменилась. Как будто его и не было в их судьбах! Как будто он был таким себе лишним человеком и никто не замечал ни его присутствия, ни его отсутствия. Эти люди через призму Джорджа видели только себя и слышали только свои эмоции и чувства. Для них он был всего лишь декорацией, но фоне которой они играли свои роли и старались показать себя в более выгодном свете. И именно война открыла Уинтерборну на это глаза.

Но герои интересны не столько сами по себе, сколько в том ключе, что все они - воплощение существовавших тогда нравов, обычаев, предрассудков и заблуждений. Добрейший папаша, дражайшая матушка, Джордж Огест и Изабелла шикарно иллюстрируют собой пережитки прошлого, а сам Джордж, Элизабет, Фанни и их лондонские друзья-товарищи - это такие себе новые веяния, свежая струя в этой стоячей заводи. Но смешны и те, и другие. Одни - своим нежеланием расставаться с прошлым и следовать духу времени, другие - уж слишком рьяным стремление отречься от уклада жизни своих предков, попрать все существующие ценность и подменить их новыми, гибридными, извращенными. Они похожи на детей, впервые оставшихся без присмотра взрослых и не знающих, что им делать с внезапно свалившейся на них свободой. Но все это на самом деле позерство и показуха - и ситуация, когда Элизабет подумала, что она беременна и резко поменяла свои феминистические взгляды и откреклась от исповедования Генерального Плана Идеальных Взаимоотношений Между Полами, тому отличное подтверждение.

А как шикарно описано отторжение обществом Джорджа-солдата! Когда вся Европа полыхала в огне, лондонские интеллигенты вели привычный для них образ жизни, по-прежнему предавались всевозможным удовольствиям и увеселением и с философским видом предавались рассуждениям о тактике и стратегии войны и прогнозировали потери в войсках! А на Джорджа, который воевал и знал войну не по наслышке, смотрели как на какое-то исчадие ада, сторонились его и бросали брезгливые, пренебрежительные взгляды! Не сопереживать Джорджу и не почувствовать всю его растерянность и отчаяние может только какой-то сухарь! Читать о том, что человек стал чужим в своей родной среде, но и смог стать своим в армии очень тяжело. Видеть войну глазами Джорджа, буквально со страниц ощущать удушливость химических атак, чувствовать его страх, его усталость, его растерянность... Я не так много читала книг о Первой мировой войне - все больше о Второй, поэтому этот роман стал для меня в в некотором роде неожиданным. Я знала, что Первая мировая была первой еще и в том плане, что в боях было применено химическое оружие. Но одно дело знать этот факт, а другое дело - когда Ричард Олдингтон так красочно расписал ощущения людей, которой недели подвергались газовым атакам и не расставались с противогазами!

В начале романа я не слишком то сочувствовала Джорджу. Вернее, я вообще не испытывала к нему каких-либо эмоцией. Но третья часть все поставила с ног на голову. Мне стало безумно жаль этого юношу. Он потерпел крушение по всем фронтам своей жизни. Его кружило как щепку в бешеном водовороте войны и он, потеряв последние крохи самообладания, не смог пристать ни к одному из берегов. Таких Джорджей Уинтерборнов было миллионы. И, естественно, что государство, история и живущие ныне потомки не могут воздать всем им должное, ведь их было так много, а личный вклад в победу каждого на первый взгляд мог показаться незначительным. Но для своих то семей эти парни должны быть героями! Должны, но почему-то не все ими стали... Джордж Уинтерборн стал героем только для своего случайного сослуживца, для мимолетного знакомого... Остальные же забыли его так же быстро, как разошлись круги по воде от брошенного камня. Чувствуется, что автор знал все это не по наслышке...

P.S. И каким прозорливым оказался Ричард Олдингтон! Когда писал "Смерть героя", еще в 1929 году он в романе неоднократно говорит о том, что будет еще одна такая же война и что вряд ли удастся ее миновать. Может тогда его и посчитали пессимистом и "каркающей вороной", но факту-то он был прав...

Ядовитая, совершенно безжалостная книга. Не развлекающая, не угождающая читателю. О войне и одиночестве без прикрас.

Главного героя сложно полюбить. Это не получилось даже у его матери и жены. Совершенно среднестатистический человек, заурядная личность. Родился, жил, познавал мир, любил долгие прогулки, женился, завёл любовницу и приятелей, трагически погиб на войне. Не совершив ничего героического. Встал под пули не выдержав безумия войны. Бессмысленная и страшная смерть, коих было тысячи. Не о всех героях есть кому всплакнуть и погоревать, чья-то смерть не оставит следа в душе семьи и близких людей. Речь идёт не о домашнем тиране, насильнике, убийце или грабителе, а о самом обыкновенном человеке. С комплексами и травмами из детства, где-то с душевной глухотой, где-то с тонким пониманием мира, с дурацким внутренним диалогом и желанием быть любимым и нужным. Такой, как большинство людей. И это страшно наравне с описанием бойни. О невыносимом шепотом, с горькой иронией, так ещё страшнее. И беспросветнее книгу делают не тяготы военной жизни, а зарисовки мирного существования , тотальное равнодушие. Родители заняты делом, а благодаря открытому браку не появляются близкие люди, а лишь множится равнодушие. С каждым новым знакомством одиночество уплотняется, усталость нарастает. Герой вовсе не герой и оплакать его некому. И некуда возвращаться.

Дискомфортно и тревожно, не для удовольствия, а чтобы не окостенеть душой. Не бродить живым трупом, как большинство героев этой блестящей книги.

Книга, которая безусловно войдет в мой личный читательский топ года. Книга, на некоторыми страницами которой можно смеяться в голос, но над финалом которой можно только искренне рыдать. Книга - гимн пацифизма.

Почему-то где-то в подсознании у меня тлело убеждение, что Олдингтон - занудный английский классик, обличавший пороки капиталистического общества и живописавший ужасы Первой мировой войны. И в принципе все это правда, кроме занудства. Роман “Смерть героя” читается удивительно легко и увлекательно, несмотря на тяжелые темы. Перерывы между подходами к чтению у меня случались исключительно из-за того, что мне нужно было переварить прочитанное. А переваривать было что, но сначала немного о сюжете и композиции произведения.

Как легко догадаться по названию, главный герой умрет, и сделает он в самом начале книги, буквально на первой странице. Все остальное - ретроспектива его жизни, анализ происхождения, анализ самого предвоенного общества, в котором рос и развивался Джордж Уинтерборн, тот самый герой, которому суждено так рано умереть. Первая часть посвящена истории его семьи, начиная с бабушек и дедушек. Крайне неприятные товарищи, эти Уинтерборны. Деньги, мещанский уют и абсолютное подавление хоть какого-то творческого начала в себе и во всех окружающих. Просто удивительно, что в таком гадюшнике родился и сформировался столь тонко чувствующий человек, как Джордж. Именно в этой части Олдингтон дает волю своему сарказму, своей горькой иронии. Перед нами настоящая сатира, едкая, острая, безжалостная. Но именно здесь читателю выпадет шанс посмеяться, потому что невзирая на убогость и отвратность семейства Уинтерборнов и иже с ними, не смеяться невозможно.

Вторая часть - лирическая. Наш Джордж вырос, выучился, стал самостоятельным (здесь хочется крикнуть “браво!”) и влюбился. Сразу в двух женщин. Не подумайте, что я спойлерю, вовсе нет. С основными вехами жизни своего героя автор познакомит нас еще в прологе, дальше же просто будет добавлять подробностей. И на улицах Лондона, полных смога, автомобильных выхлопов и бомжей, есть место и романтике. Олдингтон постепенно смягчает градус сарказма, предпочитая ему уже иронию помягче. На смену денежно-ориентированным Уинтерборнам приходят очаровательные Элизабет и Фанни. В них по-прежнему нет глубины, но они уже говорят об искусстве, политике и хотят любви и свободы. Конечно, если копнуть, там все те же мещанские установки и запреты, но они хотя бы пытаются. И если к своим предкам Джордж испытывает естественное отвращение, то здесь он на какое-то время оказывается обманутым. Ему кажется, что его женщины являются носительницами каких-то правильных ценностей, например, не побоюсь этого слова, толерантности. Но на деле от той толерантности один пшик.

Третья часть резко отличается. Она - военная. Здесь нет места смеху, пусть даже язвительному. Здесь нет места боевой романтике. Здесь нет места героизму и выспренным лозунгам. Здесь только грязь, боль, ужас и смерть. Олдингтон сам принимал участие в сражениях Первой мировой в качестве рядового, поэтому он хорошо знал, о чем писал. Его война - это мерзость, преступление против человечества и жизни как таковой. Не зря роман “Смерть героя” часто сравнивают с другим знаменитым антивоенным произведением - “На Западном фронте без перемен”. Интересно, что романы были опубликованы в один год, а у Олдингтона фраза про Западный фронт несколько раз повторяется. И хотя поклонницей Ремарка я не являюсь, но эту книгу точно перечитаю.

Любопытной пасхалкой для меня стали отсылки к творчеству Д.Г. Лоуренса, которого Олдингтон считал одним из величайших английских писателей и судьбе которого сочувствовал.

Я уже сказала, что эта книга уже стала для меня одной из лучших в этом году, и не важно, что год только начался, и впереди меня, уверена, ждет немало приятных сюрпризов. Но Ричард Олдингтон и его творчество стали для меня открытием этого. Этого автора я точно продолжу читать.