Цитаты из книги Romeo & Julia

Давая деньги в ссуду,
Лишаемся мы денег и друзей...

Богатство чувств чуждается прикрас,
Лишь внутренняя бедность многословна.

— Но эта предыдущей не чета.
Та злобилась, а эта — доброта.
— И хорошо, что злилась. За любовью
Она угадывала пустословье.

любовь-слепая, говорят,  но и без глаз дорогу к цели видит

Ромео
Вот с губ моих весь грех теперь и снят.

Джульетта
Зато мои впервые им покрылись.

Ромео
Тогда отдайте мне его назад.

Как можешь ты судить о том, чего не знаешь?

Человек, которым природа сама на себя плюнула.

И даже то, что у меня так мало

Заманчивых достоинств, не способно

В меня вселить малейшую боязнь,

Малейшее сомнение:ведь имела 

Она глаза и выбрала меня.

Тот, кто беден и доволен своей судьбой - по мне, совсем богат; А у кого несметные богатства И вечный страх стать нищим, для того, как зимняя пора, они бесплодны.

Заключите меня в скорлупу ореха, и я буду мнить себя повелителем бесконечности, только избавьте меня от дурных снов.

Какиим ничтожным, плоским и тупым
Мне кажется весь свет в своих стремленьях!
О мерзость! Как невыполотый сад,
Дай волю трава, зарастет бурьяном.
С такой же безрадельностью весь мир
Заполонили грубые начала

Как много значит страсть на самом деле,

Когда так много значит мысль о ней!

- Кто строит крепче каменщика, корабельного мастера и плотника? - Строитель виселиц. Виселица переживает всех попавших на нее.

- Ах, Гамлет, сердце рвется пополам! - Вот и расстаньтесь с худшей половиной.

Но это мать родная - и рукам Я воли даже в ярости не дам.

- Что это, пролог или надпись на колечке? - Действительно, коротковато, милорд - Как женская любовь.

Не вправе он, как всякий человек, Стремиться к счастью. От его поступков Зависит благоденствие страны. Он ничего не выбирает в жизни, А слушается выбор других И соблюдает пользу государства.

Меркуцио
Ведь ты влюблён, так крыльями амура
Решительней взмахни и оторвись.

Ромео
Он пригвоздил меня стрелой навылет.
Я ранен так, что крылья не несут.
Под бременем любви я подгибаюсь.

Бедный Йорик! – Я знал его, Горацио. Это был человек бесконечного остроумия, неистощимый на выдумки. Он тысячу раз таскал меня на спине. А теперь это само отвращение и тошнотой подступает к горлу.

Видите, за какое ничтожество вы принимаете меня! Вы бы желали играть на мне, вы хотите доказать, что это умеете, хотите вырвать мою тайну из моей души, поиграть на мне с самой низкой ноты доверху. Сколько гармонии в этом маленьком инструменте, сколько музыки, - а вы не можете справиться с ним. Неужели же вы думаете, черт возьми, что на мне играть легче, чем на дудке! Считайте меня каким хотите инструментом, - расстроить меня вы можете, - но играть вам мной не придется.