Śmiech

Попробуйте, Аарон, попробуйте найти у Бергсона суждение о музыке более ясное, чем в его «Философии смеха», которая тоже, как известно, ясностью не отличается.
"Маленькая хозяйка большого дома" Дж. Лондон

Анри Бергсон, философ и Нобелевский лауреат, из числа фигур, с которыми неспециалисты могут за всю жизнь и не столкнуться. Но в книгах, особенно относящихся к началу ХХ века, на упоминание о нем то и дело натыкаешься. Потому, для человека читающего, знакомство с Бергсоном, его идеями и биографией - не отвлеченное знание, какое не найдешь, куда приткнуть, но утилитарное, дающее ключ ко множеству дверей. За которыми, в свою очередь, открываются анфилады комнат.

Красиво сказала. Но если чтение - один из способов эскапизма, лучше обустроить свое убежище королевскими чертогами, чем душной каморкой, в которой, шагни вперед или в сторону - упрешься в стену.  Такой взгляд на вещи, к слову, в русле бергсоновых идей о внедрении в интимную сущность предмета непосредственным, интуитивным его переживанием. Об элитарности культуры, "божественном даре", позволяющем освоить мощь творческой эволюции, доступную немногим.

Биография французского еврея, Бергсона, скорее обычна для академического ученого, более всего озабоченного штудиями:  учился-учился-учился, окончил Эколь Нормаль, после преподавал там и в разных других местах. В тридцать лет защитил две диссертации (одну на латинском языке), потом регулярную профессорскую работу оставил по состоянию здоровья, но много ездил по миру с лекциями, в 1911  стал объектом антисемитской травли, на выпады врагов мудро и с поистине философским стоицизмом, не реагировал.

Я сказала "скорее обычна", это кроме финала. Потому что закат жизни великого ученого. члена Французской Академии и нобелианта совпал с началом Второй Мировой. После капитуляции Франции, он возвратил правительству свои ордена и награды и отказался от предложения властей вывести из-под действия антиеврейских эдиктов - были, оказывается, такие возможности для избранных. Но, проповедуя избранность духа, в части тела ученый предпочел остаться со своим народом. Отстоял многочасовую очередь, чтобы зарегистрироваться евреем и вскоре  умер в оккупированном Париже от пневмонии.

Суть бергсоновского учения, костяк ее, составляет Жизнь как подлинная и первоначальная реальность. Это важное отличие от абсолютного большинства философских систем, провозглашающих приоритет Духа (Платон и его последователи) или Материи (Аристотель и присные). По Бергсону,  дух и материя - производные жизни, продукт ее распада. Познание реальности, таким образом, невозможно средствами интеллекта, но ее можно воссоздать посредством Интуиции.

Одним из ключей к его философии стало понятие Времени, которое разделяется на Физическое (измеряемое) и Чистое время жизненного потока. Серьезное влияние учение Бергсона оказало на Пруста с его "Поисками утраченного времени". Ну, вы помните: мадленки, размоченные в ромашковом чае, треснувшая плита во дворе замка Германтов, колоколенки в Комбре. В философии наиболее заметным его последователем стал Мераб Мамардашвили с пронизанной бергсоновыми мотивами "Топологией пути".

"Смех"  не трехчастный трактат, но три статьи, объединенные размышлениями о природе смеха и анализирующие, главным образом способы производства комического.  До Бергсона исследованиями природы смеха занимались многие философы, начиная от Аристотеля. В моем ограниченном философском континууме книжника-самоучки, понимание и трактовка темы Бергсоном представляются во многом перекликающимися с работой  Кьеркегора  "О понятии иронии", однако это капля в море,  в "Приложении" к изданию приведен внушительный список наиболее значимых работ по теме за тридцать лет, предшествовавших выходу книги.

"О комическом вообще. Комическое форм и комическое содержания. Заразительность смеха" . Постулаты: 1. Комическое не существует вне собственно человеческого. 2.  Равнодушие - естественная среда смеха, комическое для полноты своего действия требует как-бы кратковременной анестезии сердца, ообращаясь к чистому разуму. 3. Разум, к которому обращается комическое, должен находиться в общении с разумом других людей. 4. Комическое обезличено, типично. Если в драме мы сопереживаем герою, то в комедии смеемся над типажом. 5. Комическое неразрывно связано с игрой. 6. Комическое - инструмент которым общество регулирует отношения своих членов,  приводя к следованию некоему образцу из страха быть осмеянным, в случае несоответствия ему. Источники смешного: механистичность, уродство, гротескное преувеличение, контрасты, неожиданное словоупотребление.

 "Комическое положения и комическое речи". В качестве основных положений, к которым прибегает комедия, чтобы "сделать нам смешно", автор выделяет: 1. Чертика на ниточке - прием, восходящий к Гиньолю, героя сбивают с ног, но он всякий раз поднимается и продолжает нести свою галиматью. 2. Картонного плясуна - герою, который кажется себе (и поначалу нам) самостоятельным некто водит за нос. 3. Повторение - сочетание обстоятельств, которые раз за разом возобновляются, идя вразрез с течением жизни (ты женат на мадам "не той", которая всякое утро жарит тебе подгоревшую яичницу, ценой нечеловеческих усилий меняешь все в своей жизни, встречаешь мадам Идеал и... заканчиваешь тем, что она жарит тебе всякое утро подгоревшую яичницу). 4. Инверсию (обкраденный вор, и всякое такое).

Комическое в речи. Различаем Остроумное и Смешное второе вызывает смех над сказавшим, первое - над третьим лицом или (в исключительных случаях) над нами самими. Остроумие предполагает способность мыслить драматически. 1. Всякий раз, когда в форму общеупотребительной фразы вкладывается нелепая мысль, получается комическая фраза. 2. Мы всегда смеемся, если наше внимание отвлекается в сторону физических качеств человека, тогда как речь идет о его духовной стороне. 3. Понимать в буквальном смысле то, что употребляется в переносном (- Он гонится за остроумием. - Ставлю на остроумие). 4. Комизм, создаваемый перемещением, перемещение в разговорном языке есть то же, что повторение в комедии: говорить о мелких вещах, как если бы они были крупными и о крупных - как если бы были мелкими (Диккенс, Теккерей часто использовали этот прием).

"Комическое характера".   Двойственный характер комического: не принадлежит целиком ни искусству, ни жизни, будучи тесно связано с тем и другой.  Комедия перенаправляет внимание с общего на частное, с леса на деревья. В отличие от искусства, комедия не бескорыстна, служит цели общества обтесывать под свой формат людей, из этого формата чем-то выступающих. Смех как пена - появляется на поверхности, сигнализируя о неких недостатках. Чистого смысла в нем немного, но он  на виду.

Резюмируя: понимаю, что рассказывать о философском сочинении средствами сетевого поста - не самая удачная идея. Но у меня сложилось так, что пришлось это сделать, и я рада, что Бергсон теперь у меня в уме и сердце.

Смех искрится, как пена. Он — веселье. Но философ, который собирает его, чтобы испробовать, найдет в нем  некоторую дозу горечи.

Смех Бергсона – философский эстетический труд. И это грустно! Его ценность в этом случае сильно падает для меня, т. к. мне больше интересны воззрения на смех и комическое с точки зрения психологии и социологии, однако это произведение стало для меня катализатором для построения собственной теории смеха, который не так сильно освещён в психологической литературе и является довольно сложной структурой. Читал я не один. Было очень интересно послушать мнение человека, хорошо разбирающегося в философии того времени, он поделился ценными замечания о значении “Смеха” в философских воззрениях Анри Бергсона, и... почему не стоит читать эту книгу у него первой :D. Для тех, кто хочет получить конкретные инструменты для создания комического в творческих целях Бергсон может предложить широкий инструментарий, однако полное понимание его воззрений (именно воззрений) на Смех не будет понятным без изучения других его философских произведений.

С точки зрения психологии и социологии, по моему мнению, книга попала в молоко и совершенно не раскрыла сущность Смеха, не говоря уже о его природе (что мне видится гораздо более трудной задачей). Она даже не даёт представления о значимости смеха в жизни человека. Оно там есть… но очень поверхностное. Сам Бергсон по этой книге представляется мне очень чувственным французом-интеллектуалом, который тонко подмечал и писал о жизни, иногда вскрывая очень занимательные факты. Возможно, будь его произведение книгой изначально, а не набором газетных статей, писавшихся в том числе с нативной рекламой, я думаю, что он бы точно смог раскрыть природу смеха. Ну не может человек, так тонко чувствующий мир, и показывающий это в своей первой и последних статьях сказать, что это всё, что он о смехе думает. Скорее всего для него этот уже давно решённый вопрос, имеющий значение только как инструмента построения его философской мысли, экспериментов с формой и дидактикой.

Рекомендую к прочтению. Книга хорошая. Скорее всего вам будет очень скучно после первой статьи, но оно того стоит. В конце тоже будет очень увлекательно и живо.