Цитаты из книги Gargantua

Всем известно, что у человека есть три вещи: разум, тело и имущество. Разум человека охраняют богословы, тело доктора, а имущество - судьи. Давайте в будущее воскресенье пригласим к обеду богослова, доктора и судью. Послушаем, что они посоветуют Панургу.

• Подумайте только как плохо наш мир управляется. Мы поручаем свой разум богословам, а они забивают его всякой ересью. Наше тело охраняют и лечат доктора. А между тем эти доктора никогда сами не пьют тех лекарств, которые прописывают больным. Почему? Да потому, что они ни на грош в них не верят. Наконец, наше имущество должны охранять судьи. А судьи только и делают, что грабят нас и не дают нам жить спокойно. Вот после этого вы с ними и советуйтесь. Нет, - продолжал Панург, - если уж советоваться, то я лучше буду советоваться с последним дураком, чем с этими господами. Кстати говоря, дурак-то может оказаться поумнее любого мудреца. Недаром многие короли держат при себе шутов. Шуты, случается, и королям помогают.

Под словом "женщина" я разумею в высшей степени слабый, изменчивый, ветреный, непостоянный и несовершенный пол, и мне невольно кажется, будто природа, не во гнев и не в обиду ей будь сказано, создавая женщину, утратила тот здравый смысл, коим отмечено все ею сотворенное и устроенное. Я сотни раз ломал себе над этим голову и так и ни к чему и не пришел; полагаю, однако ж, что природа, изобретая женщину, думала больше об удовлетворении потребности мужчины в общении и о продолжении человеческого рода, нежели о совершенстве женской натуры. Сам Платон не знал, куда отнести женщин: к разумным существам или же к скотам, ибо природа вставила им внутрь, в одно укромное место, нечто одушевленное, некий орган, которого нет у мужчины и который иногда выделяет какие-то особые соки: соленые, селитренные, борнокислые, терпкие, едкие, жгучие, неприятно щекочущие, и от этого жжения, от этого мучительного для женщин брожения упомянутых соков (а ведь орган этот весьма чувствителен и легко раздражается) по всему телу женщины пробегает дрожь, все ее чувства возбуждаются, все ощущения обостряются, все мысли мешаются. Таким образом, если бы природа до некоторой степени не облагородила женщин чувством стыда, они как сумасшедшие гонялись бы за первыми попавшимися штанами в таком исступлении, какого претиды, мималлониды и вакхические фиады не обнаруживали даже в дни вакханалий, ибо этот ужасный одушевленный орган связан со всеми основными частями тела, что наглядно доказывает нам анатомия.