И я уверен, что в огромном чемодане, который она притащила с собой, — в чемодане, куда вошло все необходимое, чтобы пережить выходные в родительском доме, — нет ни одной книги. Моя дочь ни разу не почерпнула из книги хоть мимолетное утешение, и этот факт вызывает у меня сложные чувства. Ей удалось — без умысла, без усилия — сделать то, о чем мечтал я сам. Отпрыск двух книгочеев, я еще в детстве задумал как можно дальше уйти от них. Я был полон решимости: когда стану взрослым, я не буду поднимать от книги растерянный, отстраненный, разочарованный взгляд, как мои родители, когда их выдергивали в реальную жизнь. Возможно, я даже считал, что сделаться автором книг — своего рода комическая месть родителям. Пусть они будут захвачены моим сюжетом и плетением словес, в то время как сам я не буду захвачен. Я-то буду знать, из какого вещества состоит этот сон, как проделан мой трюк, — следовательно, он не будет иметь надо мной власти.