Эта небольшая история перенесет нас во временя пятого прокуратора Иудеи Понтия Пилата и всем известные события этого времени предстанут тут в интересном и при этом глубоко религиозном свете. Без фанатизма, но с трогательной и робко пробивающейся мыслью сквозь языческие и прагматичные пласты опыта героев. Кто же они? Один - Кай Септим Цинна, римский патриций и бывший легионер, ведущий праздный и расточительный образ жизни
Он не исповедовал никаких мнений и не хотел иметь их.
В конце концов, он разорился. Имущество разобрали кредиторы, а Цинне осталось одно утомление, как будто после непосильного труда, пресыщение и ещё одна, совершенно неожиданная вещь, именно — какая-то глубокая тревога. Ведь насладился же он богатством, насладился любовью, — так, как понимал её тогдашний мир, — насладился роскошью, насладился воинскою славой, насладился опасностью, узнал, более или менее, пределы человеческой мысли, сталкивался с поэзией и искусством, — значит, мог судить, что взял из жизни всё, что могла дать она. А между тем теперь он испытывал такое ощущение, что как будто пренебрёг чем-то, и чем-то необычайно важным. Однако он не знал, что это такое, и тщетно ломал над этим голову.
Вторая - его жена, Антея, вопреки традициям света, получившая неплохое развитие и образование
Тимон не запирал её в гинекей; как обыкновенно запирали других женщин, а, старался перелить в неё всё, что знал сам. Лишь только вышла она из детских лет, как он стал читать с нею книги греческие, даже римские и еврейские, ибо, одарённая необыкновенною памятью и возросшая в разноязычной Александрии, она легко научилась этим языкам. Она была товарищем отца но мыслям, часто принимала участие в беседах, которые во время симпозионов велись в доме Тимона, часто в лабиринте трудных вопросов умела, как Ариадна, найти дорогу одна и других вывести вместе с собою. Отец удивлялся ей и уважал её. Кроме того, её окружало обаяние таинственности и чуть не святости, потому что ей часто снились пророческие сны, когда она видела вещи невидимые для грубых очей смертных.
Но, она была больна, и ничего поделать в этим окружающие не могли
— Тебя вылечит время, — сказал Цинна, видя грусть, которая отразилась на её лице. — Время — слуга смерти, а не жизни, — медленно произнесла больная.
И вот, пытаясь найти спасение, они оба оказались в Иерусалиме в то самое время, когда на Голгофе уже водружали три креста для томящихся преступников. Эта история о вере, о любви, о взаимопонимании, о доверии и самоотдаче, о всем том, что есть у нас в душе и что нужно и важно ценить и пестовать. Хорошая история, спасибо пану Сенкевичу.
37 понравилось
