Сны Эйлиса

«Знание - наша главная украшение».

«Никакая магия не сравнится с обычными радостями жизни!».

Но мне ничего не надо. Вещи - это лишь пепел, который исчезнет, - неожиданно твердо сбросила цепкую кисть Софья, выпрямляясь.

"Зато он умел терзать пленом, медленным и изнурительным, изматывал скитаниями по лабиринту, как своевольную Софию. Теперь почему-то за это делалось нестерпимо… стыдно. Да, именно стыдно! Он уподобился этим монстрам, чье уродство зашло необъяснимо далеко, пока он спокойно ждал конца света в своей башне. Он пообещал себе никогда больше и никого не мучить. Лишь бы не стать таким же, как заклятые враги."

"Ох, не та женщина изображалась на старом портрете, не тот образ хранил в сердце отвергнутый влюбленный! Раджед невольно представил, что София тоже способна так измениться от причиненной боли, но отогнал жутковатое наваждение."

"Порой он страшно злился, пытался найти других, оставляя в покое Софию. Но от других веяло пресной скукой, и мысли вновь и вновь устремлялись к девочке, что рисует Эйлис, столь знакомые башни, грустные валуны и каменных великанов. Что-то непреодолимо тянуло к ней, мучило невозможностью отгадать эту тайну."

"Но ему никогда не нравилось убивать. Наверное, из-за этого. Хвастаться удалью, богатством, силой —весело, замечательно, приятно. А мериться количеством трупов и тем, у кого руки в крови по локоть, а у кого по плечи —мерзко. Кровь убитых не отмывается, ни одно ее пятнышко не отходит от души, постепенно унося ее в гранитный саркофаг."

"—Дело твое, верить или нет… Тьма я или свет. Помощь иль беда, я и сам не знаю иногда, —пропел незнакомец простенький экспромт, но остановил себя, зависая призраком над землей. —Я сумрак. Сумеречный Эльф. И… Мне многое ведомо. Спрашивай, пока во мне свет. Иначе, если настанет тьма, все ответы станут ложью."

Время — главный двигатель уничтожения. Время стирает секреты...

Помимо тела, есть еще душа. И ее запятнать страшнее, потому что она вечна.