Once Upon a River

“– Хотя бы скажите, на каком берегу реки вас высадить?
– Ни на каком, Донт. Я предпочла бы остаться здесь.”

А драконов вы видели? Тех, чей рев слышали за дверью? Чего бы я только не отдал за возможность сфотографировать дракона! Это фото меня бы озолотило!

Они были коллекционерами слов примерно также, как многие гравийщики коллекционируют найденные в карьере ископаемые останки.

Одной знатной даме взбрело в голову порадовать сироток лакомствами, и она прислала целую гору всякой вкуснятины, чтобы разделить между всеми. И директор с воспитателями это разделили, но только между собой, а нам не перепало ничего. Но потом нас повели в церковь, чтобы благодарить Небеса за такую великую щедрость, и мы то вставали, то садились, то опять вставали, молясь за эту добрую даму.

У реки есть собственный свет, видимый даже безлунной ночью.

Летний дождь бил по её плечам редкими, но крупными - вдвое больше обычного - тёплыми каплями. Несмотря на поздний час, ещё не стемнело как следует; свет серебрился в мокрой листве и лужах на тропинке. А серебро реки неутомимо перековывали молоточки капель.

...самый длинный день в году является оборотной стороной самой длинной зимней ночи и в этом качестве одно солнцестояние неизбежно перекликается с другим...

— Я дожил до тридцати семи лет, просто открывая рот и произнося слова, когда было нужно. Никогда не имел с этим проблем, пока не пришел сюда, к вам.

- И чем же он так нехорош?
Мальчишка подумал, прежде чем ответить:

• Тем, что он плох, сэр.

Мисс Гревилл любезно позволила мне приобрести для нее новую лодку. Теперь, покончив с этим делом, мы можем обсудить и менее важные вопросы. Мисс Гревилл, вы не окажете мне честь, став моей женой?

.... брак - это обязывающий договор пред лицами Господа и закона»,

Если какой-то бог и приглядывал за ней сейчас, то это был очень суровый и гневливый бог; а если папа бы сейчас увидел с небес свою взрослую дочь, то он, скорее всего, поспешил бы отвернуться, глубоко разочарованный

Проводя недели и месяцы за штурвалом «Коллодиона», Донт был вынужден признать, что эта река – слишком большое и сложное явление, чтобы целиком вместиться в какую бы то ни было книгу.

– Что такое? – спросил он. – О чем вы думаете?
Она не пошевелилась.
– О гравийщиках, – наконец ответила она, все так же глядя в пространство.
Донт растерялся. Он никогда бы не поверил, что гравийщики способны вдохновить кого бы то ни было на столь глубокие размышления.

А когда они вспомнили все, что только можно было вспомнить, алкоголь вдохновил их на воспоминания о том, что «вроде бы было», и даже о том, чего не было вовсе.

Есть вещи, цену которым назначить невозможно, и самая важная из них – это семья! Подумайте над этим.

Не существует глаза, живого или механического, способного заглянуть человеку в душу.

На лице его было то самое выражение, которое Армстронг видел тысячу раз, начиная с его раннего детства. Это была ярость капризного ребенка, на пути которого встал его родитель. И сейчас Армстронг с изумлением обнаружил, насколько пугающей выглядит эта гримаса на лице взрослого человека.

И он решил, что больше не будет её фотографировать. Он научит себя не любить её

«Утоплення- це запросто. Щороку річка живиться декількома новими душами. Потрібно лишень перехилити зайву чарочку, зробити один квапливий крок або ж відволіктись на секундочку.»