Тени тевтонов

Володя до сих пор верил, что красивые женщины непременно умные и добрые.

... а дома размалёваны лозунгами: «Стены разрушаются, сердца – никогда!»...

Пoсле кoнцлагеря мeртвецы нe вызывaли у Клихoвского никaких чувcтв: проcтo бывшиe люди, и вcё.

В мужском соперничестве его первопричина - женщина - быстро отходит на второй план. Важнее становится стремление к превосходству.

Этот матёрый зубр, свирепый и беспощадный, как стенобитное орудие, был дьяволом Вармийской пущи. Он истреблял соперников, чтобы крыть своих коров в угрюмом торжестве одиночества.

Винцент Клиховский не сочувствовал этому городу. К чёрту Пиллау. К чёрту Берлин. К чёрту Дрезден, Гамбург, Франкфурт, Кёнигсберг и Кёльн. Пусть немцы на своей шкуре испытают то, что испытали поляки. Пусть города Германии станут такими же, какой стала Варшава осенью сорок четвёртого.

Она держалась строго, а строгость нередко путали с образованностью: дескать, умные всегда строгие. И кто строже, тот умнее.

Над цитаделью висела ярко-белая луна с отколотым краем, будто луну задели очередью из крупнокалиберного пулемёта.

Клиховский быстро усвоил правила жизни в концлагере: всегда двигайся, даже если ничего не делаешь, – бездельников жестоко бьют, и никогда ничему не сопротивляйся – за это вообще убивают.

В этом мире людям принадлежат желания, а исполняет их дьявол.