Göttlicher Zorn

– Тебенужно к Доку. Сейчас же!

– Нет! –сказал Пиас.

Господи!Сколько упрямства в таком коротком слове. Рэйзд разочарованно зарычал.

– Без обид, чувак, но твое лицо выглядит так, будто тыпроиграл пиле.

— Первое, что мы должны сделать, – это развести вас! Нет, мы аннулируем брак!
— Я тебя сейчас сам аннулирую. Было приятнее, когда ты был мертв.

— Спасибо, Шейм! Это просто идеально!
— Это я идеальная! А оружие просто полезное.

— Ты мухлевал!
— Сначала докажи!
— Ты ударил меня по носу!
— Это был несчастный случай!
— А удар по голени?
— Я споткнулся!
— О собственное эго?
— Нет, о свой огромный пенис!

Он приходил совсем ненадолго, а потом убегал по делам. В чем бы они ни заключались. Интересно, он там не речь победителя случайно разучивал?

— Думаю, Пиас только что посадил нас под домашний арест. Будем упражняться в подавлении рвотного рефлекса.

— Ох, Ви, я не хочу драматизировать, но ты выглядишь как свинина на вертеле,
— Спасибо, яблоко мне в рот найдешь?

Я хочу послушать, что скажет нам Аид с сиськами. После сможем сбежать.

— Принцесса, это только вершина айсберга. Ты же богиня хаоса! Ты можешь горы сворачивать, если захочешь!

— Во время секса я действительно умею это делать.

— Во время чего?

— Во время се… ой, забудь.

— Во имя вонючего Аваддона! – Мэдокс посмотрел на меня в ужасе и вздрогнул. – Я не хочу знать, что моя маленькая сестренка занимается сексом! Мне уже достаточно того, что в этом мире ты блондинка, – он в шоке взглянул на мои волосы.

– Что? –спросил он, хватая меня за плечи и отчаянно тряся. – Что «нет», женщина? Скажи что-нибудь! Я тут от страха умираю!

– Ой, не надо драмы, до этого у тебя все было роскошно.

— О господи! Я не могу на это смотреть!
— Это как автомобильная авария: ты хочешь отвести взгляд, но не можешь.

— Я что, похож на лошадь?
— Нет. Ты похож на адского пса, который должен делать то, что я говорю!
— Это кто вам сказал? Звучит как сплетня!

— Да это было просто произведение искусств. Кто бы знал, что мое пищеварение достигнет пика в носу чудовища.

— Мы по горло в соплях, – трезво оценил ситуацию мой брат.
— Все так, – столь же трезво ответила ему я.

— Ты ходишь по очень тонкому льду, толстяк!
— Кто тут толстяк?
— Ты хоть раз за последние сто лет в зеркало смотрел, мясной ты рулет?

Арес, бог войны и последний бог в рядах этой оживленно беседующей компании, закатил свои черные глаза. Ростом он был выше двух метров и выглядел бы весьма впечатляюще, если бы не живот, свисающий на его ремень. Бог потел так, будто находился в сауне, из-за чего на ткани вокруг подмышек были пятна, опускавшиеся до самого живота.

Его собственная мать схватила его за шею, а Пиас лежал в грязи истерзанным клубочком, потерявшим сознание.

— Да, потому что ты сама не лучше.
— Я никогда не пыталась нас сожрать.
— Правда? Я вот помню, когда ты укусила меня за ногу только из-за плохого настроения. С тех пор у меня отсутствует восьмая часть среднего пальца левой ноги.
— Это все враки!
— А вот и нет!
— Ты врун!
— Спроси у моего пальца! У тебя не получится скрыть от него свой виноватый вид!

Я так широко улыбнулась, что он, наверное, мог видеть зубы мудрости.