The Harpy

Мы научили детей говорить «пожалуйста», а входить на кухню и наливать себе воду из пластикового кувшина, стоящего на небольшой высоте, не научили.

Если я закрываю глаза, передо мной возникает изображение всего на свете, весь мир простерт передо мной, фрагмент за фрагментом. Я могла бы направиться туда. Но я останусь. Посмотрю на себя. Этого достаточно.

…сколько раз надо посмотреть на лицо человека, чтобы оно стало по-настоящему знакомым.

Брак и материнство в каком-то смысле смерть. Никто не выходит из этого таким же, каким был раньше.

То, что мы друг на друга не смотрели и друг к другу не прикасались, значения не имело. За годы совместной жизни мы научились выступать одной командой, стали, можно сказать, единомышленниками. Мы делали – или не делали – одно и то же.