Hoolivuse keel

Усыновление – вещь печальная, как ее ни приукрашивай, – делится со мной подруга. Ее саму удочерили сорок лет назад. – Помочь ребенку не значит его спасти. Это значит любить его безоговорочно, одновременно принимая тот факт, что он, возможно, никогда не будет спасен.

Даже сейчас я испытываю страх, открывая дверь в отделение неотложной помощи. Давайте войдем туда вместе. Я делаю глубокий вдох. Если вы пойдете вместе со мной, вынести можно что угодно. Возьмите меня за руку. Держите крепко. Мы распахнем дверь и посмотрим, что там за ней, и, что бы там ни было, взглянем в лицо ужасам и красоте нашей жизни. Только так можно по-настоящему жить. Вместе наши руки не будут дрожать.

Истинным мерилом любого общества является то, как оно относится к своим самым слабым представителям.

«Для сотрудника ПОИН трудный день – это не когда ребенок умер, а когда вы его случайно убили»

«Счастье врачей в том, что, по выражению Никокла, их удача у всех на виду, а ошибки скрыты под землей»

Психические заболевания духовно опустошают.
«Уж лучше рак, чем серьезное психическое расстройство».

Невозможно разделить тело и разум. Все мы – души, заключенные в оболочку из плоти.

Другие ослепли, испытывают постоянные боли, онемение или страдают от припадков. Оказывается, что с точки зрения медицины с ними все в порядке. Вот насколько сильны эмоции».

Каждый человек имеет право на такой жизненный уровень, включая пищу, одежду, жилище, медицинский уход и необходимое социальное обслуживание, который необходим для поддержания здоровья и благосостояния его самого и его семьи. Всеобщая декларация прав человека. Статья 25

Я не родилась медсестрой, ею меня сделали другие рождения. Медсестру формируют как радости, так и трагедии. И никто не может предсказать, что именно произойдет.

Медсестра становится знатоком своего дела не только благодаря множеству пережитых на личном опыте событий: способность глубоко о них размышлять и видеть их истинный смысл – это качество, которым хорошая медсестра часто обладает с рождения.

Ты перфекционистка, а делать все идеально на своей первой работе невозможно. Да и вообще где-либо.

надо жить весело и счастливо и ценить то, что делает нас теми, кто мы есть, – не материальные блага, а любовь, доброта, надежда

Когда человек болеет, страдает не только он один. Муж этой женщины не вспомнит лица врача, который делал его жене массаж сердца. Много недель, месяцев и лет спустя он забудет, с какой жестокостью проводилась реанимация, забудет кровь, иглы, силу, с которой медики давили на ее хрупкое тело. Но он навсегда запомнит, что держал жену за руку, что был рядом, когда она умерла, и шептал ей на ухо слова, которые ему так нужно было ей сказать.

Как-то раз знакомая старшая медсестра рассказывает мне, что из всей документации в отделении онкологии самое большое значение имеют вовсе не записи о давлении или диагнозах и не планы лечения, хотя они, разумеется, важны. Самую важную роль играют телефоны родственников. Главное правило – всегда разборчиво записывать телефонные номера. Нет ничего более душераздирающего, чем отсутствие возможности вовремя до кого-то дозвониться.

СМИ учат нас бояться незнакомцев. Нам говорят, что они причиняют детям вред и подвергают их насилию. Опыт работы медсестрой научил меня кое-чему еще: насилию детей подвергают члены их собственных семей, и они же их убивают. Родители. Опекуны. Родственники. Люди, которым мы должны доверять больше всего.

Исследования о том, как война влияет на психологическое здоровье, всегда касались лишь мужчин, несмотря на то что сотни женщин служили медсестрами бок о бок с солдатами.

Самые страшные травмы случаются тогда, когда человек перестает чувствовать боль.