Цикл "Пространство"  был зачитан и засмотрен до дыр в ожидании финальной книги, которая была логичной и удовлетворительной. "Падение Левиафана" не станет моей любимой книгой в цикле, но это вполне достойное завершение космооперы.

Очень многое из того, что вызывало у меня живейший интерес, осталось за кадром, - например, будущее Пракса и его дочери,  Филипа и Мичио Па. Все основные персонажи в конечном итоге сделали то, для чего и были предназначены. Кто-то остепенился, кто-то смирился, кто-то пожертвовал собой, а кто-то вернулся домой.

За что я люблю эту серию, - там постоянно меняется оптика и масштабы событий. Что-то подобное человечество переживало во время научно-техничских революций, - бум! - и мир стал совсем иным. В "Пространстве" этот самый "бум" - основной двигатель сюжета. Первый и самый знаковый - это двигатель Эпштейна. Если бы человечество не освоило ближний космос, а затем и всю систему Сол, - кто знает, добрались бы марсианские или земные ученые до пресловутой Фебы, благодаря которой случился очередной "бум"?

В финале книги будущее человечества в очередной раз свернуло на неизведанный и крайне извилистый путь с тринадатью сотнями возможностей. Каждый из населенных людьми миров может и должен породить своих собственных Соломонов Эпштейнов, - изобретателей с революционными идеями.

У вселенной "Пространства" почти безграничные возможности для расширения. Но, поскольку цикл завершен, остается только использовать воображение и время от времени перечитывать избранные места.

Завершение столь масштабного цикла накладывает на авторов огромную ответственность: подарить читателю ощущение законченной истории, не разочаровав его и не оставив чувства недосказанности. Джеймсу Кори (дуэту писателей) в финальном романе эпопеи «Пространство» удалось пройти по этой тонкой грани, создав финал, который одни читатели назвали почти идеальным, а другие – спорным.

Давайте разберемся, как авторам удалось завершить свою монументальную сагу, отдав должное сюжету, персонажам и ключевым темам, а также поговорим о том, почему их решение вызвало столь живую дискуссию.

События стартуют сразу после финала предыдущей книги «Гнев Тиамат». Лаконская Империя, тирания которой нависла над человечеством, рухнула. Ее лидер, Уинстон Дуарте, впал в кататоническое состояние после попытки подчинить себе древнюю инопланетную технологию и стал, по сути, лишь сосудом для чужеродного сознания.

Однако теперь он очнулся. С новыми, пугающими способностями Дуарте возвращается с единственной целью: объединить все человечество в единый сверхразум. По его замыслу, этот коллективный интеллект станет ключом к выживанию в противостоянии с так называемыми «Темными Богами» – могущественными сущностями, некогда уничтожившими Строителей Колец.

Перед лицом этой угрозы и самой идеи растворения в чужеродном сознании экипажу корабля «Росинант» под командованием Джеймса Холдена предстоит совершить невозможное. Им нужно найти способ спасти человечество, пожертвовав при этом, возможно, всем, что делает их теми, кто они есть.

Основные персонажи, которых мы полюбили на протяжении девяти книг, встречают финал саги будучи изможденными, травмированными и глубоко изменившимися. Авторы не дают им передышки, проверяя их на прочность. Джеймс Холден – некогда ярый борец за свободу воли и доступ к информации. В финале он сталкивается с необходимостью принять самое важное решение в своей жизни – решение за все человечество. Наоми Нагата – инженер, которая всегда была совестью и сердцем команды. Она полностью раскрывается как лидер, вынужденная взять на себя невероятную ответственность за будущее всей расы. Амос Бартон – персонаж, чья трансформация становится одной из ключевых метафор книги. Пройдя через смерть и последующее воскрешение с помощью Протомолекулы, Амос становится чем-то большим, чем просто человеком, сохраняя при этом свою безжалостную харизму. Ну и твист в эпилоге вышел просто шикарным. Алек Камал – пилот, который наконец получает шанс на личное счастье и возвращение к семье. Элви Окойе – ученый, оказавшаяся в эпицентре событий. Ей предстоит пойти на беспрецедентный для науки компромисс, рискнув своими моральными принципами во имя спасения человечества.

«Падение Левиафана» исследует несколько ключевых противоречий. Во-первых, цена технологического прогресса. Является ли наше стремление к звездам ошибкой, которая в итоге приведет к гибели? Использование Колец пробудило древнего врага, поставив человечество на грань исчезновения. Во-вторых, индивидуализм vs. коллективизм. Главный философский вопрос романа: ради чего стоит жертвовать своей личностью? Спасет ли человечество превращение в единый сверхразум или уничтожит саму суть того, что значит быть человеком? Это ключевое противостояние между идеями Дуарте и Холдена. В-третьих, лидерство и ответственность. Как сделать правильный выбор, когда любое решение ведет к жертвам? Герои сталкиваются с ситуациями, где нет «меньшего из зол», а есть лишь необходимость выбирать и жить с последствиями этого выбора.

Финальная часть книги и её эпилог – это отдельный разговор. Решение, принятое Холденом, логически вытекает из всей его предыдущей истории и заставляет взглянуть на космос «Пространства» совершенно по-новому. Именно за эту финальную точку книгу больше всего хвалят и ругают. Лично я считаю, что финал получился глубоким и, что важнее для культовой серии, уважительным по отношению к тем героям, с которыми мы прошли этот долгий путь.

Дуэт Абрахама и Фрэнка остается верен своему фирменному стилю от начала цикла до его финала. Они используют множество точек зрения, чтобы передать масштаб событий и одновременно сохранить фокус на внутренних переживаниях героев.

Итог: «Падение Левиафана» – это достойный финал, который ставит во главу угла не космические баталии, а судьбы небольшой команды людей. Авторы не побоялись разочаровать тех, кто ждал хеппи-энда, и предложили вместо этого глубокий, философский и очень человечный ответ на вопрос: какова цена выживания? В конце концов, как сказал один из героев, «звезды все еще там, и мы найдем свой путь обратно к ним». Эта фраза как нельзя лучше отражает суть финала: он закрывает одну дверь, но оставляет приоткрытой другую, полную надежды.

Даже трудно осознать этот космический масштаб - а ведь “Пространство” с нами уже пятнадцать лет!

Из которых моё знакомство с доблестным, хоть и беспредельно наивным старпомом (далее, капитаном) Холденом и циничным детективом “Звездной Спирали” Миллером длится где-то с девятнадцатого года. О, да, история про “блюющих зомби” в космосе и Протомолекулу привлекла моё внимание где-то в начале пандемии, пришлась очень кстати и отлично к себе приковала на несколько психологически непростых карантинных лет.

И сегодня, когда я закрываю самую последнюю страницу самой последней книги, хочется вспомнить всё то доброе и любимое, что у меня было с одной из самых великих научно-фантастических серий современности. Для меня в этой серии главное не сюжет - и честно говоря, где-то с середины авторы немного выгорели его развивать, и финал оставляет читателя со всеми теми же вопросами про цивилизацию Строителей Врат, которые зародились при прочтении первой трилогии цикла. Главные тут - герои, с которыми повезло познакомиться и сродниться.

Джим “там была кнопка и я её нажал” Холден, который остался таким, матери его, идеалистом до самого конца. Знаете чем заканчивается книга? И это не спойлер! Его неугасимой верой в то, что люди рано или поздно справятся и сделают правильные вещи. В то, что “мы найдём собственный путь к звёздам”. В то, что хороших людей больше. В то, что несмотря на то, что в мире есть жестокость, моментов, когда мы заботимся друг о друге, в сотни раз больше и это делает жизнь - и личную, и во вселенной - стоящей того.

Крисьен - Бабуля-матершинница - Авасарала в божественном совершенно исполнении Шохре Агдашлу в сериале-экранизации.

Амос - им не хватило яиц экранизировать его историю - Бартон. Который совсем не Амос и совсем не Бартон, и даже не механик, зато прекрасный как небосвод пример аутичного человека, который далеко не очередная копирка с Шелдона Купера. Амос - это не набор клише, а глубокое исследование того, как человек может сознательно выстраивать свою этику, если она не дана ему от природы, и с социальной средой тоже на старте не повезло.

Кларисса - Персик - Мао, и её безнадежные, уродливые, разрушительные но такие узнаваемые попытки добиться отцовской любви.

Бобби, Бобби булочка просто. Мощные двухметровые красивые женщины-морпехи - большая редкость даже в научной фантастике.

И, конечно, приз зрительских симпатий - Камине Драммер (вы ещё не любите женщин? После знакомства с Каминой - начнёте), которой пусть и практически нет в книгах, зато в сериале она услада глаз и отдых сердца.

Были в этой “Игре Престолов в Космосе” и очень крутые фантастические находки, придававшие миру реалистичности.

Больше всего люблю всю ненавязчивую, но какую-то смешную историю, что Джим сыночка-корзиночка аж восьми родителей, потому что в мрачном будущем только такое количество обитателей Земли может позволить себе вскладчину ребенка, да ещё дать ему образование и получить домик на налоговые вычеты. Мы в этом будущем уже одной ногой, дети - это уже очень дорого, осталось только генетические технологии подогнать, ага.

Люблю марсианскую цивилизацию времен до Лаконии - собранные, целеустремленные стоики-минималисты, живущие мечтой о свободно цветущих на Марсе яблонях, прямо как мы с вами в детстве.

Нравится, как увлеченно авторы играли с социальными аспектами своей вселенной. Команды кораблей астеров, которые целиком - одна большая дружная полиаморная семья, а иначе как-то? - выглядят настолько органичной находкой, что даже непонятно, почему в остальной фантастике это не так.

И, наконец - в серии нет «злого зла», зато есть конфликты интересов, ограниченность ресурсов и когнитивные искажения, которые ведут к войнам даже тогда, когда перед лицом стоит общая инопланетная угроза. И всё же пример Холдена доказывает: можно видеть мир во всей его грязи и сложности, понимать вероятность провала, но всё равно выбирать честность и оптимизм как самую выгодную долгосрочную стратегию.

Мир “Пространства” получился очень осязаемый - вы будете чувствовать каждую перегрузку в 10g и понимать, почему выросший при низкой гравитации астер никогда не станет своим на Земле, и теперь - уже какой-то родной. Иногда мне кажется, что я выйду на кухню сделать себе кофе - а там будет стоять Миллер, чертов Миллер, чтобы напомнить мне про двери и углы.

Спасибо.