The Metamorphoses

Пал Или­он и При­ам; у несчаст­ной супру­ги При­а­ма
Отня­то все; нако­нец, про­пал даже вид чело­ве­чий;
Воздух чужой нача­ла устра­шать ново­яв­лен­ным лаем.
Длин­ный где Гел­лес­понт замы­ка­ет­ся узким про­ли­вом,
Ярко пылал Или­он.

- Поверь­те, в Улис­со­вом теле
Мыс­ли силь­нее руки; вся мощь Улис­со­ва — в мыс­лях.

Тот, кто суд­но ведет, пре­вос­хо­дит
В деле греб­ца, как рат­ни­ка вождь пре­вы­ша­ет...

- Щит, на кото­ром резь­бой дан образ широ­ко­го мира... -[Щит Ахилла, эта работа Вул­ка­на опи­са­на в «Илиа­де»].

- Боги на жизнь людей спра­вед­ли­вы­ми смот­рят оча­ми.

Воору­жил его бог, и сжег его он же.
Пеп­лом он стал, и оста­лось уже от героя Ахил­ла
Малая толи­ка, чем едва бы напол­ни­лась урна.
Сла­ва, одна­ко, жива и собою весь мир напол­ня­ет.
Мера такая ему соот­вет­ст­ву­ет, в этом вели­чье
Стал несрав­не­нен Пелид [Ахилл] и пучин не зна­ет Аида.
Щит его спор воз­будил, по нему дога­дать­ся ты мог бы,
Чьим был он рань­ше щитом. О доспе­хе сра­зи­лись доспе­хи.

Сон же из сон­ма сво­их сыно­вей вызы­ва­ет Мор­фея, —
Был он искус­ник, горазд под­ра­жать чело­ве­чьим обли­чьям, —
Луч­ше его не сумел бы никто, как пове­ле­но было,
Выра­зить поступь, чер­ты чело­ве­ка и звук его речи.

- Сон, всех сущих покой! Сон меж­ду бес­смерт­ных тишай­ший!
Мир души, где не ста­ло забот! Сер­дец усла­ди­тель
После днев­ной суе­ты, воз­рож­даю­щий их для работы!

Но непри­мет­но бежит, усколь­за­ет лету­чее вре­мя,
Нет ниче­го мимо­лет­ней годов.

Дур­ные зако­ны
Сам себе дал чело­век, и то, что при­ро­да про­ща­ет,
Зависть люд­ская клей­мит.