Терапевт

Медицинская карта не содержит моего личного мнения о пациентах. В ней высказывается мое профессиональное суждение.

Ни при каких обстоятельствах нельзя хранить в спальне револьвер для обороны. Револьверы – вещь опаснейшая, подстре́лите себя или убьете кого-нибудь…

Потенциально жизнь зачинается в день, когда женщина прижмется к мужчине и шепнет ему на ухо: «Давай попробуем?»

Мрачно, не без того, но при этом, Сара, я считаю, что, глядя на мир из мрака, можно многое узнать. Вот что главное. Надо только потом выбраться из этого мрака, не оставаться там.

Если поведение пациента вызывает в тебе злость, жалость или отчаяние, то это показывает, что происходит в душе этого человека и что чувствуют его или ее близкие.

Одиночество отталкивает.

Если вы не можете с определенностью доказать, что знание фамилии позволит вам предотвратить действия с тяжкими последствиями, то я обязана соблюдать врачебную тайну.

Лучший из моих университетских преподавателей терапии говорил: самое важное, что нужно сделать для страдающих неврозом пациентов, – помочь им увидеть мир таким, какой он есть.

Нельзя забывать, что все приходящие мне сейчас в голову кризисные мысли являются именно таковыми: кризисными. Они не превращаются в истину оттого, что пугают меня.

Полная откровенность – вещь относительная. Ведь разве можно, собственно говоря, полностью довериться человеку, если знаешь, что это не навсегда?